— Рада? — удивился Вадим-дельфин, — ты так по мне соскучилась, что чуть с ног не сбила?
— Не совсем, — потупилась я, жалко парня разочаровывать, но правду сказать требуется, — я кушать хочу, тебя же Морей за едой для меня посылал?
— А вот в чем дело, — улыбнулся дельфиныч, — кажется, путь к твоему сердцу лежит через желудок.
— Эээ, — выдала я, испугавшись, что это, может быть, действительно так.
Посмотрела на парня — нет, даже с едой в руках он что-то мне больше нравиться не стал, симпатичный, да, но и только, а уж я сейчас не просто голодная, а ужасно голодная.
— Рада, ты что застыла, пойдем в столовую, а то остынет все, — усмехнулся Вадим и предложил мне свой плавн…, да нет, руку подал, это все мое богатое воображение виновато, вот и померещилось.
Я поела и стала заметно добрее, даже общество присоединившейся ко мне прабабушки я вытерпела с улыбкой на лице, сбежать, конечно, хотелось, но не настолько, чтобы кинуться в окно, в пучину моря-океана. Вадим был любезен, но не настойчив, что делало его общество приятным. Настолько, что под конец завтрака я сама предложила дружить и получила согласие.
На обед подтянулись мои морские тетушки и придворные дамы — подруги владычицы морской. Марьяна меня на середку выдернула, и мне пришлось себя всем демонстрировать, манекен изображать и, если бы не дельфинообразный мой друг, долго быть любезной я не смогла бы. Вадим мне опять земной еды притащил, и я была почти счастлива, а парню достался дружеский поцелуй в щеку, расцененный окружающими как-то неправильно. Только это уж не мои проблемы, я своё отношение к дельфинычу обозначила, он в курсе, а что там местные кумушки в уши Марьяны нашёптывали — их дело.
На званый ужин морские дамы явились со своими отпрысками, исключительно мужского пола, ходившими вокруг меня петухами, ага морскими. Вечер был длинный с песнями в исполнении сирен, вот теперь я Кузьму поняла, и танцами с непременным моим участием. Вадим познакомил меня со своими друзьями, и мы весело провели время. Старшее поколение загрустило, поняв, что молодежь развлекается, а правнучка Владыки морского так и не станет никому невестой. Понятно, что жениться на мне выгодно, а уж о жене, которая из дома и нос высунуть не сможет, не утонув при этом, можно только мечтать. Ну, так и пусть мечтают, а мне на берег пора к Кузьме. Да и возвращаться к отцу с Акулиной надобно, свадьба совсем скоро. Я уже нагостилась, напутешествовалась, тишины, покоя хочу, спалить чего-нибудь, ветром развеять или потоп устроить, в конце концов. Я уже и учиться согласна и на эксперименты с Сидом и Йориком с удовольствием подпишусь, только бы слинять из царства морского поскорее.
Тут и Владыка морской нарисовался, явился, значит, не запылился, но ко мне не подходит, за Марьяной прячется. Я же не гордая сама подойду, эта мысль, видимо, до прадеда дошла, он ее в моем взгляде прочитал и, вздохнув, направился в мою сторону:
— Радушка, ты не передумала? — поинтересовался Морей, скосив глаза на супругу свою грозную.
Я уже к прабабушке своей привыкла, ну покричит она на Владыку, ну посуду поколотит, раковины опять же побьет, но ведь успокоится, наверное, когда-нибудь. Так что зря он ее боится, не будет же она при всех его бить, авторитет супругу, любимому портить.
Права я оказалась, но и Морей не промах, как только Марьяна, узнав, что прадед меня на берег отпускает, рот открыла, мы с ним и сбежали. Что время зря тратить, нервы свои портить? А вернется Владыка обратно, гнев с его жены сойдет уже, отходчивая она. Жаль, я с Вадимом не попрощалась, хороший он парень, как друг, конечно.
Поверхности мы с Мореем достигли быстро, и я, наконец, вдохнула воздух полной грудью. Прадед меня в воду с рук отпустил, попрощался, расцеловав меня трижды, да воздушный купол ставить над собой научил, напоследок. Вот же Владыка! А показать мне сразу, пока я у него в замке томилась, не судьба была?
— Ну, не сердись, Рада, не со зла я, Марьяна тобой занята была, скандалов не закатывала, я немного отдохнул, на родную правнучку полюбовался, — прищурил свои хитрые глазки Морей.
— Да ладно, что уж там, родные люд… нелюди, — не стала я на него злиться.
— Вот и чудесно, а ты как соскучишься, так к нам в гости приплывай, теперь и сама сможешь, — улыбнулся мне родственник и скрылся в пучине морской, только трезубец его я и видела.
Проводив Владыку взглядом, я к берегу поплыла, где мой Кузьма возвышался, окруженный сиренами, распевающими свои чудные песни, а мой змей-горыныч аж все три пары глаз закатил от удовольствия и хвостом в такт постукивал.
Не сразу заметила, что он не в одиночестве наслаждается хоровым пением, рядом с ним на песочке еще и мой кощей сидит, и глаз с сирен не сводит. Даже не знаю, что мне сильнее захотелось, то ли певиц с погорелого театра в родную стихию отправить с попутным ветром, то ли Константину волосы на голове проредить. Решила все же с девушек начать, а потом и за кощея приняться, все равно он не сразу очнется. На меня магия сирен не действует, а остальных она так завораживает, что долго еще в себя приходят. А вот нечего было на этих вертихвосток пялиться, сам виноват!
Опутала всех девиц разом своей сетью фирменной и воздушным потоком подальше от берега отправила, а сверху, чтобы не сразу всплыли, волной накрыла, а нечего чужих парней очаровывать! Села отдышаться на берег, силы-то со злостью много выплеснула. Ну, водную магию пополнить труда не составило, вот оно море-океан, только руку протяни, я и протянула, да опять не рассчитала, ручейки силы под ставшей почти прозрачной кожей так и побежали синими потоками.
— Морская моя кощеечка, — обняли меня вдруг со спины.
— Твои девицы вон в отдалении барахтаются, — указала я на уже всплывших сирен, только сетью крепко спутанных, — могу вернуть, а я своя собственная, нам с Кузьмой домой пора, а то на свадьбу опоздаем.
— Рада, да я за тобой пришел, а меня в море-океан не пустил какой-то дельфин, сказав на берегу тебя ждать, ты к вечеру сама вернешься. А эти девицы морские потом уже приплыли, а дальше я и не помню, очнулся, а ты уже тут, рядом сидишь.
— Не надо было на них смотреть!
Да я и не смотрел, почти, — не стал слишком упираться наглющий кощей, — не злись, моя радость, — склонился ко мне парень и прошептал в самое ушко. — А я слова волшебные узнал.
Мурашки от его низкого голоса с легкой хрипотцой побежали по телу и злость куда-то исчезла. Я по инерции хотела возмутиться, но повернув голову, утонула в зеленых глазищах. Сказать мне ничего не дали, запечатав мой рот поцелуем. Я все же попробовала еще подергаться слегка, да меня только крепче к себе прижали и знанием волшебных слов добили:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
