прорычал в недоумении Бом.
– Чужим временем – пожал я плечами – Прямо мечта, да? Лентяям не надо – а нам пригодилось. Они потеряли – а мы получили. Зарядились этой энергией, очистились водичкой, перенеслись сюда… Да! Знаю я, что звучит бредово! Но уж как есть! И смотрите не потеряйте кусочки янтаря.
– Да-а-а… – покрутил головой Бом – Знаешь, Рос, это даже отрезвляюще. Каждый раз как я начинаю думать, что знаю о Вальдире почти все – Орбит щелкает меня по носу, сбивая спесь всезнайки. Я о таком месте даже не слышал…
– Лишь бы и в этот раз не подохнуть – вздохнул Док.
– Поддерживаю! – добавил Храбр – Умирать очень не хочется! Так что это за штука серебряная над нами летает?
– Мая-я-ятник – отозвался смотрящий на пол эльф.
– Так мы в часах?! – ахнул Док – Мы в огромных старых часах?! Внутри?!
– Странный ты – вздохнул я – Ты в Королевстве Мертвых побывал – и то так не удивлялся. А тут гигантские старые часы…
– Но все же! Как в сказке! Мне нравится.
– Пусто тут – огорченно цыкнул клыком Бом, размеренно шагая по прерывистой золотой стрелке, ведущей нас все дальше в сумрак – По сторонам тут пошариться бы, но ведь нельзя, да?
– Нельзя – подтвердил я и глянул наверх, где с очередным лязгом над нами опять пронесся маятник – Старые Часы Мрачного Измерения… надо же… – Бомыч… Аньрулл тебе никаких новостей не говорил, прежде чем выпнуть из ада?
– Бог смерти? Он крутой – рыкнул Бом – И… опасный. Новостей он не передавал, а вот кое-что интересное сказал на прощание.
– И что?
– Я тебе даже процитирую… благо нашел им сказанное и записал. Слушай… – кашлянув еще раз, Бом, глядя перед собой застывшим взглядом, нараспев произнес – Случалось, что боги и простые смертные спускались в царство теней и находили путь обратно. Но обитатели Аида знают, что однажды вкусивший от плодов их царства навсегда остается им подвластен.
Замолкнув, он выжидающе уставился на меня.
– Это Аньрулл сказал? – поразился я.
– Он процитировал. С намеком. И добавил, что прочитанная им книга свежа, умна и легка. А я уже тут порылся сначала в памяти, а затем в цифровой библиотеке и нашел эту цитату. Она из книги «Волшебная гора», написанной больше века назад. Автор Томас Манн. И я тебе так скажу – эта книга вообще не фэнтези ни разу. И не про мифологию. Это толстенный роман про больных, живущих в туберкулезном санатории высоко-высоко в горах. Они размышляют о жизни, о смерти, пытаются храбриться, наблюдают за смертью своих друзей, со своих шезлонгов на вершине горы, наблюдают, как быстро проносится мимо время, постоянно спорят о смысле и сути жизни. Я эту книгу из принципа прочитал – очень тяжело пошла. Читал еще когда был студентом. Только поэтому и узнал цитату. Так вот, Рос тебе вопрос. С какого перепугу богу смерти читать подобные книги?
– Обалдеть…
– А сама цитата? Меня она зацепила – Бом мрачно глянул на меня и повторил – Случалось, что боги и простые смертные спускались в царство теней и находили путь обратно. Но обитатели Аида знают, что однажды вкусивший от плодов их царства навсегда остается им подвластен.
– Хватит уже пугать! – не выдержал я – Просто красивая цитата. С намеком, что раз уж мы побывали в его царстве, то быть нам и дальше друзьями.
– Ага… друзьями… Там больше про рабов что-то! И сама цитата идеальна – она и про богов и про простых смертных. А ведь и те и другие спускались туда…
– Хватит нагнетать.
– Я и не нагнетаю. Но знаешь, однажды Аньрулл может стать кем-то похлеще Жизнеслава.
– Вот тут даже не сомневаюсь – кивнул я – Порой мне кажется, что он куда умней меня. Но! Они всего лишь боги! А мы – великие приключенцы, что готовы прямо сейчас вляпаться в очередную авантюру! Так что выше носы – и вперед!
– Тоже верно – чуть посветлел Бом.
– Всех порвем! – тоненько заявил Док.
– Прорвемся! – убежденно заявил Храбр.
Орбит промолчал, но зато вдруг сначала упал на колени, а затем улегся на животе и замахал нам левой пяткой, явно требуя поступить точно так же. Не став задумываться, я с готовностью плюхнулся на живот и вместе с остальными подполз ближе к эльфу, где и замер изумленно.
Оказалось, что мы уперлись в стену – деревянную, широченную и высоченную, теряющуюся в царящем здесь вечном сумраке. В стене несколько крохотных отверстий, что расположены у самого пола. И прямо сейчас из одного из них медленно выкатывалась… золотая крохотная вагонетка с алмазными колесами. Каждую вагонетку толкала идущая на задних лапках крыса со светящимся над головой медным фонариком, крепящимся на миниатюрную золотую кирасу.
– А-а-а-а… – захрипел Бом, вытягивая зеленую жадную лапу.
– Не смей! – шикнул я – Не наше!
– На любом аукционе это все потянет на…
– Тише! – уже громче зашипел я, вцепившись в плечо жадного казначея – Мы здесь не из-за этого!
Замерев, мы внимательно наблюдали за Орбитом. А он, разжав ладонь с «плевками», другой рукой брал по одному кусочку и опускал в золотую вагонетку. Загруженный в вагонетку янтарь тут же растекался смолистой светящейся лужицей и начинал источать невероятный аромат хвои, холода, смолы и свежести. Порывшись в кармане, я поспешно достал свои кусочки и поступил с ними точно так же, после чего убедился, что и остальные от меня не отстали. Двадцать пять загруженных вагонеток, толкаемых крысами в кирасах, скрылись в другом отверстии и вокруг снова потемнело. Эльф остался лежать неподвижно, в то время как нас медленно опускалось облако янтарно-золотой пыли.
– Второе очищение – прошептал я – Орб… дальше что?
– Ответные дары – прошептал эльф – Слышите-е-е?
Мы синхронно кивнули – было трудно не услышать перестук маленьких колес. Еще через полминуты мимо наших лиц снова потянулись вагонетки и в каждой из них лежало по небольшой серебряной сосновой шишке с горящими внутри рубиновыми орешками.
– Мы в сказку угодили? – тихо-тихо прошептал Храбр – Я не против…
– По пять штук – прошептал я в ответ, осторожно начиная собирать шишки – Бом! Только шишки! Без вагонеток!
– Упаковка – тоже подарок!
– Я тебе тресну! Только шишки!
– Да шучу я… но… эх!
Когда вагонетки опустели и скрылись за стеной, мы вслед за Орбитом поднялись и… снова замерли, удивленно глядя на осветившуюся стену, на которой появилась огромная – с нас размером – тень стоящей на задних лапах крысы с отчетливо видимой короной
