И, Адебимпе… ты выглядишь нездоровой.
– Я в порядке! – огрызнулась она, от отчаяния повысив голос. – Правда. Может, я и худая, но достаточно сильна, чтобы служить вам, госпожа императрица. У моей семьи есть связи в торговом районе. Я могу принести вам новые одеяния. Сложить ваш геле по последней моде… Другие придворные дамы будут завидовать вашей красоте. Смотрите…
Она схватила из корзины накрахмаленный отрезок ткани для геле. Но прежде чем она успела его сложить, другая голубокровная выхватила ткань у нее из рук и прижала к груди.
– Я сделаю это лучше, Ваше Императорское Величество! – выдохнула она. – Адебимпе слишком медленная. Если вы выберете своей помощницей меня, Дом Ибалан будет поставлять вам драгоценные камни со всей империи…
– Нет, я! – зарычала другая девушка, отбирая у нее геле. – Моя семья богаче. Дом Олобиси послужит императрице лучше, чем Ибадан…
– А ну отдайте! – закричала Адебимпе на обеих.
Она схватилась за геле… и я услышала треск рвущейся ткани.
Девушки застыли: у каждой в руках остался кусок ярко-зеленого геле.
Я мысленно застонала. Какую бы странную игру они ни затеяли, у меня не было времени с ними возиться: мне все еще предстояло помазать правителей, договориться с алагбато и утихомирить толпу оджиджи. Мигрень усилилась. Я рефлекторно подняла руку к виску.
При виде этого безобидного жеста Адебимпе вдруг упала на пол, разрыдавшись.
– Великий Ам! – выругалась я встревоженно. – Я не собиралась тебя ударить.
Но она меня словно не слышала. Она тряслась у меня в ногах, закрываясь веером из травы в попытке защититься.
– Не смотрите на меня! – всхлипнула она. – Пожалуйста, госпожа императрица! Не проклинайте меня! Моя семья просит прощения…
– Да о чем ты вообще? – спросил Дайо с нервным смешком. – Какие еще проклятия? Очередной глупый слух о Тар?
Адебимпе игнорировала его, продолжая завывать:
– Мы никогда больше не будем устраивать заговоры против вас, госпожа императрица! Клянусь! Дом Тунджи поступил глупо, наняв Джуджока. Моя семья разорвала помолвку с Банджоко Тунджи, как только мы узнали об этом. Мы почти не участвовали в этом, правда! Я… я знаю, мы должны были предупредить вас, но все уже кончено. Никаких больше заговоров. Мы клянемся…
Кровь застыла у меня в жилах. Джуджока. Адебимпе назвала секретную гильдию убийц, которая, по мнению капитана Бунми, отвечала за покушение на мою жизнь.
Адебимпе протянула ко мне дрожащую костлявую руку, пытаясь коснуться подола моего одеяния, но отдернула ее, когда один из гвардейцев потянулся к оружию.
– Вам больше не нужно наказывать нас, госпожа императрица! – прошептала она. – Мы выучили наш урок. Смерть Банджоко – достаточная кара… Но когда другие стали исчезать – лорд Ойелана из Дома Ибадан, леди Дойин из Дома Сильва, все три наследника Дома Айодеджи… тогда мы поняли, что нужно загладить вину. Что вы слышите в‑все! Что бы мы ни сказали, даже втайне… ваши слуги слышат нас под землей.
Мои слуги. Перед глазами тут же вспыхнула Стена Смотрящих и то, как испачканные в земле создания карабкались по стене высотного дома. Оджиджи часто являлись ко мне в виде призраков, но телесную форму принимали лишь дважды – во время Прогулки Императора и убийства Таддаса. Я припомнила предупреждение Санджита из сна.
«Оджиджи… семьям благородных… опасность».
Я думала, что опасность грозит мне. Но целью оджиджи была не я.
– Эти создания порвали моего жениха на куски, – пробормотала Адебимпе, глядя в пустоту. – Моего сильного Банджоко. Он… он упражнялся в саду с копьем, когда эти… существа… вылезли из-под земли. Дети. Разрывали землю когтями, как звери. Они исчезли так же быстро, как появились. И за следующие несколько дней все остальные придворные, посмевшие что-то планировать против вас, даже в шутку, не всерьез… их тоже не стало.
Все остальные голубокровные в спальне медленно встали на колени, бормоча и прижимаясь лбом к полу.
– Простите, госпожа императрица…
– …Моя семья в этом не участвовала…
– …Мы загладим вину.
– …Больше богатств, чем вы можете себе…
– …Обещаем, просто позвольте нам…
– …Не забирайте моих братьев, они все, что у меня есть…
Я прижала ладонь к пульсирующему лбу, прислонившись к стене для поддержки.
– Вы свободны, – просипела я. – Все вы.
Если они и слышали меня, то не отреагировали, продолжая плакать и умолять.
– Пожалуйста, тише, – простонала я.
Когда и это не сработало, я вдруг разозлилась.
– Я сказала: тихо!
Моя маска вспыхнула жаром, и придворные мигом замолчали. Тяжело дыша, я вернула самообладание, глядя на ошеломленных придворных дам.
– Адебимпе, – сказала я – голос мой все еще был полон силы. – Если ты желаешь прислуживать мне, ты должна изменить свою репутацию при дворе. Никаких больше уловок. Никаких сговоров с другими задирами. Вместо этого… – я вздохнула, глядя на дрожащих девушек за ее спиной, – найди при дворе самых слабых игроков. Тех, кто беден, или простоват, или непопулярен. Помоги им подняться, просто потому, что можешь. Ради Ама, разве так трудно хоть иногда быть добрее к людям? Ты справишься, Адебимпе?
Она деревянно кивнула, словно в трансе. Маска на моей груди остыла.
– Тогда ты можешь прислуживать мне, – сказала я. – Но пока что… вы все свободны. Мне нужно отдохнуть.
Придворные неохотно встали и попятились, торопливо покидая комнату. Но Адебимпе помедлила у двери, и на лице ее я увидела глубокую, ужасающую эмоцию, которую я никогда не видела у нее прежде.
Почтение.
– Спасибо, что дали нам шанс очистить наши имена, госпожа императрица. – Она звучала почти по-детски. – Что позволили нам уповать на милость богов. Если мы когда-то и сомневались в том, что у вас есть Луч… – она тяжело сглотнула, – что ж. Больше мы не сомневаемся.
Глава 19
– Не слишком туго, Ваше Императорское Величество? – спросила Адебимпе неделю спустя.
Мы сидели бок о бок на моем помосте для сна. Спальню заливал серебристый лунный свет. Весь последний час пальцы Адебимпе танцевали по моей голове, разделяя волосы на ровные ряды и смачивая каждую прядку водой с алоэ. Теперь она напомаживала мои волосы ароматной смесью, ловко скручивая их в пучки.
– Нет, все нормально, – пробормотала я. – Спасибо.
– Узоры ваших кудряшек будут великолепны, когда вы распустите волосы, – вздохнула она.
Тут Адебимпе взяла деревянную щетку для волос, чтобы причесать концы… и, к моему удивлению, одной рукой сломала ее пополам.
Цыкнув, она отбросила обломки.
– Ах, вот я глупая! Все забываю о собственной силе.
Я изумленно повернулась к ней.
– И часто такое… случается?
Она безмятежно пожала плечами.
– Все благородные сильны, госпожа императрица. Это у нас в крови.
Она поднесла к моему лицу зеркальце из слоновой кости. Десятки влажных
