Знакомая личность, — поинтересовался я, заметив краем глаза как эльфа, подхватив мой чемодан подошла ко мне почти со спины.
— Пятнадцать только подтверждённых убийств, — пожал плечами служивый. — И ещё незнамо сколько нам не известно. Воришка он паршивый, ни цель не умеет выбирать ни время, зато упорный и безжалостный. В частности за это его Бонза и ценит… так, парни, пакуйте его!
— Стреножить? — спросил один из бойцов, передавая свою алебарду напарнику.
— Непременно, а то сбежит не дай то Камирасир! — фыркнул сержант, в то время как солдат споро доставал из мешка на поясе свёрнутую верёвку.
А вот то, что произошло дальше, я не ожидал. Не особо раздумывая, парню, который уже трепетал как осиновый лист у меня в руках служивый ловко прописал прямой прямо в челюсть своей латной перчаткой, от чего голова шкета дёрнулась, а глаза закатились. После чего, вежливо попросив обалдевшего меня положить засранца на землю, принялся со знанием дела спутывать ему руки.
Вообще, правильному гостю из моего мира в другие, в таких ситуациях следовало бы разозлиться, да и заступиться за дитятко. Ведь у того, конечно же несчастная судьба и всё такое… Нельзя мол так с детьми то! Они безвинны, а во всём виноваты взрослые. И вообще в итоге все эти воришки потом оказываются глубоко положительными персонажами и верными, а главное полезными спутниками героя.
Да и вообще, дальше по сюжету обязательно выяснилось бы, что воровал он для больной мамки или чтобы накормить малолетнюю сестричку. Ну а если бы это было японское ранобэ, то бишь «лёгкий роман» из страны Восходящего Солнца, то воришка непременно кормил бы своим промыслом какой нибудь заброшенный детский приют расположившийся в развалинах местной церкви. Который плохие дядечки лишили финансирования, воспитателей вывезли, а детишек бросили.
В общем детям, чтобы они не делали в нашем измерении принято было сопереживать и всячески их выгораживать. Вот только пятнадцать трупов будет висеть далеко не на каждом матёром уголовнике с моей Родины! И при этом вся их вина была в том, что они не пожелали добровольно расстаться со своими деньгами в пользу голодающих с помойки.
А теперь, стоит рассмотреть дело с другой стороны. Шкет выглядел на десять лет, но вполне возможно что ему было и больше, так что представим девочку лет пяти-шести, которая в выходной день вышла допустим со своим папой погулять в городе. У ляльки сегодня очередной день рождения. Пусть у них не богатая семья, но добрый родитель которого она очень любит, усердно работал в последнее время, чтобы порадовать в этот день свою кровиночку чем нибудь вкусненьким и купить столь редкий при их жизни подарок.
И вот повторяется сцена которая произошла недавно со мною. Ловит он воришку, а тот выхватив заточку несколько раз засаживает её мужику в печень! После чего под шокированным взглядом девочки, срезает с тела упавшего и уже умирающего отца кошель и улепётывает в толпу. А ведь это — был её единственный кормилец!
И вот уже как то не тянет сопереживать именно что малолетнему уголовнику. Тем более, что я уверен был что похожая сцена происходила с участием этого парня не один раз. Потому и легко поверил, казалось бы бездоказательным обвинениям сержанта, потому как заметил и злой огонёк в глазах этого Божо. Как впрочем и видел пусть и не идеально но очень отточенные движения, которым он пытался засадить свою железяку мне в печень.
Все эти мысли промелькнули у меня в то время, как я наблюдал как солдат «Дневного дозора» искусно спутывает руки малолетнего пленника, который сейчас находился после удара в лёгком ступоре. А затем протянув свободный конец верёвки наматывает его на правую ногу парня возле щиколотки.
Идти он спутанный таким макаром сможет, а вот бежать и тем более быстро у него уже не получится. Наконец заправив остаток верёвки за уже связанные руки, мужчина рывком поднял пришедшего в себя и задёргавшегося и зарычавшего словно молодой щенок парня на ноги, отвесив ему к тому же чувствительный удар кулаком по рёбрам.
Я покосился на эльфу. Вот у кого явно не было никаких терзаний по поводу обращения с ребёнком. Может быть, потому как он человеческий. А может, по той причине что сцена эта была для неё привычной. В любом случае, повернувшись к сержанту, я произнёс.
— Да… Жёстко вы с ним.
— Хм… А что мне с ним ещё делать, — он поправил свой шлем и пояснил. — По нему же давно уже одноногая вдова плачет. Сейчас оттащим его в Охранную башню, там маги быстренько выяснят всё что он знает о Бонзе и его банде, а там сразу же повесим.
— Ну, ваше дело, — пожал я плечами. — Не то чтобы я ему сопереживал особо, просто у меня дома даже с такими вот говнюками принято бережно возиться и пытаться перевоспитывать.
— Бесполезно, — покачал головой мужчина, — он же не от плохой жизни на скользкую дорожку встал, да так легко людей резать начал. У крысёныша это наследственное, сынок он самого Бонзы, от какой-то там шлюхи. Так что с самого детства был борзый не в меру. Видите, даже на эти улицы, к самой Академии куда старшие не осмеливаются соваться, полез. Я собственно и знаю его только потому, что своими выкрутасами уже всем примелькался, вот только поймать его до этого времени только один раз удалось. Или что? Вы действительно думаете, что я каждого воришку в лицо должен знать? Да их в Азира-Манилике как грязи! В городе же ни одного Великого Магического Клана нет, а нашим разбираться с подобной ерундой «невместно», а Академии всё равно! Вот бандиты и плодятся как на дрожжах.
Мы с эльфой переглянулись. Информация была как бы новой, и в то время как я лично воспринимал ранее этот мир с позиции Академий, то есть они хорошие, а кланы плохие, есть всё же другой взгляд на социальный уклад этого мира. Кстати я даже не задумывался раньше как собственно называется этот город. Вроде как город и город, а он оказывается «Азира-Манилика».
— Я честно говоря, вообще не задумывался на эту тему, — покачал я головой. — Просто принял к сведению, что вы откуда то его знаете и всё.
— Ладно, — отмахнулся сержант и достал из под табарда деревянную плашку украшенную, — вам кстати за поимку гадёныша премия полагается. Так что прибудьте ближе к вечеру с вот этим вот жетоном в Охранную башню этого района и вам там её выдадут.
— О как! — усмехнулся я рассматривая табличку и передавая её любопытной Эльдлит. — Бандиты оказывается
