Читаем без скачивания Сочинения - Феодорит Кирский

Вот какое разногласие в догматах еретиков! А эти, стараясь превзой ти в нечестии Аполлинария и, конечно, Ария и Евномия, пытались ныне снова возрастить ересь, посеянную некогда Валентином и Вардесаном и потом совершенно искорененную превосходнейшими земледельцами (свя тыми отцами и учителями, опровергавшими ее). Ибо, подобно тем, они отрицают, что тело Владычное воспринято от нашей природы.

5. Церковь же, следуя по стопам апостолов, усматривает во Владыке Христе и совершенное Божество, и совершенное человечество. Поскольку как тело Он принял не потому, чтобы нуждался в теле, но чтобы через него даровать бессмертие всем другим телам, точно так же Он принял и душу, правящую телом, чтобы через нее всякая душа сделалась причастного неизменяемости, ибо души, хотя и бессмертны, но не неизменяемы, а подвержены многим и частым переменам, услаждаясь то тем, то другим. Поэтому–то мы и грешим, уклоняясь с правого пути и привязываясь к худшему. После же воскресения тела будут наслаждаться бессмертием и нетлением, а души — нестрадательностью и неизменяемос тью. Поэтому же, восприняв тело и душу, Единородный Сын Божий сохранил их свободными от всякого порока и принес в жертву за род (человеческий). Поэтому же Он называется архиереем (Евр. 4, 14), — архиереем не как Бог, но как человек. И сам Он принесен в жертву как человек, и принял ее вместе с Отцом и Святым Духом как Бог. Если бы согрешило одно тело Адама, то только оно и нуждалось бы во врачевании, но так как душа согрешила не только вместе с ним, но еще прежде него, ибо наперед рассуждение изображает грех и потом, соглас но этому, он совершается через тело, то справедливо было, конечно, исцелить и ее. Впрочем, может быть, излишне доказывать это доводами от разума, когда Божественное Писание ясно проповедует это. Боже ственный Давид и божественнейший Петр убедительно учат об этом, причем тот наперед предсказывает, а этот изъясняет предсказание. Вот как говорит первый из апостолов: Пророк сый Давид и ведый, яко клятвою клятся ему Бог, от плода чресл его воздвигнуты по плоти Христа, посадити Его на престоле его, предвидев глагола о воскресе нии Христове, яко не оставися во аде душа Его, ни плоть Его виде истления (Деян. 2, 30 — 31; ср. : 2 Цар. 7, 12; Пс. 131, 11; 15, 10). Этими немногими словами он сразу научил нас многому. Во–первых, что вос принятое естество ведет свой род от чресл Давида, потом что Он (Сын Божий) принял не только тело, но и бессмертную душу, кроме того что Он предал смерти то, что, приняв (от нас), Он опять воскресил, как восхотел. Вот собственное Его изречение: Разорите церковь сию, и треми денми воздвигну ю (Ин. 11, 19). Мы знаем также, что Божес кое естество бессмертно, ибо страдало страстное, бесстрастное же оста лось бесстрастным. Ведь Бог Слово воплотился не для того, чтобы явить бесстрастное естество страстным, но чтобы через страдание дос тавить страстному естеству бесстрастие. И Сам Господь в священных Евангелиях говорит так: Область имам положити душу Мою, и об ласть имам паки прияти ю. Никтоже возмет ю от Мене. Аз пола гаю ю о Себе, да паки прииму ю (Ин. 10, 17, 18); а также: Сего ради Отец Мя любит, яко Аз полагаю душу Мою за овцы (Ин. 10, 15, 17); еще: Ныне душа Моя возмутися (Ин. 12, 27); и в другом месте: Прискорбна есть душа Моя до смерти (Мф. 26, 38). И о теле (Сво ем) Он говорит: Хлеб, его же Аз дам, плоть Моя есть, юже Аз дам за живот мира (Ин. 6, 51). Преподавая Божественные Таины, преломив ши символ (хлеб) и раздав (его), Он присовокупил: Сие есть тело Мое, еже за вы ломимое во оставление грехов (Мф. 26, 26; Мк. 14, 22; Лк. 22, 19; 1 Кор. 11, 24); и еще: Сия Моя есть кровь, яже за многия изливаема во оставление грехов (Мф. 26, 28); и опять: Аще не снесте плоти Сына человеческаго, ни пиете крови Его, живота не имате в себе; и еще: Ядый Мою плоть и пияй Мою кровь, имать в себе живот вечный (Ин. 6, 53 — 54). Множество других подобных мест можно найти и в Ветхом и в Новом Заветах, доказывающих восприя тие и тела и души, а равно и то, что они (тело и душа Иисуса Христа) ведут род от Авраама и 0Давида. И Иосиф Аримафейский, пришедши к Пилату, просил тела Иисусова, и четверица священных Евангелий ясно учит нас, как он (Иосиф) взял тело, обвил его плащаницею и предал гробу (Мф. 27, 57; Мк. 15, 43; Лк. 27, 52; Ин. 19, 38).

