отличие от Эрегора он найдет способ устранить проклятое дитя. Он видел край печати на коже девчонки, он понимал, что дело должно быть сделано.
По здравому разумению, это знание было Филвереллу не по чину, но что поделать, если твой отец — высокопоставленный столичный чиновник, а верховный жрец Храма на Холме — частый гость в родовом поместье?
Проклятое дитя, вестник новой эпохи и больших потрясений для его народа. Но даже если бы печати на спине юной эльфийки не было, Филверелл все равно отдал бы этот приказ. Владыка Нильф должен заплатить за унижение, которое он причинил эльфу. Да, он должен заплатить сполна.
Командор замер у окна и, наблюдая за потоками льющейся с небес воды, улыбался. Впервые с момента своего прибытия в Мибензит.
Глава 15
Взор тьмы
Как и советовал Эрегор, городское вече было назначено уже через две недели после собрания мастеровых. Медлить нельзя, ждать зерна — тоже. В городе почти не осталось моих противников и на подъеме были благонадежные и доброжелательные фракции. Гильдия ремесленников переживала внутренний разгром и всем в квартале сейчас заправляли гномы, а неформальными лидерами этого процесса стали Зинас и еще несколько видных кузнецов. Гильдия Теней не показывалась из своих нор: воры с опаской ожидали мою реакцию на тот донос, который они сделали, и из-за которого под удар попала Лиан и караван Тронда. Умом я понимал, что воры тут совершенно не при чем, но вот сообщать им это свое мнение я совершенно не торопился. Меня пытались убедить в том, что кто-то из городских позарился на серебро Ирен, а все оказалось совершенно иначе. И эта ошибка едва не стоила моей подопечной и купцу жизни.
Разок я сходил в бордель, оставил записку для теневых патриархов, после чего сделал вид мрачный и загадочный. Чем больше я буду держать в напряжении эту скользкую братию, тем позже они позарятся на чей-нибудь тугой кошель и начнут за мной шпионить или выполнять иные поручения, которые бы могли как-то навредить всему нашему предприятию.
Ужин у Филверелла прошел не так ярко, как я ожидал, но это был только первый этап торгов. Я намекнул темному, что не прочь переложить все бремя славы за подписание бумаги об основании эльфийского гарнизона на его доблестные плечи. В ответ же я требовал все того же, что и раньше — не путаться у меня под ногами и изредка включаться в процесс, случись какие-то осложнения или другие непредвиденные ситуации. По реакции командора ничего однозначно сказать было нельзя. Эльф казался каким-то загадочным, будто вел свою игру, но разгадать его замысел у меня так и не получилось. Ну что же, у меня есть еще несколько месяцев. Выписывать грамоту о союзе с Н’аэлором пока слишком рано, нужно дождаться обострения ситуации с хлебом, ее разрешения, а потом горожан можно брать голыми руками — они будут согласны на все.
Я так носился с официальной частью вопроса, потому что это было нужно и Мибензиту, и самим эльфам. Ни один из министров Ирен не одобрит отправку войск в город, где эльфов не ждут, решение королевы будет просто заблокировано. Вечный Лес не вмешивается в дела людей и не захватывает новые земли — такова вечная доктрина после падения Садов Армина, которая защищает народ темных от любых поползновений со стороны Брима или Орденов. Если Ирен введет войска в один из городов Западных земель без прямого приглашения, это станет формальным поводом для войны со стороны Брима, который был бы не прочь отодвинуть границы Н’аэлора еще дальше на север.
За исполнением этого принципа нерасширения внимательно следит весь Менас и исключением является только пример Шивалора, где жители сами согласились на гарнизон темных.
Важен официальный договор и для Мибензита. Каждый город управляется самостоятельно и автономно его жителями через выборных бургомистров, но все они придерживаются единого права. Это позволяет не только избежать возникновения молодой аристократии или других идиотов, но и удерживает Западные земли в вольном состоянии. И один из первых пунктов этого всеобщего свода правил гласит: сопротивляться включению в состав соседних государств и препятствовать порабощению Западных земель. Без документа гарнизон эльфов формально станет захватчиками, а жители Мибензита — предателями своего родного края со всеми вытекающими для торговли и прочих отношений с соседями последствиями. Так что грамота, описывающая функции гарнизона и являющаяся прямым приглашением жизненно необходима. Без нее никуда.
— Все готово, учитель, — сообщил Эрегор, едва моя нога переступила территорию цитадели.
Казалось, эльф специально стоял у ворот и ждал меня, чтобы сообщить эти неприятные новости.
Конечно же, речь шла о платье, в котором я буду выступать на вече. В предыдущие годы выборы бургомистра были исключительно формальным мероприятием. Всех устраивало правление семейства Гинника, а зачем менять то, что работает? Так что на площадь перед управой собиралось хорошо, если несколько сотен человек. Например, казни вызывали у горожан куда больше интереса, чем вопрос о том, кто будет управлять городом. Но в этом году все было иначе, и выборы пройдут даже не перед управой, а на рыночной площади, прямо рядом с гномьей стройкой, что добавляло ситуации символизма. Еще пару дней назад торговые ряды и телеги начали растаскивать в стороны, чтобы перед помостом могли уместиться все желающие. Торговцы ворчали, но понимали важность предстоящего мероприятия, лоточники, пекари и держатели ближайших трактиров — потирали руки. Половина города соберется в одном месте, а потом пойдет есть, пить и мыть кости новому бургомистру! А то, что этим бургомистром по слухам станет Владыка Демонов, лишь подливало масла в огонь.
Я сам сегодня прошелся по улицам и послушал, о чем судачат люди. Одни — приветствуют мое назначение, другие — относятся с подозрением и опаской. Есть даже идиоты, которые говорят, что я как темный маг введу налог кровью и человеческими жертвами, а еще начну портить девок, прямо как старая аристократия Брима на востоке, на границе с подгорцами и орденами, где до сих пор действовало право первой ночи. Одни люди с презрением относились к купцам и Гиннику, другие — не доверяли гномам, называя их «хитрыми недомерками, которые сговорились с колдуном». Голоса эти звучали примерно с равной силой, но сам факт того, что половина Мибензита на полном серьезе отстаивала кандидатуру Владыки Нильф, уже было поразительно. Воистину, настали странные времена.
Костюм казался чуть узковат, но это только потому что он вызывал у меня ощущение накинутых кандалов, которыми меня прикуют к
