всю нелепость того эксперимента. Стал понимать, что девчонки и парни будут отвечать так,
как положено ответить их полу, слабо учитывая своё реальное желание; к тому же осознал важность контекста: к девчонке подходит совершенно незнакомый парень и предлагает пойти неизвестно куда уединиться — естественно, опасение будет первой ожидаемой реакцией. Куда он её уведёт? Что с ней там сделает? Отказать на такое предложение — самая разумная реакция в обществе, где насилие не сходит с экранов телевизоров.
Приматолог Мередит Смолл справедливо подмечает проигнорированный в этом исследовании факт, что "некоторые из опрошенных женщин были бы рады подняться в квартиру с этим мужчиной, а большое количество согласилось на свидание. Меня этот факт заставляет предположить, что многие женщины даже перед лицом потенциальной опасности отправились бы куда-то с незнакомцем, которого они находят сексуально привлекательным" (Смолл, 2015, с. 174). И в случае с реакцией парней картина тоже не так проста, как казалось в юности. Транслируемый всё той же культурой образ мачо, "настоящего мужчины", требует даже от асексуала ответить согласием, если секс так легко идёт в руки. Поверьте, и со мной такое бывало (но об этом дальше). К тому же отказ женщине в такой ситуации — потенциальный удар по её самооценке катастрофической силы, что также может принуждать парня ответить согласием. Поверьте, и такое со мной бывало.
Как было сказано в первой главе, в психологии вербальные опросники выявляют не то, что человек реально думает и чего желает, а лишь культурную установку по данному вопросу, то есть пресловутое доминирующее знание: то, как должно быть, а не то, как есть.
В знаменитом исследовании (Alexander, Fisher, 2003) студентам (парням и девчонкам) раздали анкеты с вопросами об их сексуальной жизни. Но в одной группе ответить можно было анонимно, в другой группе опросные листы собирал их же однокурсник, чтобы передать исследователям, а значит, была вероятность, что он мог и сам заглянуть в каждую конкретную анкету. В третьей же группе к студентам крепили устройство, сказав, что это детектор лжи. Но на самом деле это была фикция, просто провода… Один из вопросов был о числе сексуальных партнёров за всю жизнь к данному моменту. Так вот парни во всех трёх случаях отвечали примерно одинаково, условия эксперимента слабо сказывались на ответах. Максимальное же расхождение в ответах было у девчонок. У той группы, где анкеты собирал однокурсник и мог подглядеть ответы, итоговое число сексуальных партнёров оказалось самым низким. В группе, опрашиваемой анонимно, число сексуальных партнёров оказывалось выше. Но самое большое число сексуальных партнёров оказывалось в группе с "детектором лжи". Причём в среднем число партнёров у девчонок этой группы оказалось даже чуть выше, чем у парней.
Аналогичные расхождения девчонки выдали и в вопросах о частоте мастурбации и о просмотре порно. Исследователи пришли к единственно разумному заключению: давление общества вынуждает лгать. "Быть сексуальным, то есть тем, кому позволено быть сексуальным, — это свобода, с большей охотой предоставляемая обществом мужчинам, чем женщинам" (цит. по Бергнер, с. 26). И пока существует это табу женской сексуальности, тысячелетиями культивируемое в самых разных обществах, женщина будет вынуждена ходить по струнке социальных требований, оберегая свою репутацию хотя бы посредством лжи.
— Я бы уже давно тебе отдалась, если бы у нас не было столько общих знакомых, — услышал я как-то от 22-летней девчушки. Видимо, поэтому же она регулярно слала мне снимки своего обнажённого тела, осмотрительно оставляя лицо за кадром. Репутация — наше всё.
Так же и другая девчонка, дверь квартиры которой однажды ночью захлопнулась, вынудив её заявиться с ночёвкой ко мне, где она и склонила меня к нехристианским деяниям. Потом я сразу был предупреждён, чтобы в кругу общих знакомых я воздерживался от какой-либо демонстрации близости с ней, пригрозив "Иначе я тебя стукну". Позже она признала историю с захлопнувшейся дверью выдумкой.
В легендарной серии экспериментов (Chivers et al., 2004; Chivers et al., 2007) мужчинам и женщинам демонстрировали видеоролики эротического и неэротического содержания и с помощью особых устройств измеряли возбуждение их половых органов (те самые исследования, на основании которых Эмили Нагоски популяризировала термин «нонконкордантность», о чём сказано выше). Просмотр роликов с пейзажами и прочими нейтральными изображениями оба пола оставлял совершенно равнодушными. Кардинальная же разница обнаруживалась именно при показе эротических роликов.
Если мужчины смотрели видео с мастурбирующим мужчиной, их член незначительно, но набухал; на занимающихся сексом гомосексуалистов мужчины реагировали приблизительно так же вяло. Значительное же возбуждение происходило только при просмотре роликов с женщинами — одна женщина мастурбирует, женщина и мужчина занимаются сексом, две женщины ублажают друг друга (последняя категория пробуждала мужскую реакцию особенно сильно). Просмотр ролика с совокупляющимися шимпанзе бонобо не вызвал в мужских гениталиях никакой реакции.
С женщинами же картина выглядела совсем иначе. Их гениталии возбуждались на всё, кроме пейзажей. "Женщины с женщинами, мужчины с мужчинами, мужчины с женщинами, одинокие мужчины или женщины, занимающиеся мастурбацией, — объективные данные, полученные с помощью приборов, которые технически можно назвать амплитудой вагинального пульса, взлетали независимо от того, кого показывали на экране, и что они делали друг с другом или с самими собой. Желание разгоралось, кровоток усиливался, капилляры бешено пульсировали" (Бергнер, с. 21). Самое же неожиданное: вагинальное возбуждение происходило даже при наблюдении секса у бонобо. Иначе говоря, женское влечение оказалось всеядным.
Это же показали исследования более 200 тысяч человек: женщин с сильным сексуальным влечением одинаково тянет как к мужчинам, так и к женщинам, тогда как мужчин с сильным влечением тянет только к одному полу (к женщинам, если мужчина гетеросексуален, и к мужчинам, если этот мужчина гомосексуален) (Lippa, 2006; Lippa, 2007, см. Райан, Жета, с. 377). Магнитно-резонансная томография мозга подтверждает, что мужчин возбуждает именно тот пол, который они изначально называют привлекательным, но никак не оба пола сразу (Safron et al., 2007).
Вопреки сложившейся культурной мифологии, утверждающей, будто женщина способна максимально возбудиться только в условиях близкой эмоциональной связи и доверительных отношений с партнёром, исследования упорно показывали, что это не так, и пик возбуждения приходится на ситуации с незнакомыми людьми (Бергнер, с. 34). Вагинальное возбуждение на незнакомок подскакивало в 2 раза, а на незнакомцев — аж в 8 раз.
В какой-то момент полученные результаты смутили даже самих исследователей, и они попытались найти им другое возможное толкование. Может, всё дело в ситуации стресса как таковой? Она вызывает волнение, усиление артериального давления и кровотока? Но уточняющий эксперимент разрушил и эту гипотезу: увлажнение гениталий происходило только при
