Арина тянет кота с кресла…
На вопрос «Зачем?» отвечает честно:
— Должна же я кого-то прогнать…
· Негативизм. Малыш отказывается что-то выполнять только по одной причине: потому что сделать это предложили ему вы, взрослый человек.
· Упрямство. Настаивает на чём-то не потому, что ему действительно этого очень хочется, а потому, что сам об этом сказал.
· Обесценивание того, что было привычно, дорого и интересно раньше (так, может сломать игрушку, которую ему не вовремя предложили).
· Строптивость малыша направлена не против конкретного человека (мамы, папы), а против принятых в семье норм поведения.
· Своеволие. Ребёнок хочет делать всё сам. Но если во время кризиса первого года жизни он стремился к физической самостоятельности, то теперь своеволие идет от того, что он желает осуществить свои самостоятельные (личные, персональные) намерения.
· Протест, бунт, который проявляется в частых ссорах с родителями. Ребёнок «находится в состоянии войны вообще — с окружающими; в постоянном конфликте с ними».
· Деспотизм. Малыш стремится властвовать надо всеми окружающими. Особенно проявляется деспотизм тогда, когда в семье один ребёнок и ему слишком потакают и опекают его.
Кризис и негативное поведение доводят нас больше всего тем, что, как нам кажется, малыш неуважительно к нам относится. И наш родительский авторитет (в случае бездействия) пострадает. На самом деле ребёнок борется со всеми подряд, кто подвернётся ему под руку, — просто для того, чтобы побороться.
Иногда кажется, что он просто физически не способен сказать «да». Не способен — ну и не надо. Если он постоянно делает всё наоборот, попробуйте и вы давать «обратные команды». Вам надо, чтобы он подошёл поближе? Скажите: «Отойди во-он туда». Вам надо, чтобы надел синий костюмчик? Скажите: «Синий костюм мы сегодня надевать не будем». И не спорьте, пока проходит «кризисный вариант». Сейчас малышу важно «оторваться» от вас, чтоб получше почувствовать себя самого, свою независимость, умелость и «самость». Позвольте ему чуть-чуть отойти — и тогда он скорее вернётся к вам. Милым, добрым и ласковым. А пока — любите его таким, каков он есть.
Обойдёмся без истерик
После года любой ребёнок морально дорастает до истерик. В принципе, поэкспериментировать он может в любое время от года до двух с половиной, но обычно не по своей вине. В этом возрасте он ничего не пытается добиться истерикой, он просто не в силах с собой совладать. В это время истеричное поведение чаще всего случается из-за эмоциональных перегрузок или от усталости. (Пока малыш не может контролировать свои эмоции и не может вовремя остановиться, если его «понесло».) Когда вы чувствуете, что ребёнок вот-вот сорвётся, сразу же принимайте меры. Предвестники истерики: малыш возбуждён, хнычет, раздражается, капризничает, устал и еле-еле «ползёт» за вами и другие признаки перегрузок.
Что делать? Помогите ему расслабиться. Подержите на руках, тихо поговорите, погладьте, дайте попить (или из бутылочки с соской, или из кружечки — но через соломинку). Скажите малышу, что понимаете, как он устал, посочувствуйте ему, обнимите (но не спорьте, если он кричит «нет!»). Просто отвлеките его и переключите внимание. («Смотри-смотри, какая машина красная поехала!», «Кис-кис, иди к нам, у нашего Ванечки тоже есть хвостик» — и заглядываете ему за спину.) Расскажите незатейливую знакомую сказку или спойте медленную песенку. Если вы всё сделаете правильно, малыш расслабится и истерика не состоится.
Истерика после 2,5–3 лет — совсем другое дело. Это уже не признак крайней усталости, а признак вредности. Теперь, закатывая истерику, он скорее всего проверяет вас на прочность и добивается своего. И от того, как вы будете на эти истерики реагировать, зависит, продолжит он свои эксперименты или прекратит.
Дети подчиняются нам, родителям, в двух случаях:
1) когда им это выгодно;
2) когда знают, что за «преступлением» непременно последует наказание.
Так что тактика ваша может быть очень простой:
1) показать, что истерикой они ничего не добьются (нет выгоды);
2) доказать, что они будут лишены чего-то приятного (лишить удовольствия — хорошее наказание).
Если ребёнок привык с помощью истерик регулярно добиваться своего, то, конечно, будет продолжать в том же духе много лет. До тех пор, пока хорошенько не усвоит: этот номер не пройдёт.
Так что вся трудность не в его поведении, а в вашем отношении.
Практикум
Ваш малыш закатил истерику Что делать?
