Я хоть и была немного раздосадована, но не могла не признать его правоту, по этому просто улыбнулась и кивнув головой, вновь обратила внимание на раскрытые страницы.
— В этой книге, записано все, что придумала я. Все, кроме вот этих нескольких страниц. Я не знаю, как это назвать, — рассказывала, ведя пальцем по ровным строчкам. — Это не заклинание, не опыт, не наука. Это то, что можно сделать при наличии знаний, нужного оборудования, подходящего материала и силы. Силы надо очень много. У наставника не было двух составляющих: нужного оборудования и силы. Потом появилась я. Силы стало достаточно, но все еще не было оборудования. Для его создания надо было привлекать артефактора, причем, талантливого, так как наставник знал только то, как должен работать регенератор. Он пытался, звал, не жалел денег, но ему все отказывали, называли сумасшедшим стариком. Он опустил руки и начал увядать на моих глазах. Я тогда так сильно испугалась, что стащила все его записи к себе в пещеру… — запнулась, поняв, что только что проболталась, но Ревен будто этого и не заметил, я тоже не стала акцентировать на этом свое внимание и продолжила дальше: — Всю ночь я пыталась разобраться в его каракулях, — широко улыбнулась, вспоминая как готова была уже выть от закорючек лишь отдаленно напоминающих буквы. — Это было настоящим издевательством, под конец, я была настолько зла, насколько и впечатлена. Идея наставника была просто грандиозна. Я поверила в нее сразу только по тому, что в моем первом мире было нечто подобное. Раз они могут сделать это без магии, то почему не может наставник при помощи магии? Подумала я тогда и принялась, поэтапно выполнять все записи наставника. При мне была только магия и энтузиазм, море энтузиазма и упертости.
— В чем заключалась суть исследований наставника? — спросил Ревен, внимательно вглядываясь в незнакомые ему буквы. Писала — то я, на своем родном.
— Регенератор который хотел создать наставник, должен был не просто регенерировать поврежденные ткани, в теории он мог создать определенную часть живого существа при наличии образца и заданной программы.
— Это невозможно, — фыркнул пернатый и тут же замолк, когда понял, что и кому сказал.
— Изучив все записи наставника, я отправилась к кузнецу, что приходил к наставнику накануне, — продолжила я рассказывать, не обратив внимания на слова Рева. — Он руку спалил магическим огнем. По локоть. Наставник ему не смог ничем помочь, решила попробовать я. Кузнец был настолько пьян, что даже не заметил как я сняла размеры с его здоровой руки и прихватила немного крови. Я не спала двое суток, а вначале третьих принесла наставнику руку кузнеца в стазисе. Объяснила в двух словах, что сделала и вырубилась даже не дойдя до кровати. Вся сложность создания новой руки кузнеца заключалось в постоянном вливании магии и удержании в голове нужных пропорций создаваемой руки. Так же, приходилось детально представлять весь процесс создания от кости до кожи и волосяного покрова. Всем этим и должен был заниматься регенератор по образцам и заданной программе.
— Кузнец получил свою руку? — все еще недоверчиво поинтересовался Рев, косясь на текст в книге.
— Получил, — хмыкнула, вспоминая как проснулась, а надо мной нависают две, счастливые до безобразия рожи. — Можем даже в гости к нему сходить, — поморщилась, вспоминая уже то, как получила от наставника хворостиной за то, что едва не перегорела.
— Сейчас ты идешь к брату, рассказываешь тому обо всем, что сейчас услышал. Берешь у Лиссандры несколько образцов крови, делаешь слепок ее магических каналов и погружаешь девушку в стазис и держишь ее там пока есть такая необходимость. Не забудь напоить короля, — протянула ему бутылек успокоительного. — Я пойду к Санике, озадачу ее созданием регенератора. Приставлю к ней Гасика, слугу близнецов. Он тоже артефактор. Вместе они справятся за несколько дней. А мне сегодня еще и к близнецам идти на последнюю прокачку каналов Ланиса.
