можешь посмотреть коммунальные компании в этом городе? — Я спрашиваю Деклана, который уже работает на своем ноутбуке.
Я подхожу и встаю позади него, пока он просматривает информацию для меня. Он показывает номер, и я быстро набираю его в свой мобильный телефон и отправляю вызов.
— Город Гиг-Харбор, — отвечает дама.
— Да, я звоню от имени моего брата Ашера Корре. Он попал в аварию и в настоящее время находится в больнице без сознания. Мы не знаем, когда он выйдет из своего нынешнего состояния, поэтому я хотела убедиться, что его счет актуален, — лгу я, и когда я смотрю на Деклана, он ухмыляется моей быстроте мышления.
— Напомните, какое было имя?
— Ашер Корре.
Я слышу, как она печатает на клавиатуре, прежде чем сказать:
— Да. Наши записи показывают, что в настоящее время баланс нулевой.
— О, хорошо, — отвечаю я. — Тем временем, не могли бы вы отправить бумажную копию его счета по почте в палату представителей? Я знаю, что он платит онлайн, но поскольку у меня нет доступа к его паролям, я хочу убедиться, что могу оплатить через электронную почту.
— Конечно. Да. Мы определенно можем отправить вам счет по почте.
— Отлично. И просто для уверенности, не могли бы вы сказать мне адрес, который у вас есть в файле?
— 19203, Фэрвью-лейн с почтовым индексом 98332.
— Это верно. Большое вам спасибо за вашу помощь.
Я вешаю трубку, и Деклан спрашивает:
— Ты получила адрес?
— Это было слишком просто, а та женщина была слишком доверчивой, — отвечаю я, а затем протягиваю ему бумажку с адресом.
Он вбивает его в свой компьютер.
— Вот оно.
— Поехали! — выпаливаю я от волнения, желая убедиться, что это действительно он.
— Подожди, — говорит он. — Мы не можем просто так заявиться к нему на порог. Он прячется от чего-то или кого-то, так что нам нужно быть осторожными ради него, а также ради тебя.
Он прав. Мне нужно притормозить на секунду и хорошенько все обдумать.
— Я думаю, нам следует сесть в машину и проехать мимо. Проверить это место. Сначала нам нужно убедиться, что это действительно твой отец.
— Хорошо.
На данный момент я соглашусь практически на что угодно.
Мы возвращаемся в машину и едем по указанному адресу, и довольно скоро въезжаем в приятный пригородный район с большими прибрежными домами в стиле Новой Англии, выстроившимися вдоль улиц. Дети катаются на велосипедах и играют на улице, а люди выгуливают своих собак. Все выглядят счастливыми, наслаждаясь последними часами дня перед заходом солнца.
Деклан притормаживает, когда сворачивает на Фэрвью, но не останавливается, когда мы проезжаем мимо дома.
— Вот он. Двухэтажный дом в колониальном стиле, — говорит он.
Я смотрю через ветровое стекло на красивый дом, и мой желудок сжимается, когда я думаю о том, что это дом моего отца.
— Я предлагаю дать ему пару часов, пусть станет темнее, а потом мы вернемся. Может быть, нам удастся застать его возвращающимся домой с работы.
Тревога, смешанная со всеми другими эмоциями, роится в глубине моего нутра. Как это может происходить, когда я всю свою жизнь оплакивала его смерть? И теперь есть вероятность, что я увижу его сегодня вечером, что он может быть жив. Это слишком много для меня, чтобы понять и переварить.
— Элизабет?
Мое горло сжимается, как тиски, от грусти внутри, и я просто смотрю на него и киваю в знак одобрения его плана.
Чтобы убить время мы направляемся в местную кофейню. Деклан делает несколько деловых звонков, пока я пью горячий чай и читаю какой — то журнал «Местная газета» со всеми событиями в городе. Мы немного поездили по окрестностям, прежде чем остановиться здесь, и это кажется странным местом для жизни. Здесь не так много всего, и все действительно разбросано, но окрестности хорошие.
— Нам пора идти, — говорит Деклан, и я быстро допиваю еще один чай.
Сегодня было сказано очень мало слов, мои эмоции слишком сильны, чтобы говорить, а Деклан не настаивал на разговоре, что я ценю. Мне нужна тишина прямо сейчас.
Запрыгнув обратно в неприметную четырех — дверную машину, которую Деклан взял напрокат, мы направляемся обратно к дому. На этот раз, когда мы въезжаем в район, тротуары пусты, а уличные фонари уже горят. Окна освещены, в то время как семьи, которые живут внутри, вероятно, ужинают, и когда мы подъезжаем к тому, что мы считаем домом моего отца, несколько комнат тоже освещены.
Мы паркуемся вдоль тротуара на противоположной стороне улицы, и я смотрю в окна, надеясь что-нибудь увидеть.
— Там кто-то есть, — шепчу я.
— Я не вижу никакого движения, но я согласен. Слишком много света горит, чтобы никого не было дома.
На подъездной дорожке нет машин, но это не значит, что в гараже их нет.
— Что нам делать?
— Мы подождем, — отвечает Деклан. — Посмотрим, не выйдет ли кто-нибудь или не вернется ли кто-нибудь домой.
Вот что мы делаем.
Мы садимся.
Мы ждем.
Но мой разум этого не делает. Он продолжает кружить мысли, задевая струны моего сердца. Они кружатся в калейдоскопе: что, если. Так много, что я не могу держать их в себе, поэтому я спрашиваю Деклана:
— Что, если он женат? — Мой голос дрожит от отчаяния. — Я имею в виду, это слишком большой дом для одного человека, верно?
Деклан смотрит на меня и берет меня за руку, его лицо покрыто пятнами печали, и после долгого молчания он отвечает:
— Это возможно.
Я смотрю на часы, уже начало девятого. Мы сидим здесь уже несколько часов, когда в нашу сторону светят яркие фары.
— Элизабет, — настойчиво шепчет Деклан, когда внедорожник въезжает на подъездную дорожку.
Я задерживаю дыхание, когда мое сердце быстро колотится в груди, звук наполняет мои уши. Наклонившись вперед, я вижу, как открывается дверь со стороны водителя, и когда из нее выходит мужчина, он стоит ко мне спиной. Он лезет в машину и достает портфель, в тот же момент распахивается входная дверь и выбегает молодая девушка. И когда этот человек оборачивается, я подавляю громкий вздох, крепко сжимая руку Деклана.
— Это он, — говорит он с выражением искреннего изумления, но я нахожусь в состоянии шока, когда вижу, как мой папа берет этого ребенка на руки и обнимает ее.
— Папа, почему ты так поздно? — Я слышу, как ее приглушенный голос снаружи машины спрашивает его, и слезы катятся по моим щекам, как ножи.
— Мне жаль, принцесса. Я связался с клиентом, — говорит он, и я помню его голос, как будто это было только сегодня утром,
