жизни.
Увидев меня, Аркадий поднял руку в приветственном жесте.
Я же на его приветствие ответила хмурым взглядом.
– Не ожидала увидеть вас снова, – буркнула и, двинув стул, который стоял рядом с Аркадием, села. – Здравствуйте, я Ксения, – протянула открытую ладонь для приветствия мужчине, сидящему напротив.
Тот как-то обеспокоенно взглянул на Аркадия. Сжал мои холодные пальцы.
– Альберт Владиславович, – чуть привстал со стула мужчина, представляясь мне.
– Я вообще на пять минут. На дольше и не думал задерживаться…
– Рада с вами познакомиться, – в параллель с Аркадием обращаюсь к мужчине.
– Не буду вам мешать, – встал Аркадий со своего места.
– Спасибо, Аркадий Романович, – взглянула на него с ехидной ухмылкой. – Я вам буду о-о-очень признательна.
– Да ладно, Ксения, что за детский сад, – фыркнул мужчина и, попрощавшись с адвокатом, удалился.
– Итак, с чего начнем, – положил перед собой телефон и папку с тестами.
Спустя час.
Брызгаю водой на горящую кожу щек, лба, шеи.
После нескончаемого обсуждения с адвокатом моего развода мне просто необходима была передышка. Я и не думала, что люди бывают настолько въедливые.
Альберт выжал из меня все соки. Мне даже в какой-то момент показалось, что еще немного, и я потеряю сознание. И это при том, что мы общаемся в неформальной обстановке, даже боюсь представить, что будет со мной, когда приду к нему в кабинет.
Фиксирую взгляд в зеркале на своем отражении. Мать права, я выгляжу ужасно. Совсем на себя не похожа. Лицо осунувшееся. Щеки впалые. Губы еле розовеют на посеревшем лице. А цвет глаз совсем блеклым стал и даже темные круги под глазами кажутся ярче.
Склоняюсь над раковиной и снова и снова умываюсь, чтобы хоть так разогнать застывшую в капиллярах кровь.
Пока умываюсь, в голове все прокручиваю слова адвоката о том, что каким бы он замечательным адвокатом не был, сложности будут. Потому что на стороне Игната также будут выступать высококвалифицированные специалисты. И вряд ли много что удастся отсудить у мужа, тем более, между нами не было заключено брачного договора. Я, в свою очередь, пыталась донести до адвоката, что деньги и имущество мужа мне не нужно. Только свобода и чтобы дети мои со мной остались.
Последнее адвокат опустил. Начал с того, что не нужно раскидываться тем, что мне положено по закону. Соглашаюсь на все. Знаю за собой, что в некоторых моментах проявляла малодушие, но, если судить в общем, адвокат мне понравился. грамотный мужик.
Взяв сумку, захожу в кабинку.
Несмотря на то, что у моей беременности маленький срок, в туалет бегаю часто, до раздражения.
Только успела щелкнуть щеколдой, как услышала чьи-то шаги, и следом:
– Все, с меня хватит, Лилия Сергеевна. Я умываю руки. Эта ваша сноха оказалась чересчур настырной, а вы говорили, что она ни рыба ни мясо. Сегодня вот приезжала на работу к Игнату. Носом водила. Разнюхивала. И нанюхала она нашу Анфису. Эта дура ей все рассказала. При этом во всем обвинив меня! Вы хоть представляете, что сделает со мной папа, если узнает? Да он меня за эти тесты… вздернет!
– Тссс, не кричи, Кристиночка, девочка моя.
Боже! Меня аж заштормило, когда услышала голос свекрови. Мне даже в первые секунды показалось, что я ослышалась, голос Кристины совсем изменился, став на тон выше. Но как только было произнесено имя мужа, сразу все поняла, но все же… Услышав голос свекрови, содрогнулась.
– Не надо меня успокаивать. Поздно. Вот. Здесь все, – чем-то шлепает о кафельную столешнице. – Сим-карта и телефон. Он чист. К нему не подкопаться. А вот сим-карта оформлена на забулдыгу одного. Пришлось ему пятьсот рублей давать. Но это неважно. Лилия Сергеевна, если до отца дойдет, я все буду отрицать.
– Кристина. Родная. Ну, что за истерия? С чего ты вообще взяла, что Саша будет во все это вникать? У него есть дела и поважнее, – голос вкрадчивый, как у лисы. Свекрови в плане убеждения мог бы позавидовать не один психолог, а будь она продажником, так ей бы и цены не было. Но женщина направила свой талант совсем в иное русло. Она решила во что бы то ни стало разрушить жизнь своему сыну.
– Сейчас у папы на первом месте я. Он сам мне это сказал, – обиженным тоном произносит Кристина.
Я так и продолжаю стоять в той же позе, боясь даже вздохнуть слишком громко. А в мозгах пульсирует только одна мысль. Почему здесь? В этом ресторане? Разве такое бывает? Что это, случайность? Или таким образом мне помогает Всевышний?!
– Дорогая, конечно же, папа беспокоится о тебе, но разве он может тебе запретить добиться того, чего ты хочешь?
Вот, значит, как?! – поджимаю губы. – Только для чего все это нужно свекрови? Я не могу понять? Неужто выгодная партия для Игната важнее, чем счастье ее сына?
– Вы знаете, Лилия Сергеевна, я вам не хотела говорить, но… Раз уж все вышло из-под контроля, то скажу… Я не люблю больше Игната.
– Не любишь? Но почему? – будто шипение змеи, зашелестел голос свекрови.
– Потому что, Лилия Сергеевна, Игнат сильно изменился. Вы мне говорили, что он любит эту Ксюшу, а это оказалось неправдой. Игнат помешан на ней. Я даже его иногда боюсь. А после того, как узнал. что она беременна, ему вообще сорвало крышу.
– Да врет она все со своей беременностью. Ей веры нет, дорогая. А ты для моего Игошеньки как была первой любовью, первой девочкой так и осталась…
– Лилия Сергеевна! Ну, о чем вы? Я же вам говорю: Игнат сильно изменился. Стал жестоким и грубым. И я бы не хотела ему попасться на пути, когда он узнает, кто замешан во всем этом обмане.
– Кристина! Но как же так? Ты же мне сама говорила, что хочешь вернуть…
– Да, хотела. И это правда. Иначе бы не согласилась на эту авантюру. Но обстоятельства складываются так, что от этой идеи придется отказаться. Вы знаете, что Игнат завернул? Ага, по глазам вижу, что не знаете: он сказал, что как только ваша сноха родит, он заберет ребенка и будет его воспитывать. И если на его дочку я как-то могла найти лазейки, чтобы подделать тесты, то на второго ребенка вряд ли. Тем более… Это уже не пройдет. Анфиса меня сдала Ксении.
– Дрянь.
–
