А у меня в опустевшей, как воздушный шарик голове бьётся одна-единственная мысль – это что, он мою фантазию с розовым чупа-чупсом, пилоном и гольфиками сейчас наблюдал?! Стыд какой, мамочки!..
Вспомнилось к тому же некстати, что – в традициях сегодняшнего дня, не иначе! – в этой фантазии я опять же была без лифчика, и, честно скажу, от того, что я в собственных мыслях на шесте вытворяла, Риане в «Валериане» до меня далеко, зуб даю!
И вот Эш всё это бесстыдство, как оно есть, наблюдал, получается?..
А больше я ни о чём не смогла подумать, потому что Эш меня поцеловал.
И устойчивость тут же куда-то делась, пришлось снова обнимать дракона, прижиматься к его горячей, мускулистой груди. Отвечая на полные страсти и ненасытности поцелуи, ощущать, как всё внутри сладко и тревожно замирает…
Глава 21
Сколько продлился этот волшебный поцелуй – совсем не в курсе.
Я просто растворилась в этом таинственном космосе, вся, без остатка. Я парила, летела… отвечая на ласки дракона окончательно теряя голову…
Но я точно знаю, где этот поцелуй закончился – у бесстыжих размеров драконьего ложа, нагло раскинувшегося посреди холостяцких и где-то даже аскетичных покоев Эша.
Опустив меня на пол, дракон огладил горячими ладонями плечи, поддел пальцами подбородок, вынуждая встретиться с ним глазами, столкнуться с этим невероятно тёплым, золотым пламенем драконьего зрачка. Оно манило, притягивало, обжигало и щекотало, даже как будто подзуживало... изнутри!
Это открытие было слишком внезапным, чтобы осмыслить его так, сходу, но вынуждена была признать – внутри меня и правда что-то откликалось на отблески этого пламени.
Откликалось совершенно неожиданно и… активно, даже чересчур!
Это как на костёр смотреть – чем дольше смотришь, тем больше видишь… Тааак завораживает… Подвижные языки золотого пламени сплетались, переливались, менялись местами, перетекали один в другой… Их страстная, жгучая игра так и искрила, так и сочилась живым пламенем, словно норовя вырваться из чёрных глаз напротив, столь нагло и столь действенно меня гипнотизирующих… окатить меня своим безумием, своей манящей дикостью …
Вспомнилось внезапно, как Эшхор сказал про считывание мысленных образов и… мамочки, как же снова стыдно стало!
А ещё… Хоть больше ни о чём подумать даже не успела, эти наглые языки пламени превратились вдруг в силуэты… в маленькие… движущиеся… очень даже чётко прорисованные фигурки!
– Ах… – вглядевшись ещё детальнее, случайно узнала в одной из фигурок себя.
С бесстыже запрокинутой головой, с трепещущими ресницами, отбрасывающими на щёки длинные тени, с закушенной губой и выражением какого-то неизвестного мне… пока… хищного какого-то удовольствия. Заметив, что губы мои двигаются я невольно вслушалась и поняла, что та, я, которая в пламени вновь и вновь повторяю его имя…
И… в общем, Эша я тоже разглядела…
И… дракон был просто невозможно хорош в этом ракурсе.
Блестящая от влаги мускулистая спина, очертания красивого рельефного бока... При каждом хищном и властном движении под гладкой и плотной кожей перекатываются бугры мышц, и это так гармонично и завораживающе… Я кажется, забыла в очередной раз, как дышать.
А потом поняла вдруг, что… ну в принципе тихо стало.
Вскинула взгляд на Эша и… вспыхнула от стыда не хуже красных магических светильников, развешанных в воздухе!
Просто по глазам этим бесстыжим поняла – видел!
Мамочки!
Видел… вместе со мной это бесстыдство, при одной мысли о котором в жар бросает!
А ещё видел, что я смотрю…
Вот прям нагло смотрел, как я наблюдаю за теми нами с открытым ртом…
Нет, ну не гад ли!
Стоило первой волне стыда и гнева схлынуть, как на её месте тут же образовалась вторая, куда более грозная.
