Тем не менее, прибыв, сёстры высыпали из транспорта, и их стандартное построение взрезало толпу облепивших нас валькирий. Так корабль взрезает водную гладь, не разрушая, но приминая носом текучую субстанцию под собой. Кошки и были для старших сестёр текучей субстанцией резонов и принципов, эдаким сложением воль. И все они под весом авторитета представительного строя расступались, признавая за Старшими безусловное лидерство. Когда командиры поравнялся с нами, мы с Эсси оказались как бы внутри полумесяца, окружённые с передней полусферы строем старших сестёр.
— Ну и что это было, Кошак? — недовольно бросила Лида. Эта шибко умная ариала и здесь выпендрилась, решила взять сложный разговор на себя.
— Это я у тебя хотел спросить, Старшая, — мои глаза в ответ нехорошо сверкнули, я перевёл взгляд на стоящую по центру построения Тину. — И у тебя, Высшая.
— Не наглей, — коротко обрубила Смерть.
— Это он — наглеет?! — опешила жавшаяся всё это время к моему боку Эсси. — А не слишком ли много на себя берёте, Старшие?..
Слова метиллии стали для сестёр холодным душем. Они недоумённо переглянулись. Нападать больше никто не спешил, опытные кошки смекнули, что всё далеко не так однозначно, как они считали с самого начала. Одинокая, но исполненная праведного возмущения отповедь боевой сестры заставила их из нападения перейти в защиту.
— Объяснись, — опять немногословно изрекла Высшая.
— Мы там изощряемся, ведём бой вот уже на протяжении пары десятков километров — с ловушками, засадами, эмоциями, — а тут какие-то кошки драные прилетают… к самому шапочному разбору? Не слишком ли, сёстры?
— Объяснитесь, — теперь пришёл мой черёд требовать, непроизвольно копируя интонации своей беловолосой любовницы.
Старшие заозирались по сторонам. Тина тоже бросила пару взглядов вокруг. Оказалось, на поляне стоит напряжённая тишина, не только мы, но и все здесь присутствующие ждут ответа. Тогда Смерть осклабилась.
— Справедливости требуете?.. И тебе, Кошак, сёстры дают право выступать от всех?
Я осмотрелся по сторонам, но никто из кошек не возмутился. Все смотрели выжидательно, и ни у кого даже мускул на лице не дрогнул. Вот так, в один миг, я из милого котика превратился в коготь стаи — того, кому сёстры доверили выступать представителем коллектива на знаковом событии. Судя по всему, именно это так сильно проняло даже мою бесстрастную Ти.
— Ну что ж, пусть так оно и будет, — кивнула метиллия, и я прочёл в мельком брошенном на меня взгляде сытое довольство и… затаённое торжество. Нет, не надо мной — над всей этой ситуацией. — Неужели вы, сестрёнки, способны хоть на секунду представить, что я могу допустить несправедливость в отношении вас, моих пернатых чад? Или другие старшие могут? Нет, всё куда прозаичней. Катер с подкреплением для каждой стаи — незапланированный внешний фактор, призванный разрушить выпестованные вами на финишный участок тактические схемы. Без него было бы далеко не так интересно. А, сёстры?
К этому моменту как раз подошли те из валькирий, что развлекались на этом самом финишном участке противостояния — и нерадивые десантницы, так неудачно попавшие под раздачу, и их идейные противницы, засевшие по лесам и весям. Кошки валили пёстрой толпой, стеля свои роскошные гривы волос неряшливыми шлейфами, отчего те мешались в самых замысловатых сочетаниях расцветок. Сверху это зрелище, должно быть, выглядело ещё забавней и милей. Всю эту пёструю ватагу валькирии без вопросов подпустили ближе к центру нашего кошачьего митинга, и теперь вновь прибывшие оказались совсем рядом со старшими. Именно от них и пришёл ответ — фырканье, хмыканье, смешки.
— Весело вышло, и не поспоришь, — усмехалась серьёзная метиллия, глазки которой от пережитого веселья до сих пор поблёскивали довольством.
— И все тактические схемы коту под хвост, — пробурчала её товарка-ариала.
