Читаем без скачивания Когда ее не стало - Михаил Март

Зубко подумал и сказал:

– Я знаю, к какой мысли ты меня подводишь, Тимур. Но «мерседес» взрывали с помощью радиосигнала. Здесь же бомба находилась в самом чемодане.

– Я вас не к этой мысли подвожу. Мы нашли поставщика хитроумных бомб и изготовителей чемоданчиков. Их делали в подмосковном военном КБ. Визгунов вел одно дело, связанное с торговлей оружием. Тогда попались многие конструкторы в ранге профессоров. Он связался с Москвой и попросил помощи. Бывших гениев допросили. Сейчас они отбывают пожизненные сроки. Такие напичканные опасными начинками чемоданчики-контейнеры предназначались для терактов. Восемь из них продали через фирму одному из дагестанских боевиков. Когда того поймали, то контейнеров у него не нашли. Их вообще не нашли, хотя по всем собранным фактам стало ясно, что передать их сообщникам боевик не успел. Куда же они делись? Тем более что боевик сидел в одиночке и мог общаться только со своим адвокатом, который впоследствии проиграл процесс. Так вот, адвокатом террориста выступал Михаил Танаевский. Нынешнее доверенное лицо Пичугина и его душеприказчик. Прослеживается связь?

– Конечно, Тимур. Но это лишь теория. Легенда, где нет никаких фактов.

– Да, – согласился Балабанов, – к Танаевскому на кривой козе не подъедешь. Крепкий орешек. И последняя опора Пичугина. Истребляя своих врагов, мэр лишь обзаводится новыми. Смерти Бориса Брылева «Кишка» ему не простит.

– Кто снимал кино, майор? Не разыгрывай из себя дурачка, ты же знаешь.

Балабанов усмехнулся:

– Первых врагов Пичугин нажил, убив Светлану Бартеньеву. Теперь вся журналистская братия копает ему яму. Думаю, они наснимали немало материала, а нам швырнули косточку для затравки. И если мы оставим ее незамеченной, то и нас включат в списки неблагонадежных. Озлобленный репортер страшнее динамита. Бомба имеет радиус действия, скандал в прессе охватывает страны и континенты.

– Ладно, иди. Составь полный отчет и сдай мне не позднее завтрашнего дня. А потом продолжим разговор.

Майор встал, надел фуражку, козырнул и вышел из кабинета.

В одном Зубко не сомневался: Визгунов начал открытую войну против мэра и делает свое дело продуманно и правильно. Но самое страшное, что в команде мэра не остается никого, кто смог бы протянуть ему руку помощи. Следующая очередь – адвоката Танаевского.

Глава третья

Иллюзионисты

1

Пичугин в костюме Бэтмена стоял у окна своего кабинета и наблюдал, как к подъезду особняка подъезжают дорогие машины гостей. Рядом стоял полковник Визгунов в черной накидке, наброшенной на фрак.

– Вдоль периметра всего забора стоят машины с оперативниками, – тихо говорил полковник. – Там даже мышь не проскочит. Въездные ворота патрулируют ребята-таможенники, присланные мне в помощь. Этих не обхитришь. Другими словами, оружие сюда пронести невозможно. Киллеры сочтут, что все меры предосторожности сконцентрированы на воротах. Если они проскочат пункт проверки, то будут уверены, что дальше могут действовать по своему плану, им уже никто не помешает. Дело свое они сделают, но вот как собираются уходить?

– Во дворе стоят четыре автобуса. Их тоже досмотрели? – спросил мэр.

– Разумеется. К тому же аккредитацию получили только известные и проверенные репортеры и телевизионщики. Единственная категория лиц, не считая официантов, которые будут без масок. В них работать трудно. Все камеры и фотоаппараты проверены. Наш план должен сработать, Олег. Что еще тебя смущает?

– Ты же видел списки, полученные мной из всех городских ателье. Мы знаем, кто какие костюмы заказывал, кто скрывается под масками. В залах и на поляне установлено более двухсот видеокамер. А смущает меня, Андрюша, то, что костюмы заказывали триста двадцать четыре человека, – да ты же видел списки, – а на маскарад приглашено четыреста семьдесят шесть. Сто тридцать рыл, скрытых под масками, нам неизвестны. Где они взяли костюмы?

Визгунов отмахнулся:

– Воспользуются старыми. Это же недешевое удовольствие, Олег. Меня другой вопрос интересует. Все предусмотреть нельзя. Но я ставлю себя на место осведомителя. Дураку понятно, что киллеров консультирует человек, хорошо тебе известный. Знающий твои привычки и слабости.

– Ты прав. Речь может идти только об Ордовском. Они его похитили и выжали как лимон. Лишь Эдик знал, что я езжу на прием в онкоцентр. Там мне и устроили засаду.

– Ты его видел на этой неделе?

