— Пойдем, нас ждут приятные дела. Ты же знаешь, что семья Туран для нас и моих подруг арендовала хаммам. Я познакомлю тебя со своими девочками, они хорошие, правда.
Латифа, как всегда, спешила поведать все новости и болтала без умолку всю дорогу. На её лице сияла счастливая улыбка, и Мелек невольно заразилась от неё предчувствием какого-то восторга. Она молчала, кивая головой, зато Латифа говорила за двоих.
Когда приехали к большому каменному зданию, Мелек увидела у входа четырёх девушек. Они приветственно замахали руками, увидев, как Латифа первая выходит из салона.
— Идем же! — взяв за руку, Латифа потащила к подругам.
Мелек только и успела подхватить свою сумочку. Она опасалась, что подруги Латифы её не примут, но все тревоги были напрасны. Девушки принялись здороваться на английском языке и знакомиться. Они приветливо улыбались. Было видно, что ей искренне рады.
Зашли в здание, разделись, а потом Латифа провела в первый зал. Тут полагалось принять душ и привыкнуть к горячему влажному воздуху. Быстро сполоснувшись, Мелек уселась на скамью. Влажные волосы облепили тело, а самое интимное место было прикрыто тканью, обёрнутой вокруг талии.
Мелек огляделась. Внутри помещение было отделано мрамором: пол, стены и даже высокий куполообразный потолок. На уровне глаз виднелся восточный орнамент. Мелек впервые оказалась в таком месте. Пару раз она была в русской бане, но тут всё было по-другому. Из-за большой влажности, жар не опалял кожу и не мешал дышать. Было так приятно, что её разморило и глаза сами собой начали слипаться.
— Не спи, красавица, — прощебетала Фирюзе, плюхаясь рядом.
— Нельзя? — с трудом разлепила веки Мелек.
— Можно. Иногда тут дремлют. Просто столько вопросов хочется задать, — ответила другая девушка.
Подружки Латифы облепили её, словно красивые бабочки цветок, и засыпали вопросами.
— У тебя такой яркий цвет волос. А ты их не красишь?
— А почему у тебя так мало веснушек?
— В России много рыженьких?
— А правда, что Эмин Туран влюбился в тебя с первого взгляда?
— А правда, что он жестокий монстр и ненавидит девушек? Да-да, так все говорят.
Латифа сидела на скамье напротив и улыбалась во весь рот. Она даже не делала попыток спасти Мелек от своих любопытных подружек. Пришлось отвечать на вопросы и это было к лучшему: разговоры разогнали сон.
— Эмин нормальный мужчина, любящий и заботливый, — неожиданно заступилась за жениха Мелек.
— Знаешь, одна из наших подруг должна была выйти за Эмина. Помолвки не было, но родители почти сговорились. Тут он привозит тебя и всё отменили. Её выдают в другую семью, которая тоже посваталась. Родители выбирали между Туранами и Ахмарами. Лейла мечтала выйти за Эмина, а теперь её отдают другому. Она даже на свадьбу идти отказалась и от дружбы из-за того, что Латифа тесно общается с тобой, — выпалила Фирюзе. — Ой, кажется, не следовало это рассказывать, — осеклась она, зажав рот рукой.
— Вот же болтушка ты, Фирюзе, — нахмурилась недовольно Латифа.
— Кто бы говорил, сама такая, — хохотнула в ответ Фирюзе.
— Мне жаль, Латифа, что из-за меня ты потеряла подругу, — с печалью в голосе произнесла Мелек.
Латифа подскочила с места и широко улыбнулась, уперев руки в бока.
— Старше меня, а не знаешь простой истины. Настоящие подруги не теряются. Что бы не случилось, они вместе до конца. Это же не я увела у неё жениха. Не я ей строила козни и прочие пакости, чтобы взять и сказать: ты мне больше не подруга. Да и ты ей ничего плохо не сделала. Ты же не виновата, что Эмин выбрал тебя. Человек волен общаться с кем хочет. Может, я с ослом дружбу заведу, кому какое дело?
— Ты жениху так не скажи, а то он подумает, что ты и с чужими мужиками общаться готова вместо осла, — прыснула в кулак Малика.
— Такого не будет. Я стану самой верной женой моему Таю. А вообще, вот он у меня где, — Латифа демонстративно сжала ладонь в кулак. — Чего расселись, идём дальше.
