– По-моему, грядет еще одна проповедь благотворной роли священных уз. – Маркиз рухнул на траву и закрыл глаза, тут же театрально захрапев. – Я уже умер?
– Вставайте скорее, Седжкрофт! Газеты и так полны сплетнями!
Молодой человек открыл один глаз.
– А, снова сплетни? И что же, интересно, пишут о нас на сей раз?
Джейн торжественно сложила руки на груди.
– А то, что свадьба состоится в следующем месяце.
– И что же в этом плохого? Мне казалось, вы одобряете брак, а значит, все в полном порядке.
– Кроме того обстоятельства, что наша помолвка – абсолютная ложь, – поморщилась Джейн. – Не можем же мы дурачить людей вечно. А сейчас встаньте поскорее, пожалуйста, – так лежать просто неприлично.
Молодой человек устроился на боку, подставив под голову локоть. В расстегнутом сюртуке и свободной утренней рубашке он напоминал великолепного льва, разлегшегося на освещенной солнцем траве.
– А чем занимались вы с Найджелом, когда оставались наедине? – лениво поинтересовался он, не сводя со спутницы внимательного взгляда. – Рисовали натюрморты?
– Если вас это так интересует, то разговаривали. У воспитанных людей это обычно называется общением.
Маркиз сорвал травинку и лукаво прищурился:
– И какие же темы изволили обсуждать?
Девушка вздохнула.
– Жизнь. Книги. Любовь.
В последний год главной темой стала растущая любовь Найджела к гувернантке.
– Любовь Найджела к вам? – Седжкрофт словно услышал мысли собеседницы.
Джейн выдержала пристальный взгляд, хотя и не без внутренней дрожи.
– Ну, не совсем.
Маркиз нахмурился и резко встал, тут же подавив Джейн ростом и мощью фигуры.
– Иногда мне кажется, что этот парень вовсе и не Боскасл.
– Что вы имеете в виду? – с сомнением уточнила девушка.
– Ну, если говорить без обиняков, то ни один мужчина из нашего клана просто не смог бы провести в вашем обществе столько лет и не продвинуться… дальше разговоров, если вы понимаете, о чем я.
– Да, боюсь, что хорошо понимаю, – грустно согласилась девушка и тут же воскликнула нарочито громко, чтобы отвлечь слишком проницательного собеседника: – О, посмотрите, ведь там, у самой воды, прогуливается Сесили!
– Джейн. – Маркиз слегка потянул девушку за край жакета, не давая сделать шаг в сторону.
Улыбнувшись снисходительно, словно маленькой девочке, он уткнулся лицом ей в шею и прошептал:
– Вам неловко говорить о желании? Но ведь нас здесь никто не услышит.
От его прикосновения тело Джейн встревоженно напряглось, словно отвечая на встречный импульс.
– Вы первый и единственный мужчина, который вообще осмеливается говорить со мной на такие темы, – резко ответила девушка и, услышав собственное имя, обернулась. – Сесили зовет нас к себе. Пойдемте? Мне кажется, Саймон тоже там.
– Вы так понятны, милая.
– И вы тоже, Седжкрофт.
– Неужели?
– Абсолютно прозрачны.
– Ну так скажите же, о чем я думаю.
– Уверена, что даже не смогу произнести таких слов.
– Я вспоминал события вчерашнего вечера, – нежно, почти шепотом признался маркиз, поправляя ее непослушный локон.
Прежде чем спутница отстранилась, он увидел, как пульсирует голубоватая жилка в основании горла.
– Постарайтесь, пожалуйста, хотя бы некоторое время думать о чем-нибудь другом, – попросила девушка. – А то в рассеянности упадете в воду.
Грейсон покорно, даже пассивно последовал за спутницей. Да, она упорно уклонялась от всяческих обсуждений, но разве можно забыть искренность и открытость там, в темноте лабиринта, – поведение, в корне изменившее его отношение к подопечной? Такую удивительную, обезоруживающую отсутствием притворства женщину маркизу еще не приходилось встречать. Скромница в ее характере жила рядом с искусительницей – восхитительной, занимательной, гибкой и в то же время полной достоинства, порою даже мудрой.
Женщина, рядом с которой мужчина сразу поддавался вожделению, но не смел забыть об ответственности.
Маркиз остановился и вздохнул, качая головой и словно удивляясь собственным рассуждениям. Откуда явилась эта мысль об ответственности? И все же такова правда. Обязательно должен появиться кто-то, способный оценить сокровище по достоинству. Да, в душе Джейн кроются такие тайны, которые нелегко, но необходимо раскрыть. А кроме того, и очевидные стороны ее натуры кажутся весьма привлекательными.
Испытываемое маркизом вожделение к Джейн показало ему всю смехотворность стандартов и обычаев высшего света. Хитрая мышка вела светского льва еще не изведанными тропинками, и – зачем притворяться? – тропинки эти казались интересными и обещали невиданные сокровища.
В голове промелькнули слова меланхоличного барона:
«Некоторые подозревают, будто молодая леди никогда и не любила Найджела».
«О, Джейн, – улыбнулся собственным мыслям Седжкрофт, – тебе просто необходима парочка уроков любви. А точнее, нам обоим».
Друзья мисс Уэлшем собрались на берегу озера, оплакивая утрату шелкового цилиндра Саймона. Своенравный и импульсивный лорд закинул шляпу в воду. На какое-то мгновение цилиндр сделал вид, что собирается вернуться к берегу, и компания бурно возликовала. Однако восторг тут же сменился стоном разочарования – несчастный головной убор начал тонуть и через пару минут исчез навсегда.
– Все это так на тебя не похоже, Джейн, – прикрывшись веером и делая вид, что не замечает стоящего поодаль маркиза, отчитывала подругу Сесили.
Она выехала кататься в амазонке шоколадного цвета и такой же шляпке, изысканно украшенной лебедиными перьями.
– Ты читала газеты?
Джейн смотрела на зеленоватую рябь озера, каждой клеточкой своего существа чувствуя присутствие Седжкрофта. Маркиз стоял в нескольких метрах и все же казался таким близким, что думать о ком-нибудь другом было просто невозможно.
– Да, – наконец ответила Джейн. – Читала. Половина из того, что они пишут, ложь.
Сесили подозрительно прищурилась:
– Так что же, значит, вторая половина – правда? Нет, не отвечай!
– А я и не собираюсь.
– Все твердят, что маркиз собирается сделать тебе предложение, если еще не сделал.
Джейн грустно вздохнула. Сегодня утром, стоило ей увидеть собственное имя напечатанным рядом с другим, теперь хорошо знакомым, и прочитать историю о том, как в нее влюбился один всем известный маркиз, сердце почему-то подпрыгнуло от безотчетной радости. Впрочем, радость эта угасла очень быстро, и газета выпала из рук.
– Даже против воли не могу не восхищаться тобой, милочка, – произнесла Сесили после недолгого раздумья.
Краем глаза Джейн заметила, что Грейсон повернулся и посмотрел на аллею, где об руку с лордом Бакли прогуливалась Хелен. Пышные светлые волосы сияли на солнце. Поймав на себе взгляд маркиза, француженка остановилась и украдкой оттолкнула кавалера.