Пичугин подошел к письменному столу, налил рюмку коньяка и залпом выпил.

– Разве этот подонок решится показаться мне на глаза? Нет, Андрей. Киллеры получили от него все, что им нужно, и наверняка замочили Что ж, туда ему и дорога. Помнишь петлю на этой люстре? Ты же сам докопался, каким образом убийцы могли попасть в кабинет. Кто еще мог такое придумать? Только Ордовский. Он знает дом и участок лучше меня. Строительством я не занимался. Я лишь принимал объекты и делал замечания.

– Это я уже слышал. Кто бывал у тебя в доме в последнее время? В пределах недели.

– Ну, если не считать охрану и прислугу, то у меня был адвокат Танаевский. Но он практически каждый день приезжает.

– Так. Его костюм нам известен. Кардинал Ришелье. Заметный костюмчик. Кто еще?

– Директор банка «Транс-инвест» Родион Сухинич. Он будет в костюме черта, что соответствует его натуре. Руководитель фармацевтического центра Женя Потоцкий. Привозит мне лекарства на дом. Обычный подхалимаж. Доктор Мухачевский из онкоцентра. После покушения он сам ко мне приезжает. Вот, кажется, и все. Мухачевский очень маленького роста, поэтому, наверное, выбрал костюм гнома. Ну, еще курьеры всякие, но их в дом не впускают. Тебя тоже считать?

– Мы знаем, в каких масках все перечисленные придут на маскарад. Я хотел бы знать, в каких масках они приходили к тебе. Киллеры уже проявили себя как умные люди. Я не люблю слово «профессионалы», его уже и к безмозглой шпане применяют. Профессионалов в мире криминалитета единицы. Токарь шестого разряда – это профессионал, а чемпион мира по стрельбе – спортсмен, но не профессионал. Человек должен знать свое дело досконально и работать, не допуская ошибок. Вот где проявляется профессионализм. Это прежде всего опыт, знания, способность в нужный момент отойти в сторону, используя заранее заготовленную нишу, а не устраивать киношные погони. Ставя себя на место человека, для которого выстрел – лишь эпизод общей работы, я не стал бы рисковать и проносить с собой оружие. Его легко обнаружить. На пустяках не засыпаются, Олег. Оружие должно находиться в доме. Принесенное заранее и хорошо спрятанное. Но так, чтобы его легко и быстро можно было вытащить на свет божий. Вот почему меня интересуют те, кто навещал тебя в последние дни.

У Пичугина задрожали руки. Он опять налил себе коньяка и выпил.

– После короткого спектакля я уйду в убежище и не выйду оттуда, покуда последняя собака не покинет дом.

– Правильное решение. У тебя есть оружие?

Мэр достал из потайного кармана никелированный револьвер.

– Коллекционный «кольт» сорок пятого калибра. Слона завалит с двадцати метров.

– А выглядит игрушкой.

– Мал золотник, да дорог.

Пичугин подошел к камину и нажал скрытую кнопку. Одна из панелей стены сдвинулась в сторону.

– Здесь самое безопасное место в доме. О нем не знает никто, даже Ордовский.

– Теперь и я знаю, – усмехнулся Визгунов.

– Ты не в счет. У тебя, Андрей, имелись сотни возможностей меня пришить. Хотя бы и сейчас. Но ты слишком гордый и честный, чтобы стрелять из-за угла.

Мэр зашел в помещение за панелью. Визгунов последовал за ним.

Небольшая комната. Кровать, холодильник, телевизор, кондиционер, письменный стол, компьютер, телефон.

– Здесь все самое необходимое, – продолжал Пичугин, – кроме окон. А еще есть глазок, и я могу видеть, что происходит в моем кабинете. Так я часто наблюдал за Ордовским и даже за тобой. Вы оба знали код моего сейфа, но ни один из вас не пытался его открыть.

– Если человек не скрывает кода своего сейфа, значит, в нем нет ничего интересного, Олег. Что касается Ордовского, он и так знает о тебе все. Или почти все. А меня твои дела не интересуют. У меня своих выше крыши. Но нам пора. Народ собрался. Я слышу звуки музыки. Хозяин обязан показаться на публике. Ваш выход, Олег Иванович!

С появлением на сцене мэра в костюме Бэтмена танцующие замерли, оркестранты замолкли. Пичугин снял маску.

– Всем веселья и счастья! Хочу угостить вас своим фирменным пуншем на соках моих редчайших цветов. Каждому достанется лишь по бокалу, но вкус вы запомните на всю жизнь!

Он вновь надел маску и скрылся за кулисой. Там, по другую сторону занавеса, находилась дверь, а за ней кухня. Десятки поваров работали в поте лица. В кухню спускалась лестница из нескольких ступеней. На одной из них стоял двойник Бэтмена с огромным хрустальным сосудом, наполненным жидкостью.