оную, через преграду из кружев.
— Слезай с меня, толстопопик, — скомандовала я. — Серов, мне тяжело!
— Не ври, — хмыкнул наглец, продолжая свои издевательства.
Я-то тоже не железная! Тело отозвалось возбуждением, ощутив знакомую тяжесть. Предатель! Все меня предают, даже собственный организм. Вон как растекся под Серовым! У-у-у-у! Бесит!
— Долго я еще ждать буду? — вылетело из моего рта, что я не успела и сообразить. — Целуй, давай!
Клятвенно заявляю, что это не я! Другой человек, но точно не я. И пока этот другой вовсю лобызается с Гошей, я ору от возмущения и гнева.
Он, что думает, если попал под луковый артобстрел, то все? Искупил свою вину?! О, нет! Так просто он не отделается. Я ему отомщу! Обязательно отомщу! Вот только помогу с меня штаны стянуть и кофту задрать и отомщу. Сейчас-сейчас. Одну секундочку. Минуточку. Ай, ладно. Не буду скрывать, что соскучилась. Пусть предаваться любви на сеновале и пошло.
— Я всё равно тебе отомщу, — сказала я, отдышавшись. Где мои штаны?! Уже все ноги этим сеном исколола.
— Угу, — промычал Гоша, выбирая из моих всклоченных волос солому. — Придумала уже как?
— Естественно, — приняла сидячее положение, одернула кофту и взглядом просканировала пространство, в поисках штанов. Ау! Штаны!
— Не хочешь меня посветить? — спросил Гоша и подал мне искомый предмет гардероба. Так и знала, что припрятал где-то у себя. Он же жук еще тот! — В ход пойдет картошка? Или помидоры? Еще яйца можно!
— Ха-ха. Смешно, — с сарказмом протянула я, одеваясь. — Я за тебя замуж выйду. Да, да! Лучший способ тебе отомстить! Будешь меня всю свою долгую жизнь терпеть. А если попробуешь найти себе какую-то еще фифу — привяжу тебя к кровати и не буду выпускать. Вот! Чтобы больше неповадно было.
— Ты сейчас серьезно? — приподнялся на локтях Серов.
— Конечно. Возьму у Артёма Михайловича в аренду наручники, прикую твои руки к изголовью кровати и буду измываться. Эка благодать.
— Я не о твоих эротических фантазиях, — отмахнулся Серов. — Валя, посмотри на меня.
Я повернулась и сделала, как меня просили. В глаза посмотрела, ресничками похлопала, будто не понимаю, к чему он клонит.
— Ты правда согласна выйти за меня замуж?
— В принципе, если хорошенько подумать, пораскинуть мозгами, вывести общие знаменатели… — начала я, но меня тут же заткнули страстным поцелуем.
— Ой, все, женщина! Ничего у тебя больше не спрошу, так и знай. Молча возьму и женюсь. А чтобы не вякала, рот скотчем заклею, — прервался Георгий, чтобы расписать мою дальнейшую судьбу.
Я в долгу не осталась, нащупала, чисто случайно, рукой луковицу, цапнула Георгия зубами за нижнюю губу и пока он, оторвавшись от меня, открыл рот, дабы заорать, сунула ему приготовленный снаряд прямо в рот. Ибо нечего мне угрожать! Сами с усами!
*Черпадло — в переводе с чешского "насос"
Глава двадцать первая
Бабушка, завидев растрепанных, но не менее довольных нас, стала шустро накрывать на стол.
Серов светился, подобно новогодней елке в центре Москвы, сжимая мою ладонь в своей большой руке и отказываясь отпускать её даже на секунду. Я тоже светилась, но менее ярко, то и дело смущенно отводя взгляд и наблюдая за всеми перемещениями Ба.
— Валя, нечего тут барышню на выданье строить. Помогай, давай, — шлепнула меня полотенцем бабуля. — Улыбаются они! Сейчас пойдете лук по всей деревне собирать. Такой позор на мою седую голову.
