Заседание закрыто. Майклейн и Бакстер выходят из зала.
Бакстер: Меня не покидает мысль, что однажды этот хмырь будет читать курс лекций моим детям.
Маклейн: Он доктор, заметь. Так недолго и язву нажить.
Бакстер: А этот Бартон? «Политические убеждения священны»… Он передал курьеру коммунистов 1600 микрофильмов из лаборатории. Это политические убеждения?
Маклейн: Я всего лишь работаю здесь.
Бакстер: Наводит тень на плетень.
Раздосадованные очередной неудачей, Маклейн и Бакстер отправляются на Гавайи — у них накопились материалы на тамошнюю ячейку компартии, и они полны решимости на сей раз доказать, что коммунисты — не просто идейные оппоненты правительства США, а самые настоящие уголовники. Сведения подтверждаются. Помимо прочего, гавайские коммунисты занимаются мошенничеством со страховками. Следователям помогают местный журналист Фил Бриггс и Нэнси Вэллон, секретарь одного из функционеров ячейки — психиатра Гелстера, который по приказанию партийного босса Стурака упрятал казначея ячейки Вилли Номаку в лечебницу и вводит ему препараты, вызывающие помутнение рассудка и лишающие пациента дара речи. Ценный свидетель теперь потерян для следствия.
Между Нэнси и Джимом завязывается любовный роман. Доктор Гелстер вводит Бакстеру сыворотку правды и убивает его. Маклейну все же удается с помощью настоящих патриотов Америки выйти на след коммунистической банды — их штаб расположен в элитном загородном клубе. По его поручению специалисты военно-морских сил устанавливают там прослушку. Маклейну предстоит решающая схватка…
В клубе проходит заседание ячейки. Из слов Стурака становится ясно: коммунисты готовят масштабный акт саботажа.
К собравшимся на веранде клуба коммунистам выходит Стурак.
Гелстер: Джентльмены, мистер Стурак! (Обмен приветствиями. Представляет Стураку одного из присутствующих.) Эдвин Уайт, товарищ.
Стурак: А, подающий надежды молодой профсоюзный лидер? У нас хорошие сведения о вас.
Уайт: Спасибо, товарищ.
Гелстер: С нашим бактериологом Мортимером вы знакомы. А это Уэлан, юрисконкульт по трудовому праву одной из важнейших для нас компаний на островах.
Стурак: Я хорошо осведомлен о вашей деятельности, мистер Уэлан.
Уэлан: Спасибо.
Стурак: Теперь прошу внимания. В седьмую ячейку проник враг, насколько глубоко — мы не знаем. Сейчас важно предпринять некоторые конструктивные шаги. (Гелстеру.) Вы, мой дорогой доктор, наведете их на ложный след. Вы пойдете к следователю комитета по антиамериканской деятельности и признаетесь ему, что долгое время вы были членом партии, главой дисциплинарного отдела седьмой ячейки на Гавайях.
Гелстер: Но как это поможет нам, товарищ?
Стурак: Раз уж вы так непонятливы, расскажу план для седьмой ячейки начиная с этой минуты. Мы уже давно собирались парализовать морское сообщение и средства связи острова. Наши люди дадут нам знать, когда они проведут следующую акцию на Ближнем или Дальнем Востоке. Где это будет, я не знаю, а если бы я и знал, то не сказал бы вам. Когда это произойдет, я тоже не знаю, но кое-что мне известно. Когда поступит сигнал, у членов седьмой ячейки, не затронутых расследованием, должны быть развязаны руки, чтобы исполнить свои функции. Это Уэлен и Уайт — они должны внести раздор, достаточный для прекращения работы: один — как человек, ведущий переговоры с работодателями, другой — как переговорщик с профсоюзами. 35 тысяч тонн критически важных грузов каждый день отправляются с острова на восток. Каждый день, когда мы сможем сорвать эти поставки, равен дополнительной дивизии на поле боя. Доктор Мортимер и его грызуны также должны быть защищены от разоблачения. Необходимо устроить эпидемию в районе порта. Страх заражения даст нашим людям аргумент на переговорах. Размер зарплаты и продолжительность рабочего дня не подходят для этой цели…
Маклейн подъезжает к посту прослушивания.
Маклейн: Что произошло?
Командир поста: Этот малый, Стурак, выкладывает им все начистоту. (Протягивает Маклейну наушники.)
Монолог Стурака продолжается.
