позаимствовал, у той как раз такой в подарке оказался. Потом вернул, в отличие от рубля, который в конце концов исчез без следа в его кармане. При этом распорядитель был уверен, что получил его обратно. Такая вот мелкая месть получилась.
— Ловко у тебя деньги между пальцев исчезают, — Одобрительно сказала Анна, когда представление уже закончилось, и они отошли от елки.
Петин подарок она, как-то самым естественным образом себе забрала. В нем, вместо платка карнавальная маска оказалась, и девушка немедленно надела ее на себя. Платок тоже на плечи накинула.
— Я тоже так умею, но не так ловко, как ты, — Неожиданно добавила она: — Девушкам сдачу и так часто оставляют. Я все правильно про тебя поняла?
Дальше оказалось, что Анна сама часто в лавке за прилавком работает. У ее семьи своя аптека в городке.
— Так у тебя в семье маги есть?
— Нет, разве очень давно кто-то из предков был. Или недавно, — она как-то грустно усмехнулась: — Ваш брат, кадет, вниманием замужних дам тоже не обделяет.
Тема была скользкая, и Петя ее развивать не решился. Но запомнил.
— Разве аптекарь не должен быть магом? — Спросил он.
— Необязательно. Настойка календулы царапины заживляет, а отвар ольховых шишек от поноса лечит без всякой магии. Ну а всякие эликсиры мы у магов на реализацию берем. Ты же целитель будущий? Как научишься их делать, знаешь, куда их нести.
Знакомство неожиданно оказалось еще и полезным. Надо будет Анну в лавке навестить, посмотреть, что и как у них устроено. Может, даже научиться чему полезному получится. И узнать чему в Академии в первую очередь учиться надо, тоже не мешает. А то без приработка грустно.
Дальше начались танцы. Петя не блистал, но очень старался, так что партнершу не позорил. Хотя, надо признать, Анна танцевала лучше него.
Как ни странно, несколько раз ее у него пытались увести. В смысле, пригласить на танец. В основном, такие же первокурсники, как и он сам. Зачем? Вокруг полно девушек. Не знают, как к ним подойти? Или Анна чем-то особенным выделяется? Наверное, все-таки второе. Девушка и так была красива, а сегодня чувствовала собственный успех и была особенно неотразима.
Как правило, Анна немедленно находила таким партнерш где-нибудь неподалеку. Но однажды Петю все-таки оставила. Когда к ним (к ней) знакомиться Никита Волохов подошел.
— Наш чемпион, — Представил его Петя: — Сильнейший маг курса. Вместе с ним в давилке последний месяц сидели.
Вроде как комплимент сказал, но и себя не обидел. Но Анна благосклонно улыбнулась и попросила разрешения ненадолго оставить его таким тоном, что отказать означало бы нарваться на скандал.
— Ну вот, — Загрустил Петя: — Подарки съела, подругам носы утерла, теперь можно и на более перспективного переключаться.
Однако, Анна после танца вернулась к нему и больше уже не отходила:
— Знаю я таких чемпионов, — Фыркнула она: — Насмотрелась. Считают, что одним своим присутствием всех счастливыми делают.
И повела Петю в круг на следующий танец.
В целом вечер прошел хорошо, и Пете даже почти не было жалко потраченных на него денег. Анна оказалась, конечно, из более благополучной семьи, чем у него в Песте, но в целом, они были из одного круга. Так что разговаривать с ней было легко и даже интересно. К тому же работа аптеки его искренне интересовала и проводил (на извозчике) после бала до дому он ее не только из вежливости.
Поцелуев на прощанье не было, только слабое пожатие рук, но ведь это было только первое свидание. Пока Петя был доволен, а там — видно будет.
Наступили каникулы. Довольно долгие — от Рождества до Крещения. И самые беззаботные. Летом кадетам всякие разные практики организуют, а зимой — целых две недели делай, что хочешь. Многие срочно по домам разъехались, родню навестить.
Пете ехать было некуда. То есть, конечно, съездить в Пест и обратно он бы успел, только вот что ему дома делать? Семья у него такая, что выросшие дети поскорее сбежать из нее хотят. Похвастаться перед соседями, что учится в Академии? Зависть вызовет, а искренне рад его успехам не будет никто. Разве что попытаются с него что-нибудь полезное для себя получить. А так как лечить он пока не умеет, значит, все денег просить будут. Или подарков ждать. Только зачем все это самому Пете?
Ограничился письмами по прежним адресам — матери, Куделину и брату в Тьмутаракань. Но так как ответа он на свои прежние письма не получил, то и сейчас многого от переписки не ждал. Написал, что жив-здоров, первый семестр отучился благополучно, скоро будет второй. Всем привет. И все. При пятидесяти рублях стипендии расход на марки нечувствительный.
На каникулах преподаватели в Академии показывались редко, хоть и не разъехались. У большинства в Баяне свои дома имелись, а особо экономные занимали казенные квартиры в противоположном от казармы крыле Академии.
Одним из квартирующих в Академии оказался Карл Фридрихович Глок. Семьи он не завел, на каникулы никуда не уехал, вот и слонялся без дела по округе. Нет, так-то по официальной версии он лабораторное оборудование налаживал, даже доплату к окладу получал за работу в сверхурочные часы, но почему-то все больше сидел в одной из беседок в саду. Иногда медитировал, иногда книгу какую-то читал (обложка была скрыта дополнительной) иногда, похоже, просто дремал. В один из таких моментов Петя нахально уселся на скамейке напротив и больше часа терпеливо ждал, пока преподаватель Маги соизволит проснуться. После чего вежливо спросил:
— Ваше высокоблагородие, дозвольте обратиться.
Глок кивнул. Возможно, его просто качнуло спросонья, но это можно было трактовать, как разрешение:
— Ваше высокоблагородие, жалко время впустую тратить. Не могли бы вы меня, пока занятия не начались, заранее научить какому-нибудь заклинанию? Или хотя бы позволили еще несколько сеансов в маготроне провести?
— В маготрон захотели? — Первый вопрос преподаватель Маги, похоже, проигнорировал: — Ничего вам это больше не даст. Методика отработана, всех кадетов до их максимума довели, дальше сами тренируйтесь, и прогресс будет очень медленным. Вот вы, непонятно как, но до уровня седьмого разряда все-таки дотянулись. Если продолжите упорно качаться, имеете шанс выпуститься шестым разрядом. А пятый разряд, если вообще его достигните, будет еще лет через десять. Так что, дерзайте!
— А заклинание?
— Что-то вы, кадет, забываетесь. Индивидуальных занятий в Академии нет. Только для особо одаренных по специальному распоряжению ректора. Так что, налево-кругом! Марш!
Делать было нечего, пришлось выполнять. Но удаляясь от беседки строевым шагом, Петя все-таки услышал, как Глок ворчит себе под
