Доктор направился к выходу, как вдруг его взгляд зацепился за небольшой шкаф для вещей, притаившийся у входной двери. Его створки были слегка приоткрыты и на самой нижней полке далеко под задней стенкой лежал смятый клочок бумаги. Руки как-то сами потянулись за этой находкой и ловкие мужские пальцы быстро развернули листок, распрямляя безнадёжные складки забытого или потерянного кем-то письма.
- В весеннем парке
Ветер говорит с тобой.
Он держит руку
Твою.. и видит глаза..
И я тоже так хочу.. - Мгновенно прочитал Эл, понимая, чей это почерк.
- И вновь подарок -
Цветы. О! Их аромат
Разливается
Внутри меня, где давно
Разлилась любовь к тебе..
Доктор аккуратно сложил листок в карман и незамедлительно вышел в коридор.
Свежий ветер подхватил лёгкие мысли Эл и закружил их в восхитительном танце вместе с желтеющими листьями, которые потихоньку готовились к приходу осени.
Стены небольшой кофейни Блик приветливо приняли постоянного клиента. Столик у большого прозрачного окна был зарезервирован на неопределённый срок, начиная с семи часов вечера ежедневно. Он весело отражался в стекле, ловя деревянным взглядом проходящих мимо прохожих. А когда дождливые капли медленно сползали по чистому стеклу вниз, собираясь в потоки и прозрачные мокрые струи, посетитель грустно вздыхал и доставал смятый, найденный лист забытого письма. Глаза быстро пробегали по строчкам почти выученного наизусть японского стиха. Мысли путались, вожделенная страсть переполняла сознание и непреодолимое желание увидеть эту женщину ещё раз накатывало шквальной морской волной. Пальцы нервно теребили белоснежный кубик сахара, пока он не рассыпался на мелкие крошки, становясь рыхлыми липкими комочками.
- Мы уже закрываемся. - Аккуратно произнёс официант, тихо подойдя к Эл.
Доктор задумчиво встал, оплатил не выпитый кофе и молча вышел из кофейни.
Официант в очередной раз поставил одинокую красную розу, оставленную на столе рядом с кофейными чашками, в большую напольную вазу.
- Одиннадцать. - Произнёс парень, пересчитав цветки.
Их бархатные лепестки пахли мёдом и тонкий восхитительный аромат наполнял помещение кофейни до самого утра, пока терпкий вкус и запах чёрного кофе не становился опять главным, заманивая посетителей в Блик на чашечку волшебного напитка.
Эл в очередной раз вернулся домой за полночь. Опустившись в удобное кресло, мужчина погрузился в воспоминания о прогулках в больничном парке, о красивых стихах, которые словно птицы слетали с губ Киры и кружились в звенящем воздухе.
- Вот стою рядом с тобой и не решаюсь сказать о любви. - Произнёс Эл, представляя свою встречу с Кирой. - Я смотрю в твои лучезарные глаза и понимаю, что ты - моя Амайя²¹*. Ты - волшебство, которое сотворила Вселенная для праздника на Земле, для любования и гармонии. Твоя улыбка, такая лёгкая и непринуждённая, дарит тепло, надежду, реализацию своего Права на СЧАСТЬЕ в прекрасном ближайшем будущем.
Твой смех, этот заразительный, весёлый, настоящий смех, словно звонкий колокольчик постоянно звучит в моём сознании. Твой голос, как нежный шелест весенней бархатной листвы, погружает меня в томную страсть. Непреодолимое желание близости вспыхивает в моём сердце, когда я представляю весеннюю кутерьму, созданную твоим голосом..
Не узнай я тебя, я бы никогда не понял, что такое СЧАСТЬЕ. Какой бывает красота, спрятанная под дрожащим листом дерева. Как плачет дождь и почему стих, не имеющий рифмы, так прекрасен и бесконечен в своих образах. Мир без тебя, Кира, - Эл с трепетом произнёс её имя, - не имеет красок. В нём нет цветных принтов, великолепных соцветий, нет мелодичных созвучий природных голосов. Подмигивающие Звёзды в ночном небе, похожем на отрез дорогого сукна, тоже отказываются переливаться яркими стразами без тебя, впрочем, как и жаркое Солнце противится сиять и согревать всё живое..
