ее в качестве
домашнего банка. Прервав повествование Зорро, Васса заявила:
– Если Илона не заинтересовало, то и меня тоже не заинтересует.
Зорро приуныл, и Вассе стало его жаль. Он ведь ей помог, причем сильно, хотя бы и небескорыстно.
– Так почему вы без бороды-то? – продолжала настаивать она, и Зорро ответил:
– Ну, я от своей прежней деятельности несколько отошел.
– Ага, понимаю – несколько…
– Ну нет, полностью. Да, то, чем мы с моей группой занимались, было нелегально, но нам требовались деньги.
Васса улыбнулась, чувствуя, что этот хакер Зорро ей чем-то симпатичен, по-прежнему оставаясь совершенно не в ее вкусе.
– Смотрю, они вам до сих пор требуются. Значит, джекпот так и не сорвали?
Зорро тяжко вздохнул, и Васса поняла: нет, не сорвал.
Хакер же продолжал:
– Ну, по некоторым делам нас еще разыскивают. Ну, ничего серьезного, так, молодежные шалости…
Васса хмыкнула – знала она такие молодежные шалости: попытка украсть со счета государственного банка триста сорок миллионов или блокировка компьютерной сети концерна и незамысловатый шантаж: или платите, или все ваши данные будут уничтожены, и время уже идет…
– И из-за этих шалостей пришлось бросить любимое занятие и даже сбрить бороду? – сказала иронично Васса. – М-да, Зорро, что называется: не повезло!
А вот ей повезло: хоть и загребла на чужой разработке кучу денег, но мучается кошмарами и ведет виртуальную переписку с приложением, которое считает воплощением самого важного человека во Вселенной.
Краем глаза Васса заметила Лиса в толпе, которая текла мимо кафе, и быстро отвела взгляд: может, ей надо наконец похоронить своих мертвецов?
– Вас ведь зовут иначе? – спросила она, смотря на хакера.
Тот кивнул и подтвердил:
– Элио. Элио Фокс. Ну, не спрашивайте, почему имя итальянское, а фамилия английская. Во мне столько кровей намешано…
Чувствуя, что сердце у нее бешено забилось, причем не из-за трех эспрессо, а по причине имени Зорро. То есть Элио Фокса.
Встряв в его болтовню, Васса в волнении спросила:
– Элио – это почти как Елисей звучит…
Как Лис, ее Лис. А ведь «лис» по-английски именно что fox. А по-испански zorro.
Этот тип, подвизаясь на хакерской ниве, не особо заморачивался и перевел свою английскую фамилию на испанский и сделал ее своим рабочим псевдонимом.
– Понимаю теперь, отчего Zorro, – проговорила медленно Васса. – Но почему…
Она запнулась.
– Отчего на стене Лис из «Маленького принца»? Не только же из-за фамилии и хакерского псевдонима!
Зорро, на переносице которого возникла глубокая складка, отрывисто пояснил:
– «Маленький принц» Сент-Экзюпери – это была любимая книга моего брата.
И замолчал. Васса поняла, что брата уже нет в живых.
Как и ее Лиса.
– Елисей? Какое сложное русское имя! А, это как тот парень, о котором ты вела речь на подиуме? Ну, тот, что погиб и которого ты виртуально воссоздала…
Уставившись на Зорро (звать его Элио было больно, а мистером Фоксом она его именовать, конечно же, не намеревалась), Васса заявила:
– И почему ты решил заговорить со мной?
Тот, в растерянности играя своим мобильным, лежавшим на столике, стал объяснять что-то про совершенно инновативный подход, про прорыв в области искусственного интеллекта, про огромные дивиденды, которые ей светят, если она вложит скромную сумму в идею Зорро и его хакерской команды, теперь, вероятно, по причине краха их виртуальной криминальной карьеры, экс-хакерской.
Язык у Зорро был хорошо подвешен, в этом Васса имела возможность убедиться немедленно, однако такому бы она никогда не доверилась: обманет, вытрясая последние гроши, с очаровательной улыбкой и комплиментами.
Снова поднявшись, Васса сказала:
– Интересная, конечно, история, но, увы, дослушать ее не могу. Понимаю, потерпел крах, оказался не при делах и без денег, увидел знакомое лицо, на котором отирался, чтобы втюхать наивному инвестору свою идейку, подвалил, очаровал, решил начать жатву урожая. Не получится, Зорро!
Расплачиваясь с подошедшей официанткой, Васса сказала, обращаясь к поникшему хакеру, теперь, вероятно, бывшему:
– За твои три эспрессо я уже заплатила. Извини, но у меня нет времени выслушивать твое деловое и жутко прибыльное предложение. Думаю, ты сумеешь найти более сговорчивую жертву. Только советую не допускать прежних ошибок, потому что ты бороду уже сбрил, чтобы изменить внешность, в следующий раз придется делать пластическую операцию.
Послав ему милую улыбку (в конце концов, Зорро ей помог, хотя, конечно же, за более чем солидную плату), Васса отошла от столика, и при этом ее взгляд упал на смартфон хакера, который тот как раз активировал.
Сердце провалилось в тартарары, и Васса, снова падая на стул, сипло произнесла:
– Это что?
Зорро, игравший на мобильном, непонимающе посмотрел на нее и пояснил:
– Это смартфон, мой, не самый новый, ты права, но и не жутко устаревший.
Васса как зачарованная смотрела на смартфон – интересовал ее отнюдь не сам аппарат, более чем стандартный, а заставка на экране.
Это было изображение двух обезьян, большой, сидевшей на ветке дерева, и маленькой, поддерживаемой и спускающейся к пруду, что раскинулся под ними. А над всем этим виднелась большая полная луна.
Японские макаки, вспомнила Васса. Да, именно так назвал их Лис.
Ведь именно это изображение было на его аватарке. Оно было там до сих пор – она бы могла взломать при помощи такого вот Зорро его аккаунт и сменить аватарку. Или вообще удалить весь аккаунт.
Но она не делала этого, потому что это было бы подобно второй смерти Лиса.
Зорро что-то вещал, в Васса просто забрала у него смартфон и принялась всматриваться в изображение двух обезьян.
Японских макак.
– Это ведь Охара Косон, – произнесла она, и Зорро удивленно хмыкнул.
– О, да ты разбираешься в искусстве! Ну да, он самый. Кстати, эта картина у меня имеется, я купил ее, когда был еще при деньгах, и даже сейчас не продаю, хотя и стоит она не весть сколько, не Пикассо и не Ренуар, все же…
Отшвырнув ему смартфон, Васса заявила:
– Ты врешь. У тебя не может быть этой картины.
Ну да, ведь Лис перед вылетом в Шанхай купил ее в Куала-Лумпур, взяв с собой в ручную кладь.
И картина сгинула вместе с ним в Индийском океане.
– Почему не может? – явно обиделся Зорро. – Очень даже может! Она у меня в моих апартаментах в Куала-Лумпур висит! Хочешь покажу?
Васса, хмурясь, повторила:
– Ты врешь. Этой картины больше не существует.
Зорро, закатив глаза, заявил:
– А ты что, не в курсе, что Косон зачастую изготавливал сразу несколько идентичных копий одного и того же мотива? Этот, с обезьянками,
