29 апреля Лелюшенко был вынужден снять со штурма Берлина одну бригаду 10-го танкового корпуса. С точки зрения командования 4-й гв. танковой армии, ситуация 29 апреля выглядела так: «Кризис сражения резко затянулся. Это отвлекло большую часть сил 4-й гв.ТА в районе Беелитца и затянуло развязку Берлин – Бранденбургского сражения»[130] .
Путь к Потсдаму 12-й армии преграждали 17-я и 35-я мехбригады 6-го мехкорпуса, а также 70-я самоходно-артиллерийская бригада. Отбросить передовые части Венка им еще не удалось, но продвижения вперед «Гуттен» и «Шилль» уже не имели. Не имевшая танков 12-я армия со своими «Штурмгешюцами» и «Хетцерами» испытывала серьезные трудности в борьбе с советской бронетехникой. Во всяком случае, в канонических описаниях действий армии Венка неизменно упоминаются танки «Иосиф Сталин», с которыми немецкие самоходчики боролись, ловя паузы в перезаряжании мощных орудий ИСов. Несколько ИС-2 действительно имелось в 6-м гв. мехкорпусе, но на тот момент их оставалось меньше десятка. Трудности в борьбе с ними лишь подчеркивают глубину падения «последней надежды рейха».
Что интересно, командующий 4-й гв. танковой армией практически не упоминает 6-й гв. мехкорпус в описании отражения наступления армии Венка. Все лавры по неясным причинам достаются его соседу: «5-й гвардейский механизированный корпус И.П. Ермакова, в котором было много моряков Тихоокеанского флота, несокрушимо стоял на рубеже Тройенбритцен – Беелитц, непрерывно отражая атаки армии Венка» [131]. Строго говоря, направлением главного удара Венка был Потсдам, а не Тройенбритцен или Беелитц. Эти два населенных пункта лежали на фланге наступления 12-й армии. Если судить по документам, то именно 12-я мехбригада корпуса Ермакова отражала атаки частей Венка у лечебницы западнее Беелитца. Вывод из этой лечебницы 3 тыс. раненых считается одним из немногих успехов 12-й армии. Во второй половине дня 29 апреля мехбригады 5-го гв. мехкорпуса от обороны перешли к активным действиям. Однако изначально довольно слабый и потрепанный в Силезии в марте корпус Ермакова не мог добиться перелома ситуации в пользу советских войск.
Посильный вклад в разгром 12-й армии также сделала авиация 2-й воздушной армии. 28 апреля была нелетная погода, моросил дождь. Поэтому летали лишь разведчики. На следующий день, 29 апреля, на головы солдат Венка обрушились ракеты, бомбы и снаряды пушек ВЯ Ил-2 1-го гв. штурмового авиакорпуса. Командный пункт корпуса был развернут на передовой, непосредственно в Беелитце. Всего штурмовики выполнили за день 414 самолето-вылетов. В последующие дни авиакорпус действовал в том же районе, оказывая поддержку частям 5-го гв. мехкорпуса как в оборонительных, так и в наступательных боях.
Во второй половине дня 29 апреля Венк послал следующую радиограмму в ОКВ:
«Армия, и в особенности ХХ армейский корпус, который временно установил контакт с гарнизоном Потсдама и смог обеспечить отход последнего, на всем фронте находится под столь сильным давлением противника, что наступление на Берлин более невозможно, тем более что на поддержку силами 9-й армии тоже нельзя рассчитывать» [132].
Эта радиограмма достигла ОКВ, но уже не была передана в Берлин. Однако представление о реальной обстановке в ОКВ получили. В бункере фюрера последние новости узнали несколько часов спустя. В 23.00 29 апреля в ставку ОКВ была отправлена последняя радиограмма Гитлера:
«Шефу руководящего штаба вермахта, генерал-полковнику Йодлю.
1. Где авангард Венка?
2. Когда он начнет наступление?
3. Где 9-я армия?
4. Где группа Хольсте?
5. Когда она начнет наступление?
Подпись: Адольф Гитлер».
Кейтель позднее вспоминал: «За ужином мы обсудили с Йодлем возможные варианты ответов – первый из них я составил сам. По-солдатски, без сглаживания и в полном соответствии с серьезностью создавшегося положения я доложил о безнадежности попыток освобождения Берлина». Ответ Кейтеля был отправлен в Берлин около 1.00 30 апреля. Он гласил:
«1. Наступление Венка остановлено к югу от Швиловзее. Его правый фланг подвергается сильным советским атакам.
2. Вследствие этого 12-я армия не может продолжать свое наступление к Берлину.
3. и 4. 9-я армия окружена. Танковая группа прорвалась на запад, ее местонахождение неизвестно.
5. Корпус Хольсте вынужден перейти к обороне от Бранденбурга до Ратенова и Креммена» [133].
