Сегодня это были легкие, максимально естественные волны, собранные в “мальвину” на затылке. К ним тонкие аккуратные стрелки, объемная тушь для ресниц, немного тона и румян, ну и помада под цвет губ.
В зеркале я напоминала себе современную английскую принцессу. Максимум элегантности и при этом нет ощущения, что образ прибавляет мне возраста. Настроение слегка омрачал баланс на кредитной карте. Постоянный жирный минус, что для меня приемлемо только при крайней необходимости. Шмотки с туфлями в эту категорию не попадали. Раньше.
На часах полдень. Надев свои единственные серьги - серебряные пусеты с фианитами, я брызнула на шею духи, бросила в сумочку помаду и телефон.
Потом взглянула в окно. Во дворе уже стоял знакомый автомобиль. Помедлив еще пару минут, чтоб не думал, будто я гипнотизирую часы, надела туфли и вышла из квартиры.
Руслан вышел из машины мне навстречу. В синей рубашке и повседневных серых брюках с мокасинами он выглядел стильно и при этом непринужденно. А еще случайно вышло так, что наша одежда сочеталась по цветам.
Черные глаза обожгли меня с макушки до кончиков пальцев на ногах. Возникло ощущение, что если бы мог, то Руслан бы набросился на меня, как хищник на пойманную добычу, прямо здесь, во дворе. И это при том, что выглядела я скорее по-деловому, чем сексуально.
- Привет.
- Привет, моя красавица, - довольно улыбаясь, сказал мужчина. - Ну как готова помочь мне протянуть обязательный час семейного обеда без скандала?
- Так вот зачем позвал? А я то думала, серьезные намерения.
- Одно другого не отменяет, - отозвался Ветров.
Ветров-старший жил на противоположном от моего дома конце города, но доехали мы минут за двадцать. Суббота же.
- Бункер, - вполголоса сказал Руслан, когда мы преодолели тяжелые ворота.
Красивый трехэтажный дом прятался за высоким, метра три не меньше, бетонным забором. Просторная ухоженная территория утопала в зелени. Подъездная дорога была выложена темно-серой брусчаткой, оттеняющей белоснежный фасад особняка.
Мысленно сказав себе, что это не может быть страшнее встречи с крупным клиентом, коих было у меня уже достаточно, я вложила пальцы в ладонь Руслана и вышла из машины.
Руслан нажал на кнопку звонка и через секунд двадцать нам открыла дверь высокая и подтянутая женщина средних лет, одетая в белую блузку и узкую юбку-карандаш. Горничная? Экономка?
-Добрый день! - безэмоционально произнесла она, не глядя ни на кого из нас конкретно.
Поздоровавшись в ответ, мы переступили порог и оказались в прихожей. Светлой и просторной с огромным, во всю стену зеркалом в кованой раме.
Туфли снимать или нет? Паркетный пол натерт до блеска, идти по нему в уличной обуви варварство. Но Руслан не разувался, так что… Преодолев желание извиниться перед экономкой за то, что добавлю ей работы, я дала себя провести дальше.
Зала занимала навскидку половину первого этажа дома. Мебель в ней белоснежная. Рядом с такой страшно дышать, не то что присесть. По крайней мере мне так точно.
Здесь нас уже ждали родители Руслана. Руслан обменялся с отцом рукопожатием так, как это бы сделали какие-нибудь политики на саммите, а не папа и сын. Мама поцеловала воздух возле его щеки, положив тонкую изящную руку с короткими светло-розовыми ногтями на его локоть. Красивая женщина. Длинные черные волосы до талии - густые и ухоженные, что редко бывает в возрасте за пятьдесят. Большие темно-карие глаза, тронутые сдержанным макияжем, высокие скулы, четко очерченные полные губы. Следы пластики и уколов красоты слишком очевидны, но даже это не портило ее исключительной внешности. На ней был светлый брючный костюм идеально сидящий на высокой и стройной фигуре. Если с отцом Руслана я была знакома, то с ней - нет.
Он заметно постарел, но не утратил ни подтянутости, ни властной осанки. Ярко-голубые глаза, окруженные густой сеткой морщинок смотрели проницательно.
- Злата, здравствуйте, - сказал он и протянул мне руку. - Рад видеть.
- Взаимно, Вадим Александрович, - я вложила пальцы в его крупную ладонь.
- Можно просто Вадим. Злата, это моя жена Нина, - сказал он. - Раз Руслан не включается, я вас представлю.
Руслан что-то тихо рыкнул, буравя отца злым взглядом.
- Очень приятно, - торопливо проговорила я с улыбкой.
Нина в ответ не улыбнулась. Смерила меня каким-то безразлично-брезгливым взглядом и ограничилась кивком головы. Могла бы и сказать что-то, чтоб как-то сгладить напряжение между мужем и сыном, но и рта не открыла.
- Погода просто замечательная, правда?
- Да, хорошо бы все лето так. Жара не для города, это точно, - отозвался Вадим. - Я видел проект, вы отлично поработали.
- Благодарю. Но полностью оценить можно будет только тогда, когда объект будет сдан в эксплуатацию.
- Талант не терпит скромности, - искренне улыбнулся Ветров-старший.
Я улыбнулась в ответ. Не страшнее встречи с крупным клиентом. Справлюсь. Скорее всего.
Глава 29
Мы сидели за длинным обеденным столом. Вроде тех, за которыми заседают делегации политиков на масштабных переговорах. Для полноты картины не хватало только прессы и микрофонов вместо тарелок, вилок и стаканов. Ветров-старший во главе стола, слева Нина, справа Руслан и возле него я. Молчаливый вышколенный персонал незаметно обслуживал обед. Помимо встретившей нас экономки здесь было еще три молодые женщины в формах горничных. совсем таких же, как я видела в сериалах. Черные строгие платья, белые передники, черные же мокасины. Нина молча ковыряла вилкой салат, опустив глаза в стол. Минут за сорок, что мы провели в доме, женщина не проронила ни слова. Вообще. Не спросила ни о чем сына. Не участвовала в разговоре с мужем. Просто сидела как красивая, ухоженная, но неживая роботесса.
Руслан тоже практически все время молчал. В начале обеда они с отцом несколько раз обменялись резковатыми репликами “на грани”, заставивших меня опасаться скандала и торопливо стараться переключить внимание на другую тему, мысленно ненавидя отстраненно молчащую Нину. Остаток времени он просто механически ел, прихлебывая воду из бокала. Иногда Руслан машинально разминал правую кисть, стараясь не морщиться от боли. Иногда приборы в его руках неловко звякали о дорогую керамику тарелок из-за того, что сломанная рука еще не до конца слушалась. Почему-то сейчас его травмы бросались в глаза сильнее, чем, например, недели две назад. Хоть по логике должно быть наоборот. Словно этот дом и эти люди высасывали из него силы.
В детстве я думала, что у меня одной ненормальная семья. Позже поняла, что свои проблемы есть абсолютно у всех. И все равно леденящий душу холод, исходящий от этих двоих людей, шокировал меня.
Богатый дом. Абсолютная уверенность в завтрашнем дне. Успех. Много денег. А счастья меньше, чем было даже у меня в детстве, в отцовской халупе. Потому что там была мама, которая любила меня и брата. Любила как умела, но любила, это точно. Я это чувствовала. С любовью она намазывала белый хлеб сливочным маслом и посыпала сахаром, готовя нам “пирожные”, которые, вот честное слово были вкуснее изысканного десерта, который мне подала горничная на смену предыдущим, не менее изысканным блюдам.