Комнат, в которых они побывали дальше, оказалось пять и в каждой следующей было жарче, чем в предыдущих. Мелек лежала животом на мраморе. В другом зале их всех облили душистыми маслами и сделали массаж. В ещё одной — тщательно отмыли жёсткой мочалкой. В конце девушки поплавали в бассейне и пошли в комнату отдыха пить чай с молоком.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Мелек наслаждалась вкусным напитком со сладостями и приятным общением. Она чувствовала, что поры на её коже открылись и каждая клеточка тела дышит. Было так хорошо, что даже некая нега наступила, и все тревоги ушли на задний план. Похоже, сегодня она обрела ещё подруг, по крайней мере девушки говорили, что Мелек им понравилась и они не прочь общаться.
— Завтра увидимся в доме Латифы. Я уже жду, когда мне распишут руки хной. Говорят, наняли двух самых лучших мастериц в городе, — Фирюзе обняла Мелек, прощаясь.
Следом попрощались остальные и пошли к своим автомобилям. Мелек направилась к той машине, что привезла их с Латифой.
* * *
Приехали в особняк Ашхери. Это был двухэтажный дом с небольшим бассейном, но гораздо скромнее, чем у семьи Туран. Латифа познакомила с родными. Мать звали так же, как и девушку, мечтавшей о Эмине — Лейла. Отца — Керим. Они встретили тепло и заявили, что будут выступать на свадьбе в роли её родителей.
Латифа была не единственным ребёнком. Мелек познакомилась с двумя старшими братьями и младшей сестрой. Никто из них не фырчал, не смотрел недовольно, и у Мелек отлегло от сердца. Хоть в этом доме не будут смотреть косо или кидаться лживыми заверениями в любви. Семья Ашхери не лебезила, не расточала комплименты. Они вели себя как обычные гостеприимные хозяева, и на душе сразу стало легче.
После приветствий и знакомства, Латифа потащила в свою комнату. Им разрешили спать вместе и девушка буквально светилась от счастья.
— Будем смотреть кино, болтать, слушать музыку. А хочешь, я научу тебя играть в нарды? — щебетала Латифа, раскинув руки, падая на широкую кровать.
— Эй, не слишком ли много у тебя на меня планов, коварная женщина? — притворно возмутилась Мелек, ложась рядом.
— Ничего подобного, зато со мной не соскучишься, — хохотнула подруга.
— Вот с этим я соглашусь.
* * *
На следующий день в доме Ашхери началась подготовка к ночи хны. Слуги суетились. Хозяйка следила, чтобы всё было хорошо. Остальные домочадцы хохотали, общаясь с Мелек. Она за месяц выучила много турецких слов, иногда могла выстроить предложения и это стало всеобщим развлечением среди молодёжи.
Али, один из братьев Латифы, постучал рукой по столу, за которым они сидели.
— Маса, — сказала Мелек.
— Верно, а теперь это, — Латифа тронула спинку соседнего стула.
— Сейчас, ребят. Я забыла… Вспомнила. Сандалии. Чего? Чего вы ржëте-то? У нас вообще так летнюю обувь называют.
— Ты немного не так произносишь, — ответил за всех Вурал, ещё один брат Латифы.
— Так сложно, — вздохнула Мелек.
— Ты молодец, девочка, за месяц далеко продвинулась в изучении языка, — ласково произнесла появившаяся Лейла. — Иди поспи. Скоро всë начнётся. Нам предстоит гулять почти до самого утра, а завтра свадьба.
— Точно, я тоже пойду спать. А вы, братики, собирайтесь в клуб к Таю и Эмину. Хорошо вам погулять.
Мелек, улыбаясь, зашла в дом. Челюсть болела от смеха. Над её произношением смеялись, но это был добрый смех. Её тут же поправляли. Учили с ней новые слова. Мелек сомневалась, что в доме Эмина будет также. Молодёжь там не живёт, даже Эмину уже тридцать два. Она вздохнула, заходя в комнату Латифы, и, как только легла, провалилась в сон. Беременность давала о себе знать и теперь днëм всё больше хотелось спать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Вечером Латифа помогла надеть биндалли и накраситься. Потом она оделась сама. Праздновать предстояло на улице.
Заглянувшая в комнату Лейла позвала их вниз. У бассейна стоял накрытый угощеньями стол и два стула. Мелек поздоровалась со всеми, тут оказалось много незнакомых людей. Латифу, её сестру, мать и подруг она уже знала. Ещё была Зейнеп и Айла, а вот остальные женщины оказались не знакомы. Как шепнула на ухо Латифа, это близкая родня женихов, в основном его сëстры.