Я плачу и стенаю, что те доказательства, которые я приводил преж де против принявших скверну Маркиона (а таких больше десяти ты сяч я убедил по Божественной благодати и привел ко святому креще нию), возникшая ересь заставляет приводить ныне против тех, которые считались единоверными. Разве существовало когда–нибудь и какое–либо сомнение касательно их (доказательств) для питомцев Церкви? Какой из святых отцов не провозглашал того же самого учения?! Им полны сочинения великого Василия и союзников его в борьбе, Григо рия и Амфилохия, и просиявших на Западе в учении благодати Дамаса, епископа великого Рима, Амвросия Медиоланского и Киприана Карфа генского , который принял даже венец мученичества за эти самые догма ты. Знаменитый Афанасий пять раз был изгоняем из своего стада и принуждаем жить в изгнании. И учитель его Александр сражался за эти догматы. Таковы же Евстафий, Мелетий, Флавиан, светильники Во стока, Ефрем, лира Святого Духа, ежедневно орошающий струями бла годати народ сирийский, Иоанн (Златоуст) и Аттик (Константинополь ский), громогласные проповедники истины и старейшие этих Игнатий, Поликарп, Ириней, Иустин и Ипполит, из которых большая часть не только сияет в числе архиереев, но и украшает сонм мучеников. И ныне управляющий великим Римом и с Запада повсюду распространя ющий лучи правых догматов, святейший Лев, тот же образец веры изло жил нам в своих письмах. Все эти мужи ясно учили, что Единородный Сын Божий и предвечный Бог, неизреченно родившийся от Отца, — один Сын; что после вочеловечения Он называется и Сыном челове ческим и человеком не потому, чтобы Он превратился в него (ибо имеет природу неизменяемую), но потому, что воспринял наше естество; что Сам Он бесстрастен и бессмертен как Бог, страстен же и смертен как человек, и что после Воскресения Он и по человечеству принял нестрадательность и бессмертие. Правда, тело осталось телом, но оно есть уже нестрадательное и бессмертное, истинно Божественное и про славленное Божественною славой тело. Наше бо житие, говорит Апос тол (Флп. 3, 20 — 21), на небесех есть, отонюдуже и Спасителя ждем Господа Иисуса Христа: Иже преобразит тело смирения нашего, яко быти сему сообразну телу славы Его. Он не сказал «славе Его», но телу славы Его. И Сам Господь, сказав апостолам: Суть неции от зде стоящих, иже не вкусят смерти, дондеже видят Сына человеческого грядуща в славе Отца (Мф. 16, 28), потом, по прошествии шести дней, возвел их на гору весьма высокую и преобразился пред ними: «И просияло лице Его, как солнце, одежды же Его сделались белыми, как снег» (Мф. 17, 1–2). Этим Он показал образ второго пришествия, и так как воспринятое естество не неописуемо (это свойство принадле жит исключительно Божеству), то Он испустил сияние Божественной славы и произвел лучи света, превосходящего пределы восприятия гла за. Вместе с этою славой Он вознесся на небо и так именно придет по словам ангелов; вот что сказали они: Сей вознесыйся от вас на небо, такожде приидет, им же образом видесте Его идуща на небо (Деян. 1, 11). И явившись апостолам по Воскресении своем, Он показал им руки и ноги, а Фоме — ребра и раны от гвоздей и от копья. Ведь ради людей, прямо отрицающих восприятие плоти, а равно и всех других, которые говорят, что по воскресении естество тела превратилось в естество Божества, Он сохранил неповрежденными знаки от гвоздей и от копья. Он оставил на Своем теле знамения страданий, чтобы, когда воздвигнет все прочие тела, свободные от всякого порока, Своими ра нами изобличить в заблуждении отрицающих восприятие тела, а чтобы думающих, будто Его тело превратилось в другое естество, научить знаками от гвоздей, Он сохранил их в первоначальной форме. Если же кто–нибудь в пользу того, что тело Его перестало быть телом, думает видеть доказательство в том, что Он вошел к ученикам, когда двери были заперты, тот пусть вспомнит, как Он ходил по морю, имея еще смертное тело, как родился, сохранив знамения девства, и как опять часто избегал рук злоумышленников, будучи окружен ими. Да и что говорить о Владыке, Который был не только человек, но и предвечный Бог, и Которому было легко сделать все, что бы Он ни восхотел?! Пусть они скажут, каким образом Аввакум в мгновение времени был перенесен из Иудеи в Вавилон, проник в закрытый ров, подал пищу Даниилу и опять вышел, не повредив печатей рва (Дан. 14, 33 — 39)? Но было бы явным безумием расследовать, каким способом Владыка совершал чудеса. Кроме сказанного, нужно иметь в виду еще и то, что после воскресения даже и наши тела будут нетленными и бессмертны ми и, свободные от земной тяжести, сделаются легкими и небесными. Об этом с полною определенностью наставляет божественный Павел. Сеется, — говорит он (1 Кор. 15, 42 — 44), — в тление, востает в нетлении: сеется в немощи, востает в силе: сеется не в честь, воста ет в славе: сеется тело душевное, востает тело духовное; и в ином месте: Восхищены будем на облацех на воздухе, в сретение Господне (1 Фес. 4, 17). Если тела святых делаются легкими, небесными и свободно переходят воздух, то нисколько не удивительно, когда Владыч ное тело, соединенное с Божеством Единородного, ставшее по Воскре сении бессмертным, проникло сквозь затворенные двери. Можно при вести многое множество и других подобных же свидетельств апостоль ских и пророческих, но достаточно и сказанного, чтобы показать смысл нашего учения.