переливалось от стального к золотистому. Палуба ходила ходуном: матросики пустились в пляс. «Сейчас лодку перевернут!»
— Не перевернут! — хохотнула Афродита, прочитав его мысли, и продолжила петь во всю мощь своей глотки: — «Все для тебя, моря и океаны, цветочные поляны… Для тебя!»
Неожиданно неподалеку появились корабли. С одного дали залп.
— Аврора! — заорали моряки. — На Зимний!
Он вспомнил русскую революцию и стало немного не по себе. Неужели сейчас в Россию пойдет лодка? Зимний брать не хотелось, да и холодно там. В пустыне жарко, но на мороз тоже не хотелось. Однако на Авроре дело не закончилось. Второй корабль шел здоровой скалой, огромной горой надвигался. На корме стояли две фигуры и пели что-то непохожее на Афродитин хит. Корабль приблизился, и название стало различимо: «Титаник».
— Полундра! — еще больше возбудились морячки и начали сбрасывать в воду спасательные шлюпки.
«Вроде ж не мы тонем», — успел он подумать.
Их лодка накренилась и зачерпнула левым бортом воду. Он поехал по палубе вниз, пытаясь уцепиться за бочки с вином и ромом.
— Не тяни, ирод! — матросик притянул очередную бочку к себе, и он плюхнулся в море.
Хоть и без тела, а в холодной, соленой воде было пренеприятно. Помог бы кто. Но лодка потихоньку выпрямилась и на полном ходу пошла вперед, к горизонту. «На край света торопится, а меня бросили и забыли, словно не существовало. Изверги». Он попытался плыть, однако без тела плыть было крайне неудобно. Оставалось барахтаться на поверхности. Хорошо, пока не тонул.
Рядом появилась бочка. «Диогенова?» — рискнул он предположить.
— Сам ты Диоген! — Из бочки высунулась голова младенца. — Царя Салтана, дубина.
Он смутился: нехорошо получилось, перепутал.
— Не тушуйся, — продолжил говорливый младенец, — залезай, чего болтаться посреди моря-океана.
Он заглянул в бочку. Там теснилось много народу: и Гвидон, и мать его, и царевна Лебедь, и кто-то в глубине еще покашливал. Не выход ли это? А как узнать точно — только залезть внутрь, только опытным путем. Он полез своей бестелесной сущностью внутрь. Младенец Гвидон законопатил выход из бочки.
— Куда путь держим? — по большому счету ему было все равно. Лишь бы выход найти.
— На остров, — махнул Гвидон ручонкой. — Не боись! Прорвемся!
Можно ли доверять младенцу оставалось вопросом существенным. Вон Афродита как напакостила. Взяла и выкинула его с лодки, даже до обещанного края света не довезла. Там, конечно, может, выхода и нет. А все равно обидно.
Бочку мотало по волнам. Немного тошнило от качки. Хорошо желудка нет, а то бы грустная история вышла. Бочка невелика, народу много — тошнить не годится. Плюс пакетов не раздают. Он помнил, как у людей бывает. Пакеты тем, кому дурно, вручают, поесть дают, товар на тележках возят…
— Чего, дьюти фри захотелось? — Царевна Лебедь выкатила из глубины бочки тележку. — Выбирай. Оплата только наличными. Карты не принимаем.
Он хотел сказать, что вполне обойдется без магазина беспошлинной торговли, но тут бочку швырнуло с дикой силой о твердую поверхность.
— Выходи, — велел Гвидон. — Нам дальше.
Ох, какая подсказка! Но страшно. Впрочем, выбора большого нет. Эти, если решили выкинуть, то выкинут. Он собрался с духом и выбил доски. Перед ним возник двор какого-то города. Из двери с надписью «Служебное помещение» вышел мужчина.
— Ага, вот оно! Мое тело!
***
— Итак, что мы имеем, — начал Мстиславович. — Председатель клуба состоит в отношениях, любит в горы ходить. Ишь ты, экстремал! Его заместитель больше похож на ученого. Женат. Реально профессор, глянь-ка! А ходит в заместителях. Девица-секретарь… Конечно, в поиске. В вечном, — он гоготнул. — Ничего интересного.
— У нас остались только родственники, — заметил Герман. — Сестра и брат Матильды. Может смотаться к ним, поговорить еще разок в неформальной обстановке? Кстати, не выяснили пока маршрут передвижения брата в день убийства?
— Вчера расписали. Есть там белые пятна. Он ведь ехал один. Где-то мог ехать быстрее, где-то вообще не ехать. Поди восстанови точно. Только с его слов. Во сколько из дома выехал, никто не видел. А потом уже сразу свидетели образуются на складе, — Мстиславович покачал головой. — Давай, действительно, поедем к родственничкам. Сейчас гляну, кто тут ближе, — он полистал планшетник. — Ближе сестра. Поехали!
По дороге они набрали номер Светланы. Та никак не могла отойти от шока и сидела дома.
— Видите, ни сестры, ни работы! — с порога сказала она детективам. — До сих пор не приду в себя. Проходите, садитесь.
— Известно уже, что будет с магазином? — спросил Герман. — На днях снимут пломбы, можно работать.
— Не знаю, — печально ответила женщина. — Муж вообще предлагает уехать из города куда-нибудь в другое место. Боится за меня. Непонятно ведь, почему их убили. А юридически наследовать ИП Альберта некому. Он сирота, не женат, детей тоже нет. Юристы говорят, надо полностью переоформлять магазин на нас, если мы хотим его сохранить. Но я склоняюсь согласиться с мужем. Пройдут похороны, — она захлюпала носом, — пройдет сорок дней, и уедем.
— Догадок нет никаких? Подозрений? Знаем, вас спрашивали уже об этом. Но мало ли, вдруг всплыло что-то в памяти?
Женщина пожала плечами.
— Нет. Кроме того, что в последнее время Альберт сильно изменился, ничего. А его словно подменили. Выражение лица, привычки — все изменилось. Матильда переживала очень.
— Говорят, это произошло после того, как он купил старинную книгу о происхождении мира, — встрял Герман.
— Грохнул все деньги на нее! — возмущенно ответила сестра Матильды. — Столько планов было. И лицензию не получил на спиртное. А, скажу вам, несмотря на все эти красивые бутылки с маслом, основные продажи делал алкоголь. Как лицензия закончилась, так сразу выручка упала. Но мы все документы подготовили, оставалось только оплатить. Мы все были в ужасе от его поступка!
Пока текла беседа, Всеволод Мстиславович прошелся по комнате. Со стороны казалось, он внимательно слушает, о чем говорит Герман с хозяйкой квартиры. Но вдруг он перебил ее и спросил:
— Какие у вас на стене интересные стрелы. Это откуда?
— Муж привез из Китая. Настоящие. Ездил туда на турнир. Он когда-то хорошо фехтовал, но забросил профессиональный спорт. Денег это не приносило, поэтому пошел в менеджеры.
— А куда муж переезжать предлагает? Вдруг нам придется еще что-то уточнить. Неизвестно, на сколько следствие затянется, — продолжил ярославец.
— О загранице мечтает. Говорит, в этой стране делать нечего. Не уверена, что это реально. Но попробуем. У мужа родственники есть дальние в Штатах. Он хочет туда. Мы деньги откладывали для отъезда. С двух зарплат получалось неплохо. Муж мечтал ребенка завести уже там, в Америке, чтобы сразу гражданство на него получить. После того как мы остались
