встала со стула и друг тоже поднялся. Она заключила его в объятиях и после отстранилась, собираясь перемещаться обратно.
— Теперь меня зовут Дебора Хэйнс, а не Злата Тарновская. Прощай.
Она переместилась во времени, чувствуя знакомую боль потери. Девушка вновь осталась без Патрика, в очередной раз бросила его умирать. За что ему такая судьба? У него же даже не было жены, детей, он ещё не успел ничего сделать важного. Война лишила его жизни, она забрала то, что ей не принадлежит.
Дебора села на кухне, всё ещё чувствуя прикосновение Патрика. У неё было ощущение, будто к ней прикоснулся мертвец. Как же ужасно знать когда кто-то умрёт. Лучше жить в неведении, чем владеть такими ужасными знаниями.
Дебора заварила себе чёрный чай и буквально упала на мягкий диван в гостиной комнате.
Во время, которое девушка путешествовала и пила чай, Джордж вместе с Юджином, который успел уже вернуться, забирали вещи из дома Рена и Элин. Детская кроватка, одежда, еда, игрушки, ванночка, подгузники… От этого у Джорджа голова шла кругом и он остаточной принял решение, что заставит Дебору сделать аборт.
Эмма уже проснулась и Мэлани пыталась её покормить едой, которую принёс Юджин. У неё ничего не получалось и Эмма постоянно плакала, но Мэлани не собиралась сдаваться, начиная чувствовать ответственность за ребёнка. Если не она, то жизнь ребёнка станет ужасной. Она обязана помочь, она должна искупить свою вину перед этими людьми, которые оказались такими хорошими. Она уже скучала по Дэви, вспоминала их ночь и хотела всё повторить, но осознавала, что парень её искренне ненавидит за слабость, страх и любовь к семье.
Она должна стать той, кого они не будут ненавидеть. Той, которой они будут благодарны и скажут «спасибо», вместо постоянных взглядов, полных ненависти.
Глава 15. «Мы все прокляты»
Анетти оказалась возле новых друзей, тяжело дыша и дрожа от страха. На неё удивлённо посмотрели, переставая есть, а Купер вовсе встал с места, сразу осознавая, что что-то произошло.
— Дакота… Она увидела у меня телефон и услышала музыку. Мы в дерьме, — сказала с паникой в голосе Анетти.
Девушка упала на землю и заплакала. Она чувствовала себя ужасно от того, что девочка увидела то, что не должна. Что же теперь будет дальше?
— И что она сказала? — спросил Купер.
— Она назвала меня ведьмой, а после я убежала. Дакота видела мою способность. Обратного пути уже нет.
Дэви стукнул себе по лбу ладонью, а Элин зажала рот рукой от удивления. Купер стоял неподвижно, а после вышел вперёд.
— Значит, мы все в опасности и не можем находиться рядом с домом Дакоты. Нам нужно уходить.
— Но куда? — сразу же спросила Айли.
— Куда угодно, желательно подальше от этого места, — ответил Купер и развернулся к их навесу, под которым лежали вещи.
В это время Дакота уже всё рассказала матери, которая успела оповестить пол города, когда прибежала в него. Она подняла на ноги всю стражу, кричала, что девушку надо немедленно сжечь, ибо она нашлёт бед. Естественно, ей поверили и тотчас бросились в дом, чтобы найти следы колдовства и удостовериться в её причастности к нему.
Хоть и Средневековую Англию не так затронул костёр Инквизиции, как Францию или Германию, люди здесь тоже были рады устроить самосуд над любой девушкой, которая казалась странной.
Дакота сидела дома, плача и не веря, что Анетти, которая ей так нравилась, была ведьмой. Эта музыка… А после то, как девушка переместилась… Это было прямым доказательством магии, которой так боялась Дакота. Она осознавала, что их с матерью могут наказать за то, что они приютили у себя ведьму, но надеялась, что всё обойдётся.
Люди в форме, которую так боялась увидеть Дакота, ворвались в их дом и начали что-то искать. Они бесцеремонно входили в комнаты, разнося всё на своём пути, пока не нашли тайник Анетти, в котором лежали все вещи команды из двадцать первого века. Это было концом. Полным подтверждением, того, что Анетти не является обычной девушкой.
Стражник рассматривал телефоны, которые уже давно разрядились, он крутил их в руке, не понимая, что же это за дивная вещь. Наушники Дэви удивили всех не менее и было принято однозначное решение найти Анетти любимый способами, а после превселюдно сжечь на костре.
Страшные люди вышли из дома и Дакота заплакала сильнее. Она чувствовала, будто поступила неправильно. Анетти убьют из-за неё, она будет гореть в огне и проклинать её с матерью. Девочке стало так страшно, что она закрыла глаза и начала молиться.
Купер метался по их месту жилья. Уже бывшему месту. Анетти так и сидела на земле, всё ещё плача из-за своей же глупости. Она лишилась доверия Дакоты, её захотят сжечь… Элин подсела к подруге, кладя ей руку на плечо. Она чувствовала её боль и не знала чем помочь. Слова утешения в голове не появились и поэтому рыжая просто молча сидела рядом.
— Я виновата в том, что вам придётся бежать. Я виновата в том, что такая глупая, — сказала Анетти сквозь всхлипы.
— Ты не виновата, успокойся. Каждый может совершать ошибки. Ты в этом времени такой же гость, как и мы, поэтому так получилось. Каждый из нас мог сделать подобное.
— Спасибо за поддержку, ты единственная ко мне относишься нормально из всех вас.
— Просто нам тяжело доверять людям. После ситуации с Джорджем мы относимся к ним, как к потенциальным врагам. Извини, но это так. Мы слишком многое потеряли, — ответила Элин.
Анетти кивнула, после повернула голову к девушке и посмотрела той в глаза. На лице обоих моментально появились улыбки и тревога Анетти ушла, взамен пришло тепло и умиротворение. Будто рядом сидел Шон, который когда-то сказал ей три заветных слова — «я тебя люблю».
— А сейчас нам пора уходить. Всё образуется и мы сможем спокойно жить в этом времени.
Девушки поднялись, собирая остаток вещей. Купер в глубине души был очень зол на Анетти, ведь привык к этому месту жилья и чувствовал себя в нём комфортно. Но уже случилось то, что случилось и ничего не изменить.
Предстоял выбор направления куда идти, но никто даже не представлял куда податься. Это мир для них слишком неизведанный и дикий.
Дэви указал на север, решительно ступая в путь первым. Им надо двигаться вперёд, иначе придётся бороться с людьми, которые будут хотеть их убить. Это будет для них несложно ведь они имели способности, но никто не хотел делать больно людям, которые