Ревен смерил меня долгим взглядом, а потом просто взял бутылек и ушел порталом. И именно в этот момент я была самой счастливой женщиной на свете. Муж мне не просто доверился, он только что вложил в мои ладони сразу три жизни, за которые я теперь несу ответственность.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Послала по нашей связи столько любви, нежности и счастья, сколько смогла и с улыбкой до ушей, открыла портал в академию, прямо в кабинет ректора. Сейчас не до скрытности и скромности, на кону жизнь короля.
Выйдя из портала, сообразила, что вроде как не занимаю ни какой важный пост кроме первой леди, и то, не надолго мне осталось быть первой, как выяснилось. И вот я такая красивая, посмотрела на свои привычные штаны и ботинки, коса поди растрепана, глаза горят азартом и решимостью, получается, не очень и красивая, ну да ладно. Ректору — то я что скажу? Уважаемый, забираю у вас Санику и Гасидана, дело государственной важности!?
Думаю, после такого, из академии не только меня, но и Санику с Гасом попрут. Вздохнула, сотворила говорилку и отправила ее к мужу. Сразу же постучалась и вошла в кабинет ректора, а им оказался тот самый дядечка, который брат бытовички и сейчас эти двое прямо передо мной, сидят и мило беседуют.
Я даже поежилась, когда их взгляды скрестились на бедной мне. Еще и от Ревена не было ответа слишком долго и все же, я уже привыкла к тому, что муж всегда за моей спиной. Теперь вот придется отвыкать, ибо занят он не менее важным делом.
— Ты-ыы! — зашипела бытовичка вскакивая на ноги. — Да как ты-ыы смеешь!
Покосилась на нее как на бешенную собаку и бочком, бочком к ректору поближе. Он хоть и ее родственник, но вроде бы мужик адекватный и судя по тому, как он взбледнул, в курсе того, кто мой муж.
— Леди Фликс, — расплылся в приторной и немного нервной улыбке. — Чем обязан?
А сам на сестрицу свою косится, я тоже. Не столько страшно, сколько интересно, что она там себя под нос шипит. Хотя, на мне столько защиты, что…
Додумать не успела, стул рядом со мной осыпался опилками, край стола тоже, а ковер под ногами мгновенно истлел. Я только глазами успела недоуменно хлопнуть, а бытовичка уже застыла статуей, после того, как ректор махнул на нее рукой.
— Леди, — проблеял ректор потея, — прошу прощения.
Смерила взглядом две кучки опилок, кучку сгнивших ниток и перевела взгляд на ректора.
— Дура баба, — как — то враз сдулся мужчина, присев на свое кресло. — Вбила себе в голову невесть чего, теперь вот, — махнул он рукой на статую злобной бытовички. Он ведь не словом, не делом, а она… — вновь тяжело вздохнул ректор.
А мне было немного не до них, если честно и ревность этой ненормальной меня интересовала в последнюю очередь.
— Я собственно за Саникой и Гасиданом, — не стала ходить вокруг да около. — Нужны официальные освобождения, такие, после которых у ребят проблем не будет, — подумала еще немного и добавила: — с родственницей вашей тоже разберитесь, а то мне здесь нравится, но если Ревен об этом узнает, то боюсь, академию перестраивать придется.
И тут прямо на стол ректора плюхнулся конверт, а от Ревена, по связи, пришла волна поддержки.
— Это от короля и советника, — пояснила, подталкивая конверт ближе к уже совсем бледному мужчине. — Ну, я пойду? — спросила, вставая и получила нервный кивок. — Ребят забираю? — новый вопрос и такой же нервный кивок, после которого я со спокойной совестью покинула кабинет ректора, кинув напоследок в обоих хитрым плетением, которое мне подскажет, если эти двое задумают нечто, что может мне навредить.
Идя по коридорам академии, размышляла о том, что рыба начинает гнить с головы. То же самое сейчас происходило и с академией. Как у заведения с такой безупречной репутацией может быть такой ректор? И что останется от этой репутации через несколько десятков лет? Как по мне, так надо срочно освобождать старого ректора из сундука и передавать бразды правления ему. Иначе, наши с Ревом детям будет негде учиться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Замерла посреди коридра от последней мысли, а потом растянула губы в улыбке. А почему бы и нет? Вот только со всем разберемся.