Мы покаянно опустили голову, но не удержались и переглянувшись, вновь заулыбались. Как дети малые, ей-богу!
Бабушка причитала, и я решила все же не наглеть и помочь хозяйке приютившего меня дома. Аккуратно высвободила руку из хватки Гоши, чмокнула его в нос, увернувшись от полноценного поцелуя и побрела за бабулей, не обращая внимание на недовольное сопение своего спутника. Не нравились мне явные проявления чувств на людях. Счастье тишину любит.
Бабушка недовольно цокала языком, раздавала указания и вовсю носилась по маленькому дому, собирая к столу всё съестное. Дед появился через минуту, поставив на стол бутылку самогонки. Добротной. Своей.
— Ну, хлопец, — крякнул дед, усаживаясь по правую руку от Гоши. — Говори, какие планы на нашу Валентину имеешь. Она у нас девка шо надо.
— И шо не надо, — тихо буркнул Гоша.
Дед не услышал, но зато хорошо услыхала я. Влепила язве желудочной подзатыльник и дальше стала на стол накрывать. Да только локаторы свои распустила, прислушиваясь к мужскому разговору.
— Жениться хочу, — потирая затылок сказал Георгий и чуть тише добавил: — Если доживу, такими темпами.
Прищурилась и вилку вперед выставила. Не бойся ножа, а бойся вилки! Один удар — четыре дырки!
— Чавой? — переспросил дед и к уху ребро ладони приставил, придвигаясь к Гоше.
— Жениться, — крикнул ему Серов на ухо.
— Топиться? — нахмурился дедуля.
— Жениться. Свадьба. Кольца. Дети!
— Йети? Не, нет у нас Йети! — отрицательно покачал головой дедушка.
— Замуж Валя выходит, старый ты пень! — воскликнула бабушка.
— А, — протянул дед. — Дак, свататься надоть.
— Вот вечером и приводи сватов! — выдала бабушка.
Я от такого заявления прямо и села. Хорошо, что стул оказался под попой. Иначе сидела бы я на полу удивленная, ртом воздух, как рыбка, глотая.
— Надо сваты? Будут сваты! — пожал плечами Гоша и подмигнув мне, стащил с блюда чебурек. Что-то я совсем не разделяю с Серовым его оптимизма.
— Вот и замечательно, — крякнул деда и откупорив самогонку, стал разливать ее по двум стаканам. Георгий потянулся было к одному, но дед его ловко перехватит и придвинул к себе.
— А тебе нельзя. За сватами ехать, — пояснил дедуля и залпом выпил граненый стакан самогона. — Наконец-то! Еще одну сбагрю!
Пришлось Гоше в спешке обедать, чтобы затемно успеть привезти сватов. Я вышла его проводить, наблюдая, как мой жених (сама в шоке), садится в автомобиль.
— Не успеешь соскучиться? — лукаво спросил Гоша, держа в ладошках моё лицо и оставляя на нём легкие поцелуи.
— Не успею. Не дождешься. — хихикнула я, пытаясь увернуться от настойчивых губ. — Ну, всё! Поезжай!
— А ты чем займешься без меня?
— Чем-Чем?! Лук пойду собирать, — буркнула я.
Гоша заржал, покачал головой и сев в машину, уехал, оставляя после себя клубки пыли.
Прокашлялась и вздохнув, действительно пошла собирать злополучный лук. Смешно ему, видите ли. Кстати сказать, он виновник моей несдержанности и потери зимних запасов овощей. Не найду все свои «снаряды» придется бабушке мешок лука покупать. А с чего его, спрашивается, покупать?! Если я гол, аки сокол! Еще и безработная. Мечта, а не невеста!
Так возмущаясь и кляня на чем свет стоит свою вспыльчивость, я ходила по деревне в поисках потерянных