Главное — спокойствие, только спокойствие… Выучите правило трёх «НЕ»:
· не паниковать;
· не реагировать;
· не уступать.
Ребёнок постарается втянуть вас в диалог, словесный или действенный, то есть постарается, чтобы вы начали что-то делать.
· Очень твёрдо скажите «нет» и ни в какие споры, уговоры и переговоры не вступайте.
· Никаких шлепков и подзатыльников. Иначе у ребёнка появится «официальный» повод рыдать дальше, а вы, почувствовав свою вину, уступите.
· Истерика любит зрителей. Если она проводится дома, оставьте ребёнка одного (проверьте, чтоб «зона», где находится ваш ребёнок, была безопасной).
· Если уйти невозможно (например, истерика настигла ваше дитя на улице) — оставайтесь рядом, но сделайте вид, что эти вопли вам не мешают. (Да, понимаем, что трудно, зато действенно.) Не реагируйте на реплики прохожих! (Не поддавайтесь, даже если окружающие взывают к совести — ребёнка или вашей.) В конце концов прохожие пройдут, а ребёнок (и его фокусы) останутся при вас.
· Не уступать ни за что. Ребёнок должен понять, что манипулировать собой вы не позволите.
· Ждите. Время работает на вас. Ребёнок должен понять (и поймёт), что таким способом вас из равновесия не выведет и своего не добьётся.
· В переговоры можно вступать только тогда, когда ребёнок утихнет.
· О чём говорить? Обнимите и посочувствуйте: «Мне очень жаль, что ты не сдержался…», «Я знаю, тебе было плохо».
· Спросите, что он чувствует. Учите ребёнка выражать своё недовольство словами: как ни странно, но дети этого делать не умеют. Пусть ребёнок скажет, что он чувствует: «я злюсь», «мне обидно», «я расстроена». Такое словесное выражение своих чувств научит его снимать напряжение заранее, не доводя себя (и вас) до истеричного состояния.
Глава шестая
Ребенок-дошколёнок
Буйная фантазия, богатое воображение и неуёмное любопытство превращают ребёнка-дошколёнка в крайне инициативное существо, которому до всего есть дело.
Мама и тётя Лариса весело обсуждают, что делать с крысой, прописавшейся в подполье у тёти. Заряна что-то строит из кубиков, вдруг она поднимает голову и говорит:
— Тётя Ларисочка, я знаю, что делать: вам надо выпить крысиного яда.
Мама и тётя — хором:
— Зачем?
— Чтобы от вас все крыски разбежались.
Если в родительской жизни бывает золотая пора, то она наступает сейчас, когда поутихли баталии кризиса трёх лет. Кстати, именно от вас зависит — когда они утихли. Через полгода или через два. Но в любом случае кризис пройдет. Ребёнок уже многое может сам, но ещё находится в зоне вашего непосредственного влияния (что, согласитесь, и удобно, иприятно). Это к школе у него в голове все поменяется, и он начнёт равняться на учителей и друзей, а пока для него главный авторитет — это вы, родители.
Если ваше мелкое чудо (вище) отстояло-таки право на самостоятельность (точнее, вы в разумных пределах позволили его отстоять), то домашняя междоусобица взрослый—ребёнок
Время почемучек
К нам подбежала собачонка и залаяла.
— А она на всех лает?
— На всех.
— И на хозяйку лает?
— Лает.
— А почему наш Том на хозяйку не мяукает? (А действительно почему? А?)
Два забавных вопроса «Засем?» и «Посему?» дошколята могут задавать бесконечно.
Собственно, вы слышали их и раньше, и отвечали на них. Но (обращали внимание?) сами-то ответы малыша интересовали не очень. Был скорее вопрос ради вопроса: словно ваш карапузик вслух фиксировал какой-то конкретный новый факт. Они часто повторяют одно и то же «почему» по поводу одного и того же стишка — и так столько раз, сколько вы будете его читать.
Ну а теперь пришло время разложить факты (и старые, и новые) по полочкам. Проникнуть в суть, понять не только внешнюю, но и внутреннюю связь явлений, вещей и событий. Настырные «Почему?», требующие нашего ответа, — верный знак, что представление ребёнка о мире и о себе наконец-то из разрозненных кусочков складываются в целостную картину. Она ещё не полная и по-детски наивная, но она уже есть!
Идём с Ариной по тротуару, с двух сторон — деревья. «Это лес! Мы пошли в лес!»—говорит вдруг она. «Какой же лес? Лес— это когда много деревьев и домов нет, — уточняю я, — посмотри, там, за забором—дома». «Да, — говорит Арина, — дома стоят за лесом».
