Ли подумывала о том, чтобы навестить Дейтонов, но, очутившись на широкой улице с большими белыми домами, отказалась от этой мысли. Они бы предложили ей остаться, и тогда Ли все время думала бы только о том, куда ходили в Момбаса Ник с Джанин. Если они бывали в клубе «Бабочка» или если они ходили на пляж… Нет, ей не было смысла оставаться. Ли поймала такси и отправилась прямиком в аэропорт.
Как она и думала, билет для нее был забронирован на любой, по ее желанию, рейс. Когда Ли шла по терминалу, ей снова нестерпимо захотелось остаться в этом мире моря и солнца. Чтобы справиться с собой, она взяла билет на самолет, взлетавший через полчаса, и пошла выпить чашечку кофе.
Когда до вылета оставалось несколько минут, Ли заняла свое место. Она разглядывала сидевших по сторонам пассажиров, поражаясь, какие разные люди летели в Лондон. Ли пыталась угадать, кто из них хотел лететь, а кто хотел остаться. Нельзя было сказать точно. Улыбки могут скрывать так много. Взглянув в иллюминатор, Ли увидела в стекле свое отражение.
Скоро самолет медленно выехал на взлетную полосу и стал разгоняться. Вид из иллюминатора начал меняться. Сперва Ли видела синее небо и тропическую зелень. Но потом все стало серым. Или ей это просто показалось.
Лондон в ноябре выглядел не слишком жизнерадостно. Все куда-то спешили. Мимо Ли проходили люди с красными от холода носами. Ли чувствовала через легкую куртку осеннюю сырость. Садясь в поезд до Литл-Эшби, она думала только о том, чтобы поскорее добраться до дома и одеться потеплее.
Над полями стоял туман, деревья уже давно сбросили листья. Наконец Ли сошла на своей станции. Кроме нее, из поезда больше никто не вышел, и она осталась одна на пустом перроне.
Дорога, по которой шла Ли, тускло освещалась фонарями, сквозь туманную дымку были видны холодные звезды.
Ли постучалась в дверь дома, который когда-то принадлежал ее тете и в котором ей обещали сдать комнату после его продажи. Из-за двери слышался чей-то разговор и звук телевизора.
Наконец дверь открылась.
— Боже мой, ты вернулась! — удивленно проговорила стоявшая в дверях женщина. — А тут я снимаю твою комнату. — Она взглянула на чемоданы Ли. — Но ты ведь не говорила, когда собираешься вернуться, и я не могла…
— Конечно, я не могла надеяться, что комнату никто не займет. — Ли подняла с земли чемоданы и улыбнулась. — А что с коробками, которые я тут оставляла?
— Твоя подруга… — Женщина кивнула. — Мисс Пеннивезер, кажется, ее так зовут? Она забрала их.
Ли развернулась. Женщина еще немного подождала и закрыла дверь.
В доме Грейс, стоявшем дальше по дороге, рядом со школой, все было намного спокойнее. Окна закрывали плотные шторы. Вокруг было тихо, и Ли, поднимаясь к двери, слышала только скрип ступеней. Она постучала.
За дверью раздались шаги, она открылась, и на пороге показалась удивленная Грейс.
— Боже мой! — вскрикнула она.
— Я слышу это уже второй раз за вечер, — улыбнулась Ли. — Мне сказали, что ты забрала мои вещи.
— Господи, да заходи же скорее! Я всегда хотела ответить на твои письма, но тут то одно, то другое… Дай-ка я возьму это. — Грейс выхватила у Ли из рук чемоданы и взяла ее куртку.
Они прошли в небольшую комнату, где стоял накрытый белой скатертью стол и горел камин.
— Мама, Ли вернулась! — прокричала Грейс в соседнюю комнату. — Помнишь Ли Треверс? Она уезжала за границу, чтобы приглядывать за чьими-то детьми.
В дверях появилась миссис Пеннивезер, вытиравшая полотенцем тарелку.
— Довольна своим путешествием? — спросила она с широкой улыбкой.
Отец Грейс оторвался от газеты, которую читал, и приветливо кивнул Ли.
— Пойду приготовлю для тебя чашечку чая, сказала Грейс. — А потом ты расскажешь мне о своих приключениях.
Когда Ли уже сидела за столом и перед ней стояла чашка с горячим чаем, она глубоко вздохнула и пожала плечами.
— Сейчас меня больше всего заботит то, куда мне деться сегодня ночью, — произнесла она.
— Ко мне на второй этаж конечно же! — перебила Грейс. — У нас есть свободная комната. Можешь оставаться у нас, сколько захочешь. Правда, мама?
Миссис Пеннивезер утвердительно кивнула и весело улыбнулась. Теперь Ли чувствовала себя гораздо лучше и сделала несколько глотков.
— Ну, у меня еще полно домашних работ, которые надо проверить, так что… — извиняясь, проговорила Грейс.
— О, не обращай на меня внимания! — Ли встала. — Я сейчас отправлюсь наверх, чтобы устроиться. К тому же мне еще надо постелить постель.
— Ты просто невозможна! — Грейс взяла ее за руку. — Я поднимусь и помогу тебе.
Они прошли в небольшую комнату на втором этаже. Скоро кровать была готова.
— Ну, вот и все! — с довольным видом сказала Грейс. — Теперь ты можешь здесь жить. — Она взглянула на Ли, смотревшую в никуда, и улыбнулась. — Ну же, улыбнись! Разве ты не рада, что вернулась?
— Наверное, я устала после долгой дороги. — Ли с трудом заставила себя улыбнуться.
— Тебе просто нужен хороший сон. — Грейс вышла и тихо закрыла за собой дверь.
Ли посмотрела ей вслед, стараясь сдержать слезы. Возможно, Грейс была и права, но она знала в жизни только школу, разноцветные обои и вид из окна. Может быть, многие думают, что в мире нет ничего, кроме этого, но у Ли в мыслях были сейчас солнечные пляжи с высокими пальмами и…
Она упала на кровать и спрятала лицо в подушку. Ей еще никогда в жизни не было так тяжело.
На следующее утро Ли сидела с Грейс за столом.
— Я тут подумала… — Грейс намазала тост джемом и взглянула на Ли. — Ты можешь устроиться на работу в Тинглтон. Половина учителей заболели гриппом. Мисс Ворс, конечно, немного фурия, но она просто подпрыгнет от счастья.
Ли, обдумывая ее слова, смотрела в окно. А почему бы и нет? Почему сразу не включиться в работу? Ведь говорят же, что это помогает? Наконец она кивнула.
— Буду рада помочь. — Ли улыбнулась.
— Здорово. Я сегодня же обо всем узнаю. — Грейс вскочила из-за стола и схватила свою сумку и куртку. — А теперь мне пора бежать. Автобус будет с минуты на минуту. Пока!
В конце дня, который она провела в комнате, разглядывая в окно пустые поля, Ли, к своему облегчению, услышала, что ее на временной основе приняли в Тинглтон. Теперь ей надо было пережить всего лишь выходные, а потом жизнь опять войдет в обычное русло.
В понедельник утром Ли надела аккуратный строгий серый костюм с серой блузой. Когда она уже была готова идти, Грейс вдруг покачала головой, глядя на ее распущенные волосы и обруч.
— Я бы не стала так начинать… Только не с Маргарет Ворс, — сказала она. — Подожди-ка. У меня есть еще одна заколка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