Как известно, вскоре после получения этого «солдатского» ответа Адольф Гитлер покончил с собой. Так солдаты и командиры частей 4-й гв. танковой армии, вдалеке от Рейхстага, на периферии сражения, сами того не зная, приблизили завершение битвы за Берлин. Действительно, 30 апреля ни о каком наступлении Венка на Потсдам уже не могло быть и речи. Напротив, две бригады 6-го мехкорпуса и самоходно-артиллерийская бригада сумели оттеснить авангарды Венка от Ферха. Основной задачей 12-й армии стало удержание позиций под Беелитцем, к которым прорывались из хальбского «котла» остатки 9-й армии. Удерживать их становилось все труднее – Лелюшенко развернул от сданного частям 1-го Белорусского фронта Бранденбурга 16-ю мехбригаду. Соответственно 6-й гв. мехкорпус целиком действовал против соединений XX армейского корпуса под Ферхом и Ленином. Днем 30 апреля Венк отправил радиограмму Бюссе: «12-я армия сейчас вовлечена в тяжелые оборонительные бои. Ускорьте свой прорыв. Мы ждем вас».
Прорыв остатков армии Бюссе к позициям армии Венка состоялся 1 мая 1945 г. По немецким оценкам, в расположение 12-й армии вышли примерно 35–40 тыс. человек из состава 9-й армии и несколько тысяч гражданских. На следующий день, 2 мая 1945 г., началось отступление 12-й армии к Эльбе для сдачи союзникам. «Швиммваген» с парламентерами отправился через Эльбу уже 3 мая.
Последний штурм
Вопрос о том, кто первый вошел в Берлин, зависит от того, что считать границей города. Традиционная трактовка предполагала, что граница немецкой столицы проходит по кольцевой Берлинской автостраде (Берлинеринг). Именно такую интерпретацию событий мы можем видеть в классическом советском исследовании «Последний штурм»: «В 6 час. 21 апреля передовые части 171-й стрелковой дивизии, которой командовал полковник А.И. Негода, первыми ворвались на северо-восточную окраину Берлина»[134]. Около 6 утра 21 апреля, точнее в 6.30, передовой батальон 713-го стрелкового полка 171-й стрелковой дивизии пересек Берлинеринг к западу от его пересечения с «Рейхсштрассе № 2».
В связи с этим необходимо сказать несколько слов о том, что собой представлял Берлин в 1945 г. Это был один из крупнейших городов мира. По своей площади (88 тыс. гектаров) Берлин уступал только Большому Лондону. Наибольшее протяжение города с запада на восток – до 45 км, а с севера на юг – свыше 38 км. Эта огромная площадь, так называемый Большой Берлин, застроена только на 15 процентов. Остальная часть территории города была занята садами и парками. В центре города находился крупный парк Тиргартен, к которому примыкал Зоологический сад. Большой Берлин делился на 20 районов, из них 14 относились к внешним. Застройка внешних районов была разреженной, малоэтажной, большинство домов имело толщину стен 0,5–0,8 м. Границей Большого Берлина была кольцевая автострада, поэтому ее пересечение можно считать началом боев за город. Внутренние районы города – в черте окружной железной дороги – застроены наиболее плотно.
Примерно по границе области плотной застройки проходил периметр разделенной на девять секторов системы обороны города. Средняя ширина улиц в этих районах 20–30 м, а в отдельных случаях до 60 м. Строения каменные и бетонные. Средняя высота домов 4–5 этажей, толщина стен зданий до 1,5 м. К весне 1945 г. большинство домов было разрушено бомбардировками союзников. Именно вторжение в один из секторов обороны этой части Берлина было действительным началом городских боев. С этой точки зрения первым прорвался в Берлин 1-й механизированный корпус.
Лицо города определял не только статус политического и финансового центра страны, но и сосредоточение в Берлине большого количества промышленных предприятий. В нем было сосредоточено 2/3 электротехнической промышленности, 1/6 машиностроения Германии, значительная часть военной промышленности – до 20 больших заводов. В частности, в Берлине был расположен завод Alkett, специализировавшийся на производстве самоходных орудий. Крупнейшие промышленные предприятия были расположены преимущественно во внешних городских районах. В городе насчитывалось большое количество средних и мелких промышленных предприятий, фабрик и заводов.
Политический и промышленный центр был связан со страной множеством транспортных артерий. К Берлину сходились 15 железнодорожных линий. Железные дороги, примыкающие к Берлину с запада и востока, соединены между собой четырехколейной городской железной дорогой. Кроме того, все сходящиеся к Берлину железные дороги соединены окружной дорогой в черте города. В Берлине насчитывается до 30 вокзалов, более 120 железнодорожных станций в пригородах, 8 крупных и ряд мелких сортировочных станций. Крупнейшие вокзалы, с которых осуществлялась связь со всей страной, находятся непосредственно в городской черте и даже в самом центре города (Потсдамский вокзал, вокзал Фридрихштрассе, Лертерский вокзал, Силезский вокзал и другие).
