Он кивнул парням головой в сторону свободного стола и те послушно удалились, периодически поглядывая на нас.
— Ты труп, — спокойно произнес Гэнтон и выставил свою еду на стол, после чего наклонился ко мне и прошептал, — Как тебе твой дружок? Понравилось?
— Гэнтон, извини меня, я не хочу с тобой ссориться, — произнес я и отвел глаза, оценивая обстановку вокруг. Плохо. То и дело я натыкался на чей-нибудь взгляд. Подменить стаканы незаметно не получится, такое движение обязательно привлечет внимание.
— Да мне насрать, чего ты там хочешь, недомерок. Раньше надо было думать, — процедил он, стараясь чтобы окружающие не слышали его угрозы. Значит ему тоже невыгодно внимание?
Я придумал!
— Ну прости! — сделав жалостливый вид я рассеяно потянулся за соком и "случайно" взял его стакан, а затем сделал большой глоток.
— Ну ты и тварь! Это мой стакан, пошел отсюда вон, — прошипел он и схватил мой, который стоял не тронутый. — Пошел вон, я сказал. И забери свою жратву вместе с соком, я не буду пить после такого отребья.
На моем лице отобразилось растерянность, грозящая перейти в слезы.
— Только заной, сука, и ты не доживешь до завтра.
Я сделал испуганный вид и поспешил убраться за дальний столик. Дружки Гэнтона пересели к нему и начали что-то обсуждать, громко хохоча. А он спокойно выпил мой стакан с амарисой до дна. Получилось! Я покинул столовую, прихватив со стола дешевую стальную ложку. Она мне очень пригодится.
Теперь осталось дождаться ночи. Вернувшись в общежитие, я застал свою комнату полностью прибранной, а кровать Дони стояла как ни в чем не бывало, только без постельного белья и на нее уже положили новый матрас.
— Сегодня я отомщу за тебя Дони, — произнес я, глядя на пустующую койку. — Осталось немного.
Когда стемнело и прозвучал рожок, сигнализирующий отбой, я подошел к окну и выглянул на улицу. Дорожки были освещены сколитными фонарями и сейчас я ждал, когда по ним пройдут дежурные ученики старших курсов. Когда патруль показался, я закрыл комнату на ключ и приоткрыл окошко. Едва они исчезли за поворотом, вылез в форточку и перебрался по подоконнику к водостоку. Это было не трудно, поскольку моя комната была самой последней на этаже. Высоты я почти не боялся; там, на каравелле Джаиля, было куда страшнее.
Съехал вниз по трубе, огляделся, и, не обнаружив никого, начал аккуратно через кусты пробираться к общежитию второкурсников. Иногда приходилось замирать и прятаться в листве, когда мимо проходил очередной патруль. Добрался без лишних приключений, так и не выдав себя.
Когда очередная смена прошла мимо, вскочил на трубу и пополз вверх. Добрался до третьего этажа и пополз вбок по стене, цепляясь за швы и рельефные выступы камней. Добрался до туалета и замер. Внизу опять показался патруль. Было достаточно темно, а мой серый костюм хорошо сливался со стеной, поэтому понадеялся, что остался незамеченным. Влез на подоконник и через форточку запрыгнул внутрь, стараясь не шуметь. Тихонько подошел к кабинкам, услышал в одной из них натужное кряхтение и почувствовал невыносимую вонь.
Похоже надо временно затаится. Я выбрал укромный угол, между стеной и отрытой дверью, дождался пока человек уйдет и выскочил из своего убежища. Глянул ему вслед, высунув голову в коридор. Это оказался никто иной как Гэнтон, который в одних плавках и тапках возвращался обратно в свою комнату. Придется подождать до следующего его похода, что мне весьма на руку.
Я закрыл изнутри кабинку, забрался на трубу, переполз по ней в соседнее отделение, спустился вниз и закрыл вторую дверь, оставив единственный туалет открытым. Тот самый, который облюбовал Гэнтон. Затем снова влез наверх и начал ковырять украденной ложкой рассохшийся раствор вокруг увесистого булыжника. Справился примерно за полчаса и еще, около пятнадцати минут у меня ушло, чтобы выковырять его из стены и разместить на трубе перед собой. Пот с меня тек ручьями, но мне все-таки это удалось.
