свою настоящую мощь. Мог ли он вообще находиться в этом магическом пузыре? Время от времени он применял магию по всей территории, но в эти моменты она не улавливала оттуда никаких всплесков магии. На самом деле существовала немалая вероятность того, что он просто запускал дальние чары, наблюдая за полем боя на расстоянии. Самым прямым действием, которое он предпринял до сих пор, был карманный метеор, и это было до того, как она нашла его в небе.
Так что, если я разобью этот пузырь, я могу нарушить весь их план. Это был риск, на который она должна была пойти, какой бы ужасающей ни была эта мысль. Алкмена боялась, что иначе им не справиться, ведь остальные — она чувствовала — слабели. Она ощущала, что Ханно досталось хуже всех, но с кем бы ни дралась
Защитница, он устроил ей адскую взбучку.
Ограда осторожно повела плечами, наблюдая за приближающимся роем светящихся точек.
Волшебница призвала в руку свободную плитку и трижды постучала по той, на которой стояла. С тяжёлым сердцем она уничтожила артефакт, сделанный так недавно — из-за их столь же недавнего фиаско с летающей башней — но это лучше, чем быть уничтоженной самой. Плитка начала удлиняться, и она побежала по длине, чувствуя, что чем дольше артефакт растягивается тем более и более хрупкой становится. На полпути к пузырю плитка разлетелась вдребезги прямо у Волшебницы под ногами. Ей удалось перескочить на вторую, прежде чем она начала падать, повернув артефакт так, чтобы она служила наклонным пандусом. Ограда сразу же начала соскальзывать, но ещё одно слово силы заставило подошвы прилипнуть к поверхности, позволив побежать вверх. К сожалению, недостаточно быстро, чтобы её потеряли снаряды. Ограда пробормотала что-то под нос и щёлкнула запястьем: её призрачный образ, воспроизводящий её магическую сущность, начал убегать по воздуху. Заряды не были разумными, в отличие от змей, так что этого хватило, чтобы обмануть их.
Однако одной из упомянутых змей удалось вернуться к ней прямо перед тем, как она добралась до пузыря, оставив ей лишь мгновение на принятие решения. Ограда пошла на риск, так как её последняя плитка уже начала ломаться. Она запрыгнула на верхушку пузыря и прижалась к оберегу, моля всех Богов, чтобы змеи оказались созданными с учётом того, чтобы не сталкиваться с пузырём. Огненная конструкция в последний момент отклонилась в сторону, и она торжествующе сжала кулак. Не умереть — её любимый вид победы. Она сразу же начала возиться с оберегом под ней. В отличие от первого, которым они были поражены, этот был разработан так, чтобы выдерживать удары, но не был трудным для изменений — маленький подарок. Без сомнения, Чернокнижник уже знал, что она там, так что временной задел в её распоряжении будет очень, очень маленьким. Ха, защитный узор был на самом деле очень сильным. Она могла бы разрядить весь свой арсенал в него и едва поцарапать. Неужели у злодеев сложилось впечатление, что она была магом-убийцей?
С торжествующей улыбкой она поменяла местами две последние руны, подготавливая пламя фейри, как раз в тот момент, когда в пузыре открылось круглое отверстие.
Внутри не было никакого Чернокнижника. Однако была нестабильная элементарная матрица, которую удерживала от взрыва только защитная оболочка.
— Ты полный мудак, — успела она сказать, прежде чем всё взорвалось.
֎
Боевой молот опустился и раздробил плечо Защитницы, затем развернулся, превратив её левую коленную чашечку в порошок. На этот раз Капитан даже не попыталась убить сбитую героиню, направившись прямо к Ирен. Она извлекла урок из первоначальной ошибки.
— Исцели, — пробормотала Пепельная Жрица.
Плечо вернулось на место, колено дёрнулось вверх, и левантийка встала на ноги. Ирен использовала свой аспект более половины боя, и это начинало сказываться. Раны теперь заживали медленнее и не полностью. Учитывая, насколько абсурдно прочной была Защитница, она всё равно могла двигаться, но это была игра с уменьшающейся отдачей. Во многих отношениях: молот Капитана трижды обрушился на поле света, окружавшее Жрицу, прежде чем Рафаэлла смогла снова вступить с ней в бой. После третьего удара поле поредело, и Ирен была уверена, что, если бы у злодейки было время для четвертого, оно бы сразу сломалось. Если бы это произошло, она дала бы лишь половину шансов на то, что пережила этот опыт. К сожалению, Защитница теперь каждый раз возвращалась в бой немного медленнее, в то время как Капитан не проявляла никаких признаков усталости. Какой бы аспект она ни использовала ранее, он не придавал ей особых сил, но он и не иссякал. Это фактически превратилось в поединок на выносливость, который злодеи не должны были выиграть. Однако на этот раз так бы и случилось, потому что Бедствия обрушились на героев, когда их группа только что отбила вражескую атаку.
Это не было похоже на совпадение.
— Защитница, — позвала Ирен.
— Сейчас немного занята, — ответила левантийка, пригибаясь под ударом молота.
Простой силы удара было достаточно, чтобы поднять облако пепла позади них.
— Нужно, чтобы ты выиграла для меня шестьдесят ударов сердца, — сказала она.
— А луну и звёзды не хочешь? — Пожаловалась Защитница.
— Или это, или мы умрём, — откровенно ответила Жрица.
Рафаэлла ударила своим боевым топором по броне чудовища, отбросив её на шаг назад и расколов металл.
— Умирать нехорошо, — признала левантийка.
Капитан отскочила назад.
— Мне нужно Бремя в, эм… — сказала она. — …большой квадрат посередине.
Последовала пауза.
— Я не Блэк, Векеса, — раздраженно возразила она. — Я не слежу за тем, куда все постоянно движутся.
Осталось тридцать ударов сердца. Она могла бы это сделать. Её аспект продолжал угасать, когда она вытолкнула на поверхность другой. Это было ограничение на Исцеление — она могла продолжать это делать, но чтобы прекратить его действие, требовалось время. Вдалеке раздалась вспышка магии, и вдруг над её головой появилась коробка. Мгновение спустя коробка сломалась, и сильное давление заставило её упасть на колени. Она видела, что Защитница ещё стояла на ногах, хотя у неё подгибались колени, но Капитан казалась почти невозмутимой. Молот поднялся, и она снова расплылась.
— Возражаю, — рассмеялась Защитница.
Раздался звук, похожий на разлом в ткани Творения, и давление ослабло. Топор Рафаэллы врезался в навершие молота, который расколол бы голову Жрицы, удары идеально совпали. Оба оружия отлетели назад, и Капитан осторожно отступила в сторону.
— Гори, — прохрипела Ирен.
По всему полю начал тлеть пепел. Она чувствовала, как он