Стурак: Подвожу итоги. Мортимер, Уэлен и Уайт должны быть защищены любой ценой. Поэтому, доктор, вы донесете на остальных членов седьмой ячейки. Мы их, конечно, заменим, а власти будут ошибочно считать, что обезвредили нас. Вам ясна ваша задача, доктор?
Гелстер: Вы бросаете нас в клетку к волкам?
Стурак: Вы выражаетесь несколько высокопарно, но это так. Против вас никаких легальных действий предпринять нельзя. Что касается тех, на кого вы донесете, они просто воспользуются своими конституционными правами.
Пост прослушивания.
Маклейн (закончив прослушивание): Надо предупредить шефа полиции Лю. Я возьму с собой пару ваших парней. Нэнси пусть останется с вами, ладно?
Командир (подчиненным): Отправляйтесь. (Радисту.) Свяжитесь с шефом полиции, пусть подключается.
На веранде.
Гелстер: Это конец моей профессиональной карьеры.
Стурак: Не будьте таким пораженцем, доктор. Мы примем свои меры. И такие, что вы их запомните. Повторяю: мы позаботимся о вас.
Путь машине Маклейна преграждает охранник клуба.
Маклейн (предъявляет охраннику удостоверение): Комитет Палаты представителей по антиамериканской деятельности!
Охранник: Прошу прощения, здесь частное мероприятие. Никаких посторонних.
Маклейн: Хватит болтать! Снимите цепь.
Офицер (вылезает из машины Маккейна): Слышали, что вам сказано? С дороги!
На веранде.
Стурак:…последнюю репетицию, чтобы каждый знал свою роль…
Член ячейки (замечает приближающийся автомобиль Маклейна): А вот и главный мент!
Стурак: Всем сохранять полное молчание! Все общение будет происходить через наших адвокатов.
Маклейн выходит из машины и поднимается на веранду.
Стурак (Маклейну): Что вы собираетесь делать?
Маклейн (подходит к Гелстеру): Хотел бы я дать тебе в морду. Всего один удар правой, но от души. Но теперь я вижу, что не могу, ты слишком хилый. Этим мы отличаемся от вас. Мы не бьем слабых. Мы верим в честную игру и все такое прочее. Так что расслабься. (Всем присутствующим.) У меня есть повестки каждому, кто находится здесь.
Член ячейки: Какой ты грозный, когда говоришь с парнем вдвое меньше, чем ты.
Стурак: Помолчи!
Член ячейки: Не буду! Меня воротит от этого нахала, которому самое место на хлопковых плантациях Восточного Техаса.
Маклейн: Ты когда-нибудь собирал хлопок?
Член ячейки: Нет, мое место в шикарном клубе. Хлопок — это для белого отребья и черномазых.
Маклейн бьет его кулаком в челюсть. Завязывается драка.
К месту происшествия прибывает полицейский наряд во главе с шефом Лю. Они разнимают дерущихся.
Стурак: Шеф, этот человек напал на нас без всякого повода.
Лю: У нас хватает поводов напасть на вас. У всех американцев хватает. Доктор Гелстер?
Гелстер: Мне нужна медицинская помощь.
Лю: Вы ее получите. Карета скорой помощи уже выехала. А сейчас я вас арестую по обвинению в убийстве. (Подчиненным.) Уведите его! (Маклейну.) Для полицейского вы действовали очень глупо.
Маклейн: Ну конечно.
Лю: Как вы себя чувствуете?
Маклейн: Отлично. Просто отлично.
Гелстер и двое его подручных привлечены к уголовной ответственности за убийство Мэла Бакстера. Но все остальные отказываются от дачи показания на основании Пятой поправки…
Тайны атома{32}
Постер к кинофильму «Вор»
15 июня 1950 года в дверь нью-йоркской квартиры Дэвида Грингласса позвонили двое агентов ФБР. Хозяин отчего-то чрезвычайно оживился, даже как будто обрадовался, точно гора свалилась у него плеч. У агентов не было ордера ни на арест, ни на обыск. Тем не менее, они встретили полное содействие подозреваемого. Гости желают осмотреть квартиру? Сделайте одолжение! Закончив обыск, агенты пригласили хозяина квартиры с собой для продолжения беседы. И на это хозяин выразил полнейшую готовность.
Домой Дэвид Грингласс больше не вернулся. Он стал главным свидетелем обвинения на судебном процессе атомных шпионов Юлиуса и Этель Розенбергов. Этель приходилась ему родной сестрой.