Тонкая прозрачная кожа твоих рук похожа на бархат, хотя.. Я не уверен! Быть может, атлас твоей кожи гораздо теплее и приятнее, когда нежно и легко скользишь ладонью по его поверхности и трепетно берёшь твои запястья в руки..
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Я до сих пор боюсь взять тебя за руку, обнять, расцеловать твои глаза, губы, шею, плечи. - Неожиданно правдиво признался себе Эл. - Моя нерешительность сводит меня с ума. Но, что я могу с собой поделать? Это как первые шаги, которые я сделал, когда был ещё совсем малыш и только встал на ноги.
Мой отец держал меня за руку, чтобы я не упал. Мама сидела всего в трёх шагах от меня, тянула ко мне свои руки и нежно говорила:
- Ну, давай, Эл! Иди к мамочке!
Я смотрел на неё своими маленькими испуганными глазками и догадывался, что если я сделаю это - свои первые шаги, - то получу в награду мамин поцелуй и тёплую ласку её нежно-бархатных рук.
Но я медлил.
Я ещё долго стоял, легонько покачиваясь, на своих кривых ножках, и не решался. Впереди была неизвестность. Новые ощущения овладевали мной.
- А вдруг я упаду, вдруг не сумею дойти до мамы? - Тревожно думал я.
И всё же, желание сорвать влажный поцелуй с красивых маминых губ и упасть в её мягкие нежные объятия, закопавшись в большую грудь с приятным запахом молока, перебороло мой страх. Я пошёл! Это были мои первые шаги..
- Первые шаги! Сколько же неизведанного и непостижимого таите вы. - Думал Эл, размышляя о событийности и начинаниях. - Совершая их, мы всегда замедляем шаг, задумываемся, оглядываемся назад. Мы, порой, долго стоим в тревожном раздумьи перед тем, как сделать эти шаги. Это похоже на то, словно мы стоим на краю пропасти и не решаемся сделать свой первый, а быть может, последний шаг.
Что там? За этой чертой, которая разделяет меня на краю пропасти и саму эту пропасть?
Я упаду? - Быть может!
Я погибну? - Возможно и это!
А может, я полечу? Полечу вверх, к небесам, в которых я вот уже долгое время вижу твои лучезарные ясные глаза, Кира. Твою пленительно-очаровательную улыбку. Твой стройный силуэт, грациозно уплывающий вдаль, смело и крепко зацепившийся за пролетающее мимо седое облако.
Я знаю, сделав первый шаг, второй и третий станут намного легче, словно я и раньше умел ходить. И тогда я уже не стану медлить, оглядываться, озираться на своё прошлое.
Новые чувства овладеют моим разумом. Неузнанные открытия снимут завесу тайн, покоряя мужское сердце. Перспективные обстоятельства окажутся в сильных надёжных руках. Но сколько мужества нужно, чтобы сделать свои "сотые" и, в то же время, "первые" шаги!
Эл со вздохом закрыл свои глаза.
- Вот стою я рядом с тобой, - вновь разрезая тишину смелыми словами, заговорил Эл. - Смотрю в твои изумительные глаза, взглядом по щеке сползаю к губам, переключаюсь на плечи, но всё же не решаюсь взять тебя за руку. Я знаю, сейчас, ты для меня "мама", а Я - тот самый несмышлёный малыш Эл, который должен сделать свои первые шаги.
_______
²¹* Амайя (яп.) - ночной дождь.(японский)
Глава 33. Номера
33. Номера
Гостиничный номер пах резкими дешёвыми ароматизаторами и чисто выстиранным постельным бельём. Одна двуспальная кровать, небольшое кресло и ободранный деревянный столик сиротливо украшали убранство скромного помещения. Зеркало, в тёмно-коричневой резной раме, висело недалеко от входной двери и было украшено сколом на правом верхнем углу, неприятно пускающем сеть мелких трещин по своей поверхности.
Мужчина суетливо завёл женщину в номер и предложил немного отдохнуть от тяжёлого в моральных и физических смыслах дня. Кира устало опустилась на кровать и мельком скользнула взглядом по убранству комнаты. Непреодолимая грусть и отчаяние переполняли истерзанную душу красивой женщины, а скудное содержание гостиничного номера дополняли нерадостные события безуспешных поисков дочери. Мужчина куда-то незаметно исчез и Кира осталась в номере одна. Лёжа на кровати, она увидела сеть трещин на небольшом зеркале. И воспоминания о больничном Зазеркалье ожили, возвращая в память события того дня.
