мать – то есть ее. Тогда она испытывала не только чувство вины, что не сумела предотвратить трагедию, но и остро ощущала себя преданной.
Как-то не так она воспитала своего сына. Как-то неправильно…
В кабинете напротив капитана Андреева сидел незнакомый ей мужчина – довольно молодой, в легком костюме, аккуратно подстриженный. С кожаной папкой, которую он положил на край Диминого стола.
– Товарищ подполковник, вот к вам – Игорь Семенович – наркоконтроль, – представил гостя капитан, успев раздраженно закатить глаза, чтобы дать ей понять, как гость его достал.
– Доброе утро. Подполковник Хмельнова, – протянула она руку Игорю Семеновичу, поравнявшись с ним.
– Майор Гарин, – он вскочил с места, пожал ей руку и больше уже не присел. – Маргарита Сергеевна, так вышло, что наши с вами интересы пересеклись самым неожиданным образом.
Она вопросительно выгнула брови, не проронив ни слова. Но начала прозревать, что майор явился по делу об отравлении Грабова. Подробный отчет экспертов преподнес неожиданные сюрпризы. Оказалось, то, чем отравился Грабов, не было ядом.
– Мы уже брали Золотова по подозрению в распространении этого синтетического вещества, – рассказывал между тем майор, встав возле окна. – Но ему удалось в прошлый раз соскочить.
– Это когда был прикрыт бордель в его доме? – предположил капитан.
– Совершенно верно. Тогда прошла информация, что кто-то толкает эту опасную дурь. Поясню, чем она опасна…
Он достал из внутреннего кармана легкого пиджака свернутый вчетверо лист бумаги, развернул его и зачитал характеристики.
– То есть малейшая передозировка влечет летальный эффект? – уточнила Хмельнова, потирая виски.
У нее начинала болеть голова. Срочно требовался завтрак, которым она пренебрегла, простояв под душем дольше обычного. Или хотя бы крепкий кофе.
– Совершенно верно. Именно этим была вызвана массовая смерть заключенных в той самой зоне, где в тот момент находился в заключении Золотов. Никакого яда не было. Был наркотик, который не рассчитали в дозировке.
– Где он его берет? – поинтересовалась Хмельнова. – Его квартиру обыскивали, когда прикрыли бордель по соседству?
– Да. Никакой лаборатории на кухне, – пошутил Игорь Семенович. – Но где-то он его берет. И сбывает. И вот тут я подойду вплотную к делу, которое вы сейчас ведете, товарищ подполковник.
– Может, чаю? – нехотя предложила она, выразительно глянув на капитана. – Или кофе? У нас в автомате приличный вполне.
– Нет, спасибо. Некогда чаи распивать, – чуть развел руки в стороны майор. – Мои сотрудники сейчас как раз выехали на задержание Золотова. А я здесь затем, чтобы сообщить вам об этом лично.
– Есть что-то, что вы можете ему предъявить? Мужик тертый, его просто так…
– В тайнике в гримерке убитой Баловневой были обнаружены двадцать пять доз данного вещества. Думаю, были предназначены для распространения среди посетителей ночного клуба.
– Мои люди осматривали ее гримерку. Не нашли никакого тайника.
Она раздраженно посмотрела в сторону капитана. И подумала, что еще один повод для упреков у полковника только что появился.
– На тайник нас навели осведомители, – нехотя признался Гарин. – Так бы тоже не нашли. Слишком мудро было придумано.
– Но вы же не по этой причине решили Золотова задержать? Вряд ли кто-то видел его в клубе с пакетом дури! Что указывает на его причастность, майор?
– Отпечатки пальцев. Все пакетики с веществом были захватаны его пальцами. Теперь он не соскочит, будьте уверены…
– Вор сменил квалификацию и заделался наркодилером, – проговорила Хмельнова, откинувшись на спинку рабочего кресла. – А что нам теперь с убийствами-то делать, Андреев?
– Может, Грабова никто и не убивал, Маргарита Сергеевна? Может, он просто дозу не рассчитал?
– И совершенно случайно в этот промежуток времени, когда он что-то там не рассчитал, к нему в гости заглянула дочка Золотова, у которой был доступ к наркотику, поскольку ее папка торговал им на широкую ногу. Твою мать! – отчетливо скрипнула она зубами. – Что докладывать полковнику, Андреев?..
С доклада Хмельнова вернулась темнее тучи. На Андреева не смотрела, старательно обходя взглядом место, где он сидел. Он с вопросами не лез, не высовываясь из-за монитора компьютера. То ли работал, то ли делал вид, что работает.
– В общем, так… – нарушила она томительную тишину. – Начинаем все сначала. Сейчас ты едешь к тому доктору, что выдал заключение о здоровье Новиковой. Потом везешь ее сюда. Будем допрашивать заново. Но вопросы теперь будут другими. И с заключением… Отнесись к этому серьезно, капитан. Если у тебя возникнет хоть малейшее сомнение по поводу этого заключения, будем обследовать ее заново.
– Новикову? – высунулась из-за монитора Димина голова.
– А кого еще? – процедила она сквозь зубы, глянув на него с остервенением. – Выполнять, капитан!
– Есть.
Он так поспешил выскочить из-за стола, что ударился коленом о средний ящик, сморщился от боли.
– О господи! – закатила она глаза под лоб. – С кем приходится работать!
Дима еле сдержался, чтобы не напомнить ей, что Новикову подозревал с первого дня. И не верил ни одному ее слову, и заключению докторов не верил. Но благоразумно промолчал. На Хмельнову было жалко смотреть, такой она казалась раздавленной.
– А что с риелторшей, товарищ подполковник? Вы ее допросили?
– Когда, Андреев?! – вспыхнула она и послала ему в спину прямоугольный ластик.
Уже закрывая за собой дверь, он услышал, как его интеллигентная начальница некультурно матерится.
– Ведите ее в допросную, – проговорила она в трубку внутреннего телефона двумя минутами позже. – Надо решать, что с ней делать. Либо задерживать до выяснения, либо выпускать.
Последние слова были адресованы уже самой себе. И они ей совсем не понравились, особенно последнее слово. Если Илюхина сейчас сообщит ей нечто, оправдывающее ее с головой, она окажется не просто у разбитого корыта. Она окажется в нем.
Так ей сказал полковник, устраивая разнос по полной программе.
– У тебя убийство произошло у двери квартиры, где жила дилерша, торгующая наркотой, а ты ищешь по всему свету не пойми кого! Ясно же, Хмельнова, что все это из-за наркотиков! А теперь что? Трупы посыпались! Сахарова, Грабов, Баловнева. Молись, чтобы Харин выжил!..
И еще полковник обвинял их в непрофессионализме. Из-за того, что не провели обыск в квартире Баловневой.
– У ее двери произошло убийство, а вы просрали момент со своим голубоглазым капитаном! Позвонил, не открыли, и ладно. А чего? А зачем? Убийца с ножом стоит и ждет, когда на него браслеты наденут! Ну, Рита… Ну, подгадила ты мне к отпуску…
Вообще-то в отпуск собиралась она. И полковник ей обещал. Но напоминать об этом она остереглась. Не до отдыха сейчас. Совсем не до отдыха.
Глава 26
– Гражданка Илюхина, вы признаете, что нарушали закон в части… – Хмельнова зачитала ей статью закона
