не только моим здоровьем, но и здоровьем Дика. Ему очень не помешают бодрящие завтраки и прогулки…
- Нет, - решительно возразила я и сразу же поспешила объясниться: - Я наблюдала лишь за лечением директрисы. Как лечат мужчин – понятия не имею. Для этих целей вам лучше пригласить господина Гаррета. Тем более, вы уже знакомы с его методами и полностью их одобряете…
- Методы этих коновалов? – фыркнула леди д`Абето. – Да я вас умоляю, Фанни! Их методами лечить только коней в королевских конюшнях.
- Но вы же сами… - начала я, чтобы напомнить, что она была вполне довольна Аланом, но тут вокруг закружилась осенняя назойливая муха – противная, черная, с жирным зелёным брюшком.
С отвращением отмахнувшись, я прогнала её, и вдруг сказала совсем не то, что собиралась.
- Миледи, - произнесла я, стараясь говорить как можно небрежнее, - а что за проклятье на вашем племяннике? Вы назвали его Сыном Луны и говорили, что кормилицы отказывались от него… Это из-за светлых волос? Но это не такая уж большая редкость – слишком светлые волосы.
- Это не заразно, если вы боитесь, - ответила она и сразу перестала хихикать и бегать глазами. – Просто моя беспутная сестра принесла его в жертву. Ей так хотелось любви мужчины, что она отказалась от собственного сына.
- Расскажите подробнее, если это не семейный секрет, - попросила я.
- Небеса святые! Какой секрет? – всплеснула руками леди д`Абето. – Об этом знает вся округа, и весь королевский двор в придачу. Скорее удивительно, что кто-то ещё не знает об этом.
- Я приехала из-за границы, - быстренько напомнила я ей. – И мне совершенно ничего не известно. Не хотелось бы нечаянно обидеть вашего племянника…
- Это хорошо, что вы уже заботитесь о нём, - заметила она, хотя я ничего такого не имела в виду. – Моя старшая сестра Беатрис была не очень красива. Скорее, миловидна. Но у неё были осанка, манеры, красноречие… Она стала фрейлиной королевы Гизеллы, когда её величество (тогда ещё - её высочество) приехала в нашу страну, чтобы выйти замуж за короля. А король… - тут леди мечтательно вздохнула и закатила глаза. – Наш король был великолепен! В него были влюблены все дамы двора. А он мог бы выбрать любую – даже первую красавицу герцогиню Руфус. Но вдруг выбрал мою сестру. С чего бы это?
- Возможно, его величество ценил в женщинах не красоту, а нечто иное? – предположила я.
- Скажите ещё – прекрасную душу и чувство юмора, - фыркнула леди. – Не будьте наивной глупышкой, Фанни. Прекрасную душу мужчины ценят только в своих престарелых бабушках. А сестра часто мне говорила, что ради любви его величества готова на всё. Вот она и решилась на всё – заключила договор с дьяволом, пообещав ему в обмен на любовь короля жизнь своего первенца.
- Разве речь была не о лунной богине? – перебила я её. – Той, которой молились в древние времена? Развалины на холме возле столицы…
- Для заграничной барышни вы много знаете об истории нашего королевства, - леди д`Абето легко и незаметно подхватила меня под руку и пошла к реке прогулочным шагом.
- На самом деле, мало, - тут же исправилась я. – Всего лишь слышала разговоры о древнем храме…
- Полная ерунда, - решительно возразила леди. – Нет никакой лунной богини. Есть только тот, кто вершит свои дела при луне. Вельзевул. Слышали о таком?
- Но вы называли милорда Сыном Луны… - припомнила я, слушая очень внимательно.
- А вы хотели, чтобы я назвала его сыном дьявола? – изумилась леди. – Бедняге Дику и так несладко, к чему мне ещё вещать на него дьявольский ярлык?
«Ты только что прекрасно это сделала», - мысленно ответила я ей.
- Вам я доверяю, Фанни, - тётушка герцога словно прочитала мои мысли. – Знаю, что вы не станете глупо сплетничать.
- Не стану, - ответила я, невольно поджимая губы. - Потому что не верю ни в какие жертвы демонам и родовые проклятия. Белые волосы – всего лишь природная особенность. Как и рыжие волосы. Милорду даже идёт.
- Рада, что вы находите Дика привлекательным, - леди тут же повернула разговор к любимой теме. – Уверяю вас, на второй взгляд он гораздо приятнее, чем на первый. А посмотрите повнимательнее…
- Почему же тогда вы говорите про какое-то проклятие, если сами в него не верите? – пресекла я её рассуждения насчёт миловидности племянника.
- Потому что верите вы или нет, но проклятия существуют, - леди посмотрела на меня со снисходительной насмешкой. – И Дик не погиб лишь потому, что я была рядом. Я так молилась за него, что он выжил. А вот мою сестру настигло возмездие. Она не прожила и года после того, как бросила Дика. Приехала ко мне тайком, родила за два дня, и уехала снова в столицу. Даже к груди малыша не приложила. Представляете, что я пережила? Хорошо, что к тому времени мой муж уже умер, и я была хозяйкой. Лорд д`Абето было человеком строгих нравов, он не позволил бы оставить незаконнорожденного ребёнка. А я бросила вызов всем моралистам, - тут она гордо вскинула голову. – И победила. Чего не скажешь о Беатрис.
- Отчего она умерла? – продолжала я расспрашивать, хотя мне не должно было быть никакого дела до жизни и смерти Ратлендов, д`Абето и де Морвилей.
- Зачахла, - авторитетно заявила леди. – Король, конечно, её полюбил и ни на минуту не отпускал от себя, но вскоре он умер, а следом за ним умерла и она. Даже перед смертью не приехала посмотреть на сына. И ни строчки ему не написала. Только прислала портрет – как в насмешку.
- Портрет, на котором муха вместо подписи? – догадалась я.
- Какая подпись? – она передёрнула плечами. – Что за глупости вы говорите?
- Муха, которая изображена на картине, Это же подпись художника, который считал себя таким важным, что не удосужился даже имя написать…
- Откуда вы понабрались этой ереси? – удивилась леди. – Эта муха – знак проклятья. Как известно, Вельзевула называют Повелителем Мух. Вот поэтому я не люблю этот портрет. Но бедняжка Дик очень его ценит. Собственно, это – единственное, что осталось ему от беспутной матери.
- Повелитель
