– Ага, а вот, кстати, кто они?
– Тебе не нужно этого знать, дитя. Всему свое время.
Великолепно. Много чего сказали, а ситуация яснее не стала. Ладно, что бы еще спросить?
– А, вот еще… Скажите, пожалуйста, мне сообщили, что члены императорского рода бессмертны и могут умереть только насильственной смертью. А тут – целое кладбище. А вот вы – неужели вас всех убили? Простите меня за бестактность, я просто пытаюсь понять.
– Лирра, кто вам сказал, что мы все бессмертны? – Призрак с гитарой улыбнулся.
– Дракон.
– Дракон? Вы знакомы с драконом? О-о-о! Впрочем, не будем отвлекаться. Дракон был не совсем прав. Члены нашего рода – обычные калахари, и срок их жизни такой же, как у всех, ведь наши жены и мужья – жители этого мира. Бессмертие обретает лишь правящий император в результате обряда коронации. Спутницу жизни ему всегда ищут в другом мире. А вот братья и сестры наследника остаются обычными смертными калахари. Мы ответили на твой вопрос?
– Почти. То есть все лирры, которые здесь сейчас присутствуют, родом не из Калахари? – Я взглянула на женщин.
– Все верно, дитя.
– Хм. Только я все равно не понимаю… – Я собралась с мыслями. – Если вы все были бессмертны, но в итоге все-таки ваш жизненный путь закончился, то сколько же лет этому кладбищу и склепу?
– Много, лирра, очень много, – сообщил призрак-мужчина. – Однако ведь не всегда власть передается наследнику рода после смерти предыдущего императора. И от правления устают. Если наследник достаточно зрелый, то власть мы передаем ему, а сами уходим на покой.
– Ясно. Ладно, тогда еще вопрос. – Я вздохнула. – Моя помощь нужна? Раз уж я вас вижу… Может, я сумею вам чем-то помочь? Ведь, насколько я поняла, раз в склепе покоятся правящие императоры и их супруги, то ваша смерть была не совсем естественной? И… вы духи.
Привидения переглянулись, зашептались.
– Если ты сможешь посетить оракула, попроси для нас камень покоя и привези его сюда, – наконец заговорил один из призраков. – Тогда мы сможем уйти.
– Постараюсь, – кивнула я. Напросилась, теперь к оракулу этому их тащиться. Хотя, может, что-то полезное узнаю.
– А сейчас, дитя, мы уходим. Наше время истекло. – Силуэты призраков начали медленно растворяться в воздухе.
Не успела я ничего сказать, как осталась в помещении одна. Фух. Ну и ночка. Надо все-таки почитать книги по истории Калахари и попробовать разобраться в их генеалогическом древе, чтобы понять who is who. И вот спрашивается: зачем оно мне надо? Прочие невестушки себе голову вообще не забивают, балдеют вон в SPA-салоне и на массажных кушетках, а мне вечно больше всех надо. Ладно, раз в склепе мне делать нечего, пойду наружу, очень уж тут холодно, еще застужу себе все на свете.
Я забрала вещи, вышла на крыльцо склепа, постелила одеяло прямо на ступени и присела отогреться и заодно перекусить. Честно отсидела еще энное количество времени. Небо уже начало понемногу светлеть, намекая, что скоро рассвет. Глаза мои слипались, а рот не закрывался от зевков.
Черт, сейчас засну прямо на ступенях. Я снова встала, размялась, обошла вокруг склепа. За одной из могил на самом краю кладбища вновь заметила движение. Пойти, что ли, сказать, что пора бы уже во дворец вернуться? Рассвет на носу, сколько мне тут еще торчать? Я направилась в сторону замеченной фигуры.
– Эй, кто там? Я вас вижу, может, уже обратно пойдем?