Смешки в толпе переросли в заливистый смех, шутку сёстры оценили. Или для самой выступившей это была не шутка? Кто их поймёт, этих кошек драных!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— «Коту под хвост…» — насмешливо посверкивая своими умными глазками, протянула Лида. — Какое ёмкое выражение… Вроде бы и не ругаешься, а само собой как-то пошловато звучит…
— Пошло — не пошло, кошка, но изнутри всё выглядело далеко не так благостно, — нахмурился я. — Когда на тебя ссыпается с неба десант таких милах, в последнюю очередь задумываешься о его личном составе. Кто там и к какой стае принадлежит.
Помощь пришла, откуда не ждал. Милена решила выступить. И, в пику своему обычному юморному настрою, когда доводилось работать на публику, выдала весьма серьёзно и веско.
— Я прошу сестёр обратить внимание, кто первым успел сориентироваться в резко изменившейся тактической ситуации. Это был… наш Кошак. Именно он пнул Эссии, после чего кошка смогла подобрать сопли и виртуозно «оседлать» раздрай в лесу и на катере. Однако сподвиг её на это именно Кошак. Наш кот. Неплохо мы его натаскали, а?..
И такой исполненный гордости взгляд на меня…
— Я склонна согласиться с Ртутью, — подтвердила Смерть. — Более того, это далеко не первый за сегодня сильный тактический ход Кошака. Насколько я успела просчитать, он сломал не менее трёх десятков тактических схем своим непосредственным участием в игре — даже без учёта последнего её этапа. Поэтому прошу сестёр в следующий раз учитывать его как фактор игры. Как он там говорил?.. Защитный дройд. Вот в таком качестве и учитывайте.
Что характерно, Тина даже не улыбнулась. Всё было сказано в обычной для неё серьёзной манере, а вот остальные кошки не удержались от фырканий: скрытую в словах Высшей иронию оценили все. Хотя далеко не все смогли оценить тот суммарный эффект, который оказал на наши с кошками отношения упавший с неба катер. Я вдруг со всей отчётливостью осознал замысел этой блондинистой бестии. Это тоже была игра, вот только активными её игроками выступали не несколько десятков кошек, а всего лишь двое — Тина А`Гийн и… я. Высшая посылала мне шар за шаром, я же их ловил и отправлял назад, но уже по новой, выверенной и максимально эффективной траектории. Другой на моём месте мог их и вовсе не заметить — эти шары, — не то что назад отправить… Они и были такими, чтобы человек с моим настроем и моим образом мыслей просто не смог пройти мимо. И не прошёл. Как итог — на сегодня я стал не просто игрушкой в руках победителей турнира, а когтем стаи, выразителем мнения большинства, которое — большинство — наделило меня правом спрашивать со старших сестёр. Призывать их к ответу. Представить подобный итог обычный охоты, пусть и столь масштабной, могло только извращённое воображение и высокий интеллект Высшей валькирии, прозванной Смерть.
— Сёстры, при всём моём уважении… — начала свою партию уставшая ждать Эсси, — но вы тратите наше время. Время нашей стаи. Мы взяли этого милого котика на щит. Сегодня он наш… Вон, Рамила уже вся извелась, а вы тут разглагольствуете…
— Не спеши девочка, — отрицательный жест Тины заставил метиллию прерваться. — Он ваш на сегодняшнюю ночь. А сейчас мы подводим итог тактической игры. Не след путать интересы своей пи… с интересами Экспансии.
Исполненный спокойствия голос Высшей пригвоздил мою попутчицу к месту. И вроде ничего такого оскорбительного или обидного сказано не было, но метиллия натурально покраснела и вся даже как-то стала меньше ростом. Понятно, увлеклась девочка, на кураже не рассчитала, что и где говорит. Чтобы поддержать бедолагу, я притиснул её к себе за талию, а поверх её головы, смотря Смерти прямо в глаза, заметил:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Не надо, Ти, не спеши с выводами. Кошка ещё не отошла от драйва. Там было по-настоящему жарко.
Получив во мне неожиданного заступника, Эсси просто остолбенела. Не знала, что и думать. Радоваться ей или печалиться. Не привыкла девочка к мужской заботе — ой не привыкла…
— Опять кошек смущаешь?.. — не удержалась от шпильки Милена. — Ты там поосторожней. Вот захочет каждая кошка на базе твою заботу ощутить — мы же полномасштабный штурм расположения не выдержим… Не против всей базы.
