Примерно через год после того, как «овцы Джекоба» впервые появились во Фрогморе, от них получили шерсть, а из нее сшили одежду по рисункам самого писателя. Впоследствии было получено много ярдов шерсти, которую Майн Рид потратил на одежду для себя и для многих своих друзей.
Поскольку шерсть не окрашивалась, ее первоначальный цвет не тускнел. Чарлз Олливант подтверждает исключительное качество шерсти, сообщая нам, что у него «было пальто из этой неокрашенной шерсти, и он носил его каждую зиму начиная с 1879 года в течение семнадцати лет, и в год Господа нашего 1897 оно такое же доброе, как и вначале!»
Майн Рид иногда в шутку замечал, что ему следовало стать селекционером овец.
* * *
В сентябре 1879 года некий Дж.Е.Кей, библиотекарь колледжа в Манчестере, выступил с несправедливыми и неджентльменскими нападками на многих романистов, включая и Майн Рида. Прочитав об этом, писатель тут же разразился гневным письмом, которое появилось в номере «Дейли Ньюс» за 29 сентября 1879 года под названием: «Романисты и библиотекари».
«Редактору «Дейли Ньюс».
Сэр, из вашей редакционной статьи я узнал, что мистер Кей, названный «библиотекарем колледжа Оуэнса в Манчестере», на конференции Библиотечной ассоциации вызывающим тоном спросил: «Кто слышал, чтобы пожиратели Эмара, Майн Рида, Купера и Марриета переходили когда-нибудь к более серьезной литературе?» Мистер Кей далее сказал, что «эти романы не иллюстрируют благородные принципы человеческой природы; в них нет истинного рыцарства, и в целом они являются только помехой человечеству».
Ничего не могу сказать о романах Эмара: это произведения француза, и пусть судят о них французы. Но если и существуют на английском языке произведения, иллюстрирующие «благородные принципы человеческой природы» и включающие в высшей степени «истинное рыцарство» в большей степени, чем романы капитана Марриета, то я их не читал. И почти то же самое можно сказать о романах Фенимора Купера.
Писателю не очень приятно публично хвалить свои работы, сколько бы похвал их он ни слышал от других. Но мистер Кей бросил мне прямо в лицо перчатку, и я намерен ее поднять: ведь другие писатели, которых, к моей гордости, он обвинил вместе со мной, давно умерли и не могут защитить себя. И, отвечая ему, я скажу: если и есть какие-то достоинства в моих книгах, то именно те, в которых он им отказывает. А именно – они ведут своих пожирателей «к более серьезной литературе».
Я получил много писем (а о других аналогичных случаях мне рассказывали) от людей, добившихся выдающихся успехов в разных областях жизни, особенно в естественных науках; в этих письмах сообщается, что первым толчком, побудившим их к занятиям, послужили уроки, полученные из моих романов. Я знаю это без всяких свидетельств, потому что именно с такой целью я и включал эти уроки. И если бы мистер Кей мог прочесть письма родителей, которые благодарят меня за «благородные принципы», которые усвоили из моих книг дети, он бы, возможно, милосердно исключил мое имя из своего черного списка и говорил бы о моих книгах как о чем-то большем, чем «помеха для человечества».
Доктор Ливингстон[50] в своем последнем письме, написанном из глубины Африки, говорит: «Читатели романов Майн Рида – это как раз те, из кого получаются путешественники»[51]. Я никогда не имел чести лично знать величайшего из путешественников и, могу даже добавить, величайшего из наших современников. Тем более ценю я его похвалу; и благодаря ей легко могу вынести несправедливые и вульгарные обвинения «Дж.Т.Кея, библиотекаря колледжа Оуэнса из Манчестера».
Неловкий критик имел все основания пожалеть о своей неосторожности, потому что газеты подхватили эту тему и высмеяли подобные обвинения. Почти все в самых теплых словах отзывались о ценности книг Майн Рида, наряду с романами других писателей, живых и покойных.
* * *
В дни, когда эта книга готовилась к печати, воздух заполнился криками благодарной нации. После нескольких тревожных месяцев напряжение спало, героем дня оказался полковник Баден-Пауэлл, храбрый защитник Мейфкинга[52]; и уместно будет представить следующий абзац из «Бирмингем Дейли Пост» от 3 мая 1900 года.
«Член парламента от Шотландии намеревался сделать запрос помощнику военного министра, действительно ли книга полковника Баден-Пауэлла о ведении разведки распространялась в немецкой армии правительством Германии и были ли розданы экземпляры этой книги английским солдатам в Южной Африке. С этой связи могу упомянуть, что этот храбрый защитник Мейфкинга первые сведения о лучших способах разведки противника почерпнул из индейских романов Фенимора Купера и Майн Рида. Он как-то сказал другу, что в детстве именно это больше всего его интересовало, и ответ он находил в книге «Зверобой» первого автора и «Охотники за скальпами» второго.
Глава XXIV
Изучает привычки животных. Любовь к домашним животным. «Натуралист на Уае». Репутация в качестве натуралиста. Усилия Чарлза Олливанта. Последний роман. Тяжелый литературный труд. Тревога за его жизнь. Вклад в американские публикации. Новые сани. Приключения в сугробах. Соединенные Штаты дают пенсию.
Во Фрогморе Майн Рид смог отдаться своей постоянной страсти и начать внимательное изучение привычек всех птиц, зверей и рептилий, которые в изобилии обитали по соседству. Животный мир здесь настолько разнообразен, что писатель называл окружающую местность «раем натуралиста».
Он вынужден был ограничить свои исследования фермой: не нужно забывать, что после последней серьезной болезни зимой и весной 1874-1875 года Майн Рид передвигался на костылях. Но соседи за много миль в окрестности приносили ему в многочисленные образцы птиц и животных, вдобавок к тем, которых он находил на собственных обширных полях.
Он очень любил животных, живших в доме. В клетках в его комнате жили сова и сорока, а маленькая выдра, которую поймали на берегах ручья, свободно бегала по территории и ела с рук. Капитан просил, чтобы у его постели по вечерам оставляли молоко и рыбу и сам кормил зверька. На газоне прямо под окном можно было увидеть ястреба, которого Майн Рид взял из гнезда. Это было красивое маленькое создание, и такое ручное, что прилетало по свисту хозяина и хватало пищу из его руки. Совсем другим был свирепый барсук; когда его тревожили в его клетке, он рычал и щелкал зубами и всякий раз пытался убежать. На газоне можно было также увидеть белых бультерьеров, кошек с котятами, коз с козлятами.
Майн Рид не удовлетворялся, пока не узнавал все о тех животных, которые оказывались доступными его наблюдению. Он терпеливо изучал их привычки, а после смерти животных вскрывал их для дальнейших наблюдений. Иногда, спустившись к завтраку, миссис Рид заставала своего мужа за вскрытием крота, змеи или какого-то другого животного, которого убили и принесли работники – «изысканное блюдо к завтраку».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
