экран и со злостью захлопнула крышку ноутбука.
— Снобка, — припечатал меня Арт.
— А ты извращенец! Физкультурник! — выдохнула я.
— Малинка, меня это слово очень возбуждает, — признался Арт, — вот ты сказала «физкультурник», и я уже готов к труду и обороне.
— Нет, Багров, ты остался без сладкого, — мстительно произнесла я. Наблюдая, как обалдело вытягивается его лицо.
Артур резко сел на постели так, что его лицо оказалось напротив моего, и сдвинул брови к переносице.
— Не буди во мне зверя, Малинка.
— Поздно, ты во мне уже разбудил! — ткнула я его пальцем в грудь.
— Заучка, я запомнил, записал и на всякий случай увековечил себе пометку, что тебя без сладкого оставлять опасно, — завелся Багров, — больше не буду. И не смотри на меня матом!
— Как хочу, так и смотрю, — обиделась я, — ты мой парень. Что хочу — то и делаю!
— И эта женщина мне будет говорить, что мистер Грей извращенец! — закатил он глаза. — Ты сама тот еще доминант. Мне достать наручники? Приковывай меня полностью к кровати, я весь твой.
— Давай, — согласилась я.
— Страшновато как-то, — признался Артур, — давай по старинке, а наручники оставим на потом?
— Нет уж, доставай! — уперлась я.
— Я их потерял, — захлопал ресницами Багров, — Аникей, наверно, стырил. Он вообще любит чужое брать без спроса, он этот…
— Клептоман? — подсказала я.
— Ага. И не лечится, — пожаловался Артур.
— А ты врун! — фыркнула я.
Багров вдруг широко улыбнулся, обхватил меня за талию, и я не успела даже моргнуть, как оказалась лежащей на постели, а этот огромный медведь сверху.
— Я не понял, Малинка, это что, скандал? — прошептал он мне в губы.
И положил ладонь мне на грудь.
— Возможно, — согласилась я дрожащим голосом.
Артур широко и довольно улыбнулся, протянул руку и снял с меня очки, убирая их на тумбу.
— Продолжай, мне нравится, — промурлыкал он.
— Мне так не очень удобно ругаться, — призналась я, когда он сжал мою грудь в ладони.
— Слава богу, — выдохнул Артур и провел носом по моей щеке. — Соскучился я по тебе, — произнес он уже совершенно другим тоном.
Я хотела признаться, что тоже скучала. Что как-то так получалось, что без него было пусто в груди. Мы расставались чаще всего ненадолго, но и этого хватало, чтобы дико соскучиться по его болтовне. По той медвежьей и немного неуклюжей заботе, которую Артур демонстрировал каждый раз.
Он не был моим идеалом, да и идеальным он тоже не был, но меня к нему тянуло каким-то волшебным магнитом.
Однако признаться в своих чувствах Багров мне не дал. Обрушился на мои губы таким поцелуем, что я мгновенно забыла обо всем.
Артур оторвался от моих губ, проводя языком по щеке, спустился к шее, выцеловывая узоры, прикусывая мочку уха.
— О боже, — выдохнула я.
— Можно просто Артур, — прошептал он мне в шею, вызывая мурашки.
Приподнялся, пьяными шальными глазами глядя мне в лицо, и поинтересовался:
— Учиться будем?
— Что? — захлопала я глазами, потерявшись в пространстве.
— Будешь знакомиться с моим телом, Малинка, — хрипло пообещал Артур.
Приподнялся, взял меня за руку, заставляя сесть на постель, очень ловко снял жилетку, быстро расстегнул блузку, и мою одежда полетела на пол.
Я осталась в одном белье, машинально пытаясь прикрыться.
— Над стеснительностью нужно еще поработать, — неодобрительно цокнул он языком. — Сегодня ты сверху.
— Как? — округлила я глаза.
Багров обхватил меня за талию, переворачиваясь вместе со мной, и усадил себе на бедра. Так, что я почувствовала всю силу его желания. Смутилась, отвела глаза и закусила губу.
Артур вздохнул, взял мои ладони в свои и положил себе на грудь:
— Погладь меня, — попросил он хриплым шепотом.
Я медленно провела кончиками пальцев по его коже от груди до самого края джинсов, пытаясь понять новые ощущения. Мне нравилось его касаться, нравилось, как он смотрел на меня. От одного его взгляда сердце начинало биться быстрее, разгоняя кровь.
Мышцы на его животе сократились, когда я выводила на них узоры пальцами, а Артур напрягся всем телом, но лежал не шевелясь.
И я осмелела. Зажмурилась, уперлась ладонями в его грудь, наклонилась и провела языком по шее.
Артур тихо застонал, прижимая мою голову к себе. Обхватил за шею, безмолвно направляя, пока я наслаждалась вкусом его кожи. Грубой, чуть солоноватой.
Я спустилась ниже, к его груди, покрытой редкой порослью волос. Вспомнила, что делал он, обвела сосок языком и поцеловала.
— Да что ж ты делаешь со мной? — рявкнул Артур.
Намотал мои волосы на кулак и притянул к своему лицу:
— Нельзя же так, Малинка, — прошипел он, — нельзя. У меня от одного твоего прикосновения крышу на части рвет.
И резко перевернул меня на спину, впиваясь в губы новым голодным поцелуем. Кажется, мы оба сошли с ума, потому что когда он рывками сдирал с меня остатки одежды, я не сопротивлялась.
Я забыла о стыде, о том, что я совершенно обнаженная и уязвимая лежала перед ним, пока Артур нетерпеливо раздевался сам. Осмелела настолько, что широко распахнула глаза, неотрывно следя за его действиями, пока Артур надевал презерватив.
Он снова опустился на кровать, широко раздвинул мне ноги и заполнил до упора. Стон вырвался сам, непроизвольно, когда он задвигался во мне. И каждый толчок отдавался приступом острого удовольствия.
А мне снова захотелось его касаться. Я провела ладонями по его напряженной спине, чувствуя, как перекатываются мышцы. И сама выгибалась ему навстречу, уже зная, что совсем скоро меня накроет волной эйфории.
Комок удовольствия собирался где-то внизу живота, усиливаясь с каждым толчком. Артур двигался жестко, с каждой минутой ускоряя темп.
Он сжал в ладони мою грудь, пощипывая сосок, прихватил мою нижнюю губу зубами и провел по ней языком. Он резко вышел и с силой вошел обратно, а меня выгнуло в судорогах. Ноги затряслись, а из горла вырвался громкий крик.
Артур прижал мою голову к своему плечу, не переставая двигаться. Сам дернулся несколько раз и обмяк, стараясь отдышаться. Он все еще был во мне, прижимая меня к своему телу и лениво поглаживал мой затылок.
— Охренеть, — выдавил он спустя минуту.
Поднялся, стоя ко мне спиной, и развернулся через плечо, лаская взглядом мое тело.
— Малинка, признайся: может, ты правда ведьма, а? Че меня так тобой накрывает? — со смешком поинтересовался Арт.
Я зажмурилась и натянула на себя простыню, снова заматываясь до самого подбородка.
Артур вернулся, улегся на кровать, стянул с меня простыню и уложил себе на грудь, кончиками пальцев глядя спину.
Я теснее прижалась к нему, не открывая глаз. Легла поудобнее и с трудом сдержала счастливую улыбку на