Просто дошло (как до утки на пятые сутки, но, думаю, учитывая обстоятельства, за это сложно меня винить), что это я, получается, к собственному мужу в голову заглянула…
И учитывая чуть ли не бесконечное (я не шучу!) количество двигающихся фигурок в пламене, его Гранатовое чешуйшество не только гад, но ещё и извращенец.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И маньяк, пожалуй.
Не подозревающий о собственном разоблачении в моих глазах, как и о моих внутренних метаниях (а также предельно осведомлённый о моих внутренних желаниях, чтоб его!) Гранатовый Глава провёл пальцами по щеке, губам… чувственно оттягивая нижнюю, но не задерживаясь на ней… по ключицам и плечам… потянул за хитро замаскированные под лепестки цветов завязки платья, которые предательски засветились, поощряя чьим-то наглые и не в меру умелые конечности, отправляя меня к дракону в пасть…
Да уж, зря феечки волновались за свои шедевры.
Впрочем, подозреваю, крылатые кокетки просто лишний раз подчеркнули таким образом, что «фейский швейный цех» дело своё знает.
Срывать с меня этот несомненный шедевр дракону не пришлось.
Пока обалдевшая я с губами, образующими букву «о» хлопала ресницами, впечатлённая этими подмигивающими его чешуйшеству завязками, ещё пару секунд назад сидевшее на мне как влитое платье самым стремительным образом меня покинуло!
Как тут не заподозрить сговор между Эшем и крылатыми представительницами фейских кланов! А пожалуй, что и подкуп. Только вот кто кому заплатил – большой вопрос.
Время играет в странные игры, танцуя в этом таинственном, мистическом пространстве, звенящим от магии. Каждое мгновение вспыхивает и угасает постепенно, позволяя насладиться каждой чарующей искрой. Вот струящаяся ткань платья облизывает мои обнажённые плечи напоследок и соскальзывает на пол, замирая мерцающей в полумраке волшебных огней лужицей. И снова эти крепкие ладони на моих плечах, спине, талии… а затем мир внезапно совершает кувырок и мы оказываемся уже на ложе! Гранатовый Глава нависает над маленькой беззащитной мной, удерживая свой вес на одной руке… Пальцами второй дракон с нежностью проводит по моей щеке, шее... обрисовывает ямочку на ключице… Склонившись, целует чувствительное местечко… так нежно-нежно… просто запредельно…
И снова это двойственное ощущение – буквально таю от этих ласк, поверить не могу, что всё это волшебство со мной происходит…
А с другоооой…
К собственному стыду и позору вынуждена признать, что я, похоже, решила поставить новый мировой рекорд по мнительности невест и пред-брачно-ночной лихорадке в целом!
И вот оно хоть и глупо, всё же логично.
Были б мы знакомы дольше, я бы весь этот накал эмоций как-то на дольше бы и растянула, а так… приходится одним глотком, одной вспышкой «перерабатывать»…
Тот-то и «коротит», то-то и «штырит», и, пожалуй, почище даже, чем пресловутую драконью силу Эша в присутствии Дракониды!..
Очередная мысль из разряда «дурацких» и очередной опять же, мой контраргумент «для Лёльки» прозвучал в опустевшей, как воздушный шарик, голове после череды головокружительных поцелуев, от которых я таяла и млела, теряя себя и растворяясь в этом сказочном золотом свете…
Уж не знаю, что со мной не так, но «дурацкая мысль» всё же прозвучала.
И прозвучала она так: а ведь я в течение одного всего лишь дня наблюдаю самую, что ни на есть, волшебно-сказочную трансформацию… Гранатового Главы!
Ведь чем ближе к ночи, так, на минуточку, к первой брачной ночи – тем мой чешуйчатый муж становился всё глаже и глаже!
Прям не муж, а мечта!
Однако утром, во время церемонии он разговаривал совсем по-другому!
Да он с кошкой более любезен был, чем со мной!
Я же для него была самой, что ни на есть, «неудобной женой», навязанной магией браслета, обвенчавшего нас рандомно и неосмотрительно.
Да Эш вообще не хотел жениться!
И вот, получается, эта волшебная ночь пройдёт, дурманящий голову хмель к утру развеется, а я останусь для Эша всё той же «неудобной женой»...
– Ия? – мгновенно уловил перемену в моём настроении Эш. – Ты здесь? Всё в порядке?
