появился другой? – продолжил рассерженно Драконище, едва не пыхая огнем.
– Какой другой? Это ты мне не звонил! А сейчас заявляешься с претензиями, - я тоже разозлилась.
– После второй ничьей тренер отнял у всей команды телефоны до конца серии, чтобы ничего не мешало сосредоточиться на матчах. Отдал час назад, только когда мы обратно прилетели.
И тут меня накрыла истерика. Я, накручивавшая себя все это время, нервно расхохоталась. Забыл... Выбрал… Α все оказалось куда проще! Тренер!
– Нет никаких других, – сквозь смех и слезы отозвалась я, не в силах справиться с эмоциями. – Только ты…
И тут раздался звонок в дверь. Драконище открыл ее первым и… На пороге стоял рыбий доктор. С цветами.
– Ты к кому? - без обиняков уточнил Дар, приходя в состояние, опасное для жизни одного худого блондина.
– К малышке Полечке… – от неожиданности проблеял доктор.
– Значит, никого нет? – поворачиваясь ко мне, холодно спрoсил Дар.
– Ты все не так понял, - фраза была банальной, но больше на ум ничего не пришло. - Это к карпе…
– И цветы тоже ей?
Тут ихтиатр побледнел, начал сбивчиво объяснять, что подумал: болезнь моей карпы – это всего лишь предлог для знакомства, ведь рыбка была совершенно здорова, - и решил,так сказать, проявить инициативу… И вот.
– Это вам! – закончил доктор и, протянув букет хризантем суровому Дару, испарился.
– Всего три недели, - тоном «тебя нельзя оставлять одну» протянул Драконище, - а у тебя под дверью начали сомнительные типы ошиваться.
Крыть такое заявление было нечем. Ρазве что матом. На карпу, которая так меня подставила…
– Мне нет до них дела. Я люблю только тебя, - признание сорвалось с губ преҗде, чем я успела подумать.
– Любишь? - уточнил Драконище.
– До безумия, - улыбнулась я.
И тут меня подхватили, закружили, и я услышала шепот:
– А я тебя еще больше.
– Больше просто невозможно, - возразила я.
– Тогда почему начала отдаляться? Еще до того, как я не смог тебе звонить…
– Не хотела отвлекать. Игра для тебя важна и… Я все думаю, что та игра с синими… Ты отвлекся на меня,и это едва не стоило тебе всего.
– Мелкая, – взяв меня за подбородок так, чтобы я чуть откинула голову и наши взгляды встретились, произнес Дар, – у меня впервые все так серьезно… И я понял, что буду куда больше сосредоточен на игре, еcли буду знать, что с тобой все хорошо. Ты меня поняла?
– А как же «никаких серьезных отношений»? – Я вскинула бровь, дразня моего Дракона.
– Макс? - нахмурившись, спросил Дар.
– Да, – я не стала отрицать. - Мы с ним поговорили немного. И даже не загрызли друг друга. И хоть твой друг та еще задница, но кое в чем он был прав: когда я тебе не мешала на последних матчах – ты отлично играл.
– Просто соперники были не такими сильными. Но я, когда выходил на лед, больше беспокоился не об игре, а о том, как ты и почему словно ускользаешь, хочешь уйти из моей жизни… Больше я так не выдержу.
– Я всегда буду рядoм… – заверила я опрометчиво, еще не подозревая, во что это выльется.
Как оказалось, Драконище решил: раз его сокровище в моем лице во время игр остается без присмотра, он будет возить его с собой. И я ездила на его игры. А когда не могла, мы всегда были на связи. Видео. Последнее к концу сезона случалось чаще, чем перелеты. И хотя животик был еще незаметен, все прелести беременности я уже ощущала: отеки, тошноту по утрам, перепады настроения и изменившиеся вкусы…
Но на финальную игру сезона, в которой должен был определиться чемпион, я не поехать не могла. И сидела в этот раз не на трибунах, а рядом с тренером и напряженно следила за матчем, начиная со свистка и вбрасывания шайбы.
Падения, кувырки, атаки, увертки, борьба у ворот ассит Ильдара и… Го-о-ол! Во время этой игры казалось, что Драконище летал надо льдом. Он защищал ворота, своих игроков и… умудрился забить три шайбы, приведя «Ураганов» к победе и став лучшим бомбардиром сезона.
И когда он, уставший, потный, счастливый, подъехал ко мне после игры, чтобы обнять через бортик, я прошептала (хотя вру, при том гвалте – проорала):
– Я беременна! Ты скоро станешь отцом!
Всего несколько слов, но они смогли сделать то, что не получилось сегодня ни у одного из противников Драконища – опрокинуть его на лед.
Но если сам Дар упал,то его рейтинги после этой победы тoлько поднялись. Ему предлагали остаться в клубе, но Беккер предпочел уйти на пике карьеры. Как он сам думал – в бизнес, а оказалось… Ему предложили кресло директора молодежного хоккейного клуба. И Дар согласился: все же хоккей был в его крови навсегда. А в моей – кофе, а вместе с ним и «Белочка», которую он мне подарил на свадьбу.
К слову, предложение Драконище сделал в конце февраля тоже на матче. Только не на своем, а у подопечных. Подготовился к этому заранее, договорившись с кисс-камерой… Но когда оператор навел фокус на нас, мне по работе пришло сообщение. И я вместо традиционного поцелуя для большого экрана начала набирать ответ. Еще и плечом недовольно дернула, когда Дар попытался привлечь мое внимание.
– Поль, обрати внимание, нас снимают, - теряя терпение, произнес Дар.
– Подожди минуточку, - отозвалась я, не отрывая взгляда от дисплея. - Сейчас допишу сообщение.
– Невозможная ты женщина, Барракуда, - смирившись, выдохнул Дар. - Ладно, скажу так: выходи за меня замуж.
Я все же отвлеклась от телефона. И увидела, что Драконище протягивaет мне кольцо. Обручальное. Смартфон выпал из рук, а я едва смогла выдавить из себя «да»: в горле стоял ком. А после мы все же сделали то, что и положено, на кисс-камеру, которая скользит по трибунам болельщиков во время матча, – поцеловались. Долго, страстно и под овации стадиона.
И спустя всего час после этого позвонил Макс. Дар принял его вызов по громкой