Прошло, наверное, еще около часа, когда раздались шаркающие шаги и внизу отворилась кабинка. Я аккуратно выглянул сверху и обнаружил Гэнтона, который уже успел снять плавки и сейчас усиленно издавал отвратительные звуки. Собравшись с силами, я сбросил камень вниз… Раздался оглушительный грохот, который я почему-то совсем не принял в расчет!
Я перегнулся через трубу и увидел, что Гэнтон лежит в луже крови со спущенными трусами, а голова его превратилась в кровавое месиво. Ноги тряслись в конвульсиях, как тогда в катакомбах у того священника. Скоро здесь соберется все здание, и мне надо срочно бежать…
Метнулся к окну, высунулся в форточку и осмотрелся. Не заметив патрулей, перелез на другую сторону и пополз по стене в сторону трубы, по которой благополучно съехал вниз и затаился в кустах. Вроде никого.
Пробрался через кусты до общежития. Сердце грозилось выскочить из груди, а дыхание сильно участилось. Проводил глазами патруль и начал взбираться по трубе наверх. Время замедлилось, казалось, я не успею проскочить до очередной смены дежурных.
Вот и подоконник. Едва перебрался на него, как раздался тревожный сигнал рожка, но спасительная форточка была уже рядом. Я нырнул в нее, скинул с себя всю одежду и забрался в постель. С улицы доносились тревожные крики, под которые мне, тем не менее удалось заснуть.
— Кай, очнись! — смутно знакомый голос.
Я открыл глаза и застыл в изумлении. Передо мной стояла комиссия во главе с самим Доланом Кригером!
— Вот и наш герой! — произнес Майер. — Держите свой испытательный лист, молодой человек.
Рассеяно принял его из рук преподавателя и опустил глаза. Там стояла десятка за испытание и десятка за арену! Я все понял…
Это был обман! Они все-таки усыпили меня и залезли в мою голову! Но как? Ведь я сопротивлялся? Сознание прорезала мысль.
— Дони жив? — я испугано уставился на комиссию.
— Конечно жив, Кай Фаэли. Все живы и здоровы. Посвященные богини не глупцы, чтобы рисковать своей жизнью, ради убийства будущего брата. — Произнес Кригер.
Я облегченно выдохнул, а ректор задумчиво сдвинул брови и продолжил:
— А вот ты, Кай Фаэли, станешь. Пусть ты все сделал несколько непродуманно и неаккуратно, но твоя психологическая готовность служить Арамене не подлежит сомнению.
По моей спине пробежал холодок. Они что, все видели? Не может быть!
— Что я сделал неаккуратно, господин Великий магистр?
— Ну, например, ты мог промахнутся камнем по голове Гэнтону, или не убить его сразу. В этом случае умер бы ты, а не он. Этот юноша очень сильный телекинетик.
— Так вы все знаете? — я готов был провалиться сквозь пол от стыда.
— Конечно знаем, поэтому сейчас ты немедленно идешь со мной.
— Куда?
— На Обряд Посвящения Арамене, конечно. Ты чересчур опасен, Кай Фаэли, и нам обоим так будет спокойнее.
Глава 17
Ректор взял со стола какой-то кристалл и показал жестом следовать за ним. Мне ничего не оставалось как повиноваться и двинуться следом, размышляя о произошедшем. Юфин, конечно, говорил, что меня ждет, но я и подумать не мог, что все будет именно так. Я только что был главным участником спектакля, за которым наблюдала комиссия…
Мы поднялись на второй этаж, затем прошли до самого конца коридора и оказались в небольшой боковой пристройке. Здесь располагались личные кабинеты преподавателей, а на входе нас встретили двое вооруженных старшекурсников, лет пятнадцати-шестнадцати. Они сдержанно поклонились Кригеру одной головой, а он бросил на ходу:
— Ставера ко мне, немедленно. И пусть возьмет свою обрядную сумку.
Один из дежурных отправился за названным человеком, а ректор, не останавливаясь, поднялся по лестнице на самый верх пристройки. Мы очутились в просторном кабинете, по всему периметру которого были окна. С этой комнаты был доступен полный обзор территории школы и я, наконец-то, смог осмотреться.