Со стороны могилы раздалось рычание. Что?! Рычание? Мама! Я замерла с поднятой в воздух ногой, аккуратно опустила ее и попятилась. И тут из-за надгробной плиты мне навстречу с рокотом выскочило жуткое существо. Я заорала и бросилась назад, а оно помчалось за мной.
Господи боже, кто это? Вопя, я летела к склепу, прыгая через могилы. Монстр, или кто он там, бежал за мной, шкрябая когтями по мраморным плитам и памятникам. Когтями?! Я заорала еще громче и поднажала. Монстр сделал вокруг меня дугу, обогнал и перегородил дорогу к склепу. Споткнувшись, я упала на четвереньки, пропахав ладонями по плиткам, и в ужасе на него уставилась.
Существо было выше меня. Оно напоминало тощего орангутанга с мощной грудной клеткой, приплюснутой мордой и огромной клыкастой пастью, из которой капала слюна и пена. Большие выпуклые горящие глаза, прижатые уши, облезлая шерсть. И все бы ничего, ну бешеный орангутанг, подумаешь, но… Но у этого неправильного орангутанга лап было не четыре, а шесть. Две кривые нижние и четыре верхние, заменяющие руки, с жуткими кривыми когтями. И это существо… кажется, оно было не совсем живое. Шерсть в некоторых местах отсутствовала, а кое-где виднелись голые кости скелета и гнилая плоть. У меня волосы встали дыбом, к горлу подкатился комок. Похоже, меня сейчас стошнит: от монстра шла омерзительная вонь. Урод снова зарычал и оскалился. От этого движениями челюстями кожа на голове лопнула и разъехалась, обнажая череп.
Боже! Боже! Я потерла лицо, стараясь не упасть в обморок, – сожрет ведь! Вскочила и снова помчалась по кладбищу, перескакивая могилы, но уже молча, так как берегла дыхание. На бегу трясущимися руками вытащила из ножен кинжал. Не убью, так хоть покалечу. Надеюсь.
«Хила-а-ар, – мысленно орала я во все горло. – Хила-а-ар, что мне делать?!»
«А? Что?! Цветочек?» – Голос у Хилара был сонный и перепуганный.
«Хилар, это я! Я на кладбище, за мной гонится какая-то тварь, что делать? Я с ним не справлюсь! Она мертвая, похожа на огромную обезьяну, шесть лап, клыки!»
Мысленно описывая Хилару монстра, я резво скакала по кладбищу, петляя и резко меняя направление, как только монстр приближался. К склепу он меня не пускал, каждый раз преграждая путь.
«Держись, помощь скоро будет!»
Блин, «держись»! Я, конечно, хорошо бегаю, спасибо ежедневным тренировкам, но в таком темпе даже мне долго не протянуть. В боку уже кололо, воздуха не хватало. Я перескочила через какой-то низкий памятник, зацепилась за него носком сапога и упала вперед, больно саданувшись о землю коленями и костяшками пальцев правой руки, в которой был зажат кинжал. Зашипела от боли и начала вставать, когда на меня сзади навалилась туша, прижимая к земле. Я снова завопила, пытаясь махнуть назад рукой и задеть эту тварь кинжалом. Видимо, мне это удалось. Монстр заревел и резко дернул меня вверх за косу, поднимая над землей. Ох как больно-то! Я взвизгнула, из глаз брызнули слезы. Я снова махнула рукой, пытаясь достать клинком лапу, которой урод держал меня на весу за волосы. Кинжал почувствовал какое-то сопротивление, существо взвыло и дернулось, а я шлепнулась на землю лицом вниз.
Снова вскочила на четвереньки, резко выпрямилась и приготовилась рвануть. Но монстр мне не дал убежать: схватив уже двумя лапами за плечи, крутанул в воздухе и швырнул на один из памятников. Ох бедные мои косточки! Синяки-то ладно, хоть бы не сломать ничего. Я сползла вниз, сил встать уже просто не было: в теле болело все, что только может болеть, а в голове гудело.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
