в том числе в вечернее и ночное время. Анализ маршрутов движения свидетельствует о хорошем знании столицы Алжира, что говорит о предварительном изучении ее, об активном изучении им особенностей города, вероятном подборе мест, удобных для обнаружения наружного наблюдения, проведения тайниковых операций и организации конспиративных встреч с объектами׳.
— Я знакомился со сводками наружного наблюдения, вы, Кейн, обратили внимание, что Филонов не делал попыток к выявлению действий наружной службы? Как вы оцениваете эту информацию?
— Господин резидент, скрытые посты службы наружного наблюдения невозможно обнаружить, да и ребята в ней работают с большим стажем. Я в них не сомневаюсь. Я тщательно изучил Филонова в период предыдущей командировки в Лаосе, об этом я доложу чуть позже. А здесь, в Алжире, мы трижды устраивали ему дорожно-транспортные происшествия с приглашением его в полицейский участок, и я, наблюдая за ним, убедился, что использование «медовой ловушки» — это наиболее вероятный путь сделать его нашим источником в системе резидентуры ГРУ.
— О'кей, давайте подробнее о пребывании его в Лаосе.
— Впервые в наше поле зрения Филонов попал в Лаосе, куда советский военный разведчик приехал в качестве переводчика в 1965 году. В то время у меня на связи находился китаец агент Лю, садовник советского посольства. Он работал на нас и лаосцев, но мы платили значительно больше. Он был очень наблюдательным человеком, достаточно сносно лопотал по-русски и в такой же мере по-французски. Кроме того, обладал талантом нагло и непринужденно вступать в контакт со всеми членами посольства и членами их семей. Он мог с предлогом или без преподнести цветы любой женщине, даже жене посла, сказать несколько приветливых слов и широко и заискивающе улыбнуться, чем вызывал к себе симпатию.
— Это интересно, у меня в Японии был подобный случай. Продолжайте, Кейн.
— Так вот, Лю на очередной явке сообщил, что Филонов остался без жены, которая выехала с сыном в Москву. По каким-то признакам Лю вычислил зодиакальный знак Филонова и, по его расчетам, Филонов — Лев по зодиаку, должен посетить в ближайшее время публичный дом или вступить в половую связь с кем-то из сотрудниц посольства. И хотя мне его информация очень понравилась, более того, я дал ему задание внимательнее следить за Филоновым, но, не веря во всякие зодиакальные бредни, я попросил его рассказать признаки, по которым он сделал вывод, что Филонов — Лев.
— Пардон, я сам в это особо не верю, но, пожалуйста, продолжайте.
— Филонов снисходительно и с царственным видом принимает оказываемые любезности. Исключительно подвижен и царственно ленив. Ненавидит темноту и одиночество, одинаково навевающие на него скуку, зато с восторгом принимает все приглашения поразвлечься. Полон чувства собственного достоинства, экспансивен, горд собой. Пышная шевелюра и обманчиво ленивый взгляд. Походка прямая и горделивая, с выраженной кошачьей мягкостью в движениях, сильно ревнует жену — пояснил мне признаки зодиака Льва неугомонный азиат Лю.
— Когда же МИД сообщил, что Филонов родился 16.08.1940 г., я проникся уважением к Лю, к его наблюдательности, зодиакальным знаниям, умению связывать сложные психологические процессы. Самое интересное, что предположения Лю подтвердились. Филонов действительно посетил публичный дом. Но нам, к сожалению, не удалось задокументировать это. В 1968 году моя командировка в Лаос закончилась, материалы на Филонова я сдал в архив.
— Да, уже тогда можно было искать к Филонову подходы, интересно. И что же дальше, Кейн?
— Судьба вновь нас соединила в Алжире. Мне пришлось поднять архивные материалы, на их основании я обратился к известной в США специалистке по составлению гороскопов Линде Гудменсон, которая, вам, сэр, это известно, давно сотрудничает с ЦРУ и одновременно пишет по этой теме интересные книги, пользующиеся огромным авторитетом в западном мире. Линда Гудменсон дала интересную в оперативном плане информацию по Филонову, которую я планирую использовать в его разработке.
— Забавно. Вы, Кейн, интересный рассказчик. Вас интересно слушать, продолжайте.
— Тщеславие — ахиллесова пята Филонова. Нет лучшего способа завоевать его расположение, чем лесть и похвала его мудрости, прозорливости или тонкому вкусу в умении одеваться, по его гороскопу. Он не мыслит своего существования без любви. В зависимости от состояния своих любовных дел либо сияет, как солнце, либо мрачнее тучи. Он или с любящей женой, или с другой женщиной. Он не изменяет жене ради плотской любви, но в ссоре с женой или при длительном ее отсутствии — жаждет женщину, и мы ему сейчас активно в этом помогаем. Будучи натурой сильной, не любит быть зависимым, обожает, когда люди зависимы от него, поэтому при вербовке его надо просить оказать помощь, а не давить на психику, запугивать, это на него не подействует. С деньгами обращается очень свободно, иногда даже чересчур легкомысленно. Обожает все первоклассное, роскошное и дорогостоящее. При этом любит делать широкие жесты и никогда не отказывает тем, кто просит взаймы. У него по жизни ни в чем и никогда не бывает «золотой середины». Геройство, так же как и псевдогеройство, присущи его натуре. Перед настоящим испытанием он никогда не отступит, в этом сила и слабость его натуры. Но никогда не склоняет голову под ударом судьбы. Л. Гудменсон пишет, что собственные дети самозабвенно любят отца и никогда его не бросят[24].
— Да, содержание вербовочной беседы Гудменсон уже фактически вам подготовила. Везет вам, Кейн. Давайте дальше.
— Я ознакомился с новыми разработками психологов ЦРУ. Они утверждают, что советские нацмены, а по национальности он мордвин, легко соглашаются сотрудничать против русских угнетателей. Мы постараемся убедить его в тысячелетнем угнетении. Мордва — трудолюбивый народ и мог сам строить свою историю, но это на крайний случай. С учетом изложенного и по совокупности приведенных мною пояснений, я полагаю, что Филонов не сможет отказаться от нашего вербовочного предложения. Операцию планирую начать на конспиративной квартире. Как вам известно, она оборудована средствами слухового и визуального контроля. Агент Нади быстро вошла в роль и довольно-таки успешно играет в оперативном спектакле. Наша вавилонская блудница поработала отменно, с опережением графика вступила с ним в половую связь. Все красочные позы задокументированы. Я бы ее назвал не вавилонской, а вашингтонской блудницей, даже, точнее, ЦРУшной блудницей.
— Кстати, сэр, вы не против нового американского анекдота, только что мне рассказанного по телефону про лучших друзей?
— Валяйте, Эдвард.
— Кети рассказывает своей лучшей подруге, как за ней этим летом ухаживал Джонни.
— Представляешь, он пригласил меня на прогулку, мы отъехали три километра от Вашингтона, Джонни нашел укромную лужайку, мы поиграли, послушали музыку, выпили и Джонни стал приставать. Луиза, ты знаешь, ноги мои лучшие друзья, я решительно встала и оставила его
