скромный парень, Янек, вот она и не дождалась от тебя никакого шага. Я её… я её… ладно, к чему всё это?
Он хмыкнул. Ян смотрел на стол перед собой.
— Её убили, потому что она вернулась за кошкой и попалась, — Рэгвард постучал пальцами по столу. — Люди Алексея, который всё это начал. Будь он сейчас на этом месте, я бы снова выстрелил. Когда я слушал эти его откровения… как он говорил, Рома? Избавиться от нелояльных наследников Великих Домов?
Думал, что Ян будет спорить, но он молчал. Только жаром от него несло так, что это чувствовали все.
— Ничего не поменяется, — сказал Келвин. — Ян сейчас убьёт меня. У меня детей нет, так что мстить за меня будет мой двоюродный брат. Умрёт он, будут мстить мои вассалы. Убьют Ян, за него будет мстить Валентин Климов, как дальний родственник. Это их обязанность, правда. Мы застряли в этой ловушке. Навечно. И даже наши дети и внуки…
— Будут жить в этом дерьме, — Ян почесал себе искалеченное правое плечо. — Дети, да… мира не будет. Никогда.
В стороне стояли люди Рэгварда, которых он взял с собой. Недалеко от нас стоял Марк, Келвин ему подмигнул. А потом стало тихо. Даже взрывов и стрельбы не было слышно. Ян достал из кармана записную книжку, будто она его успокаивала.
— Недавно я считал, — сказал я, нарушая затянувшееся молчание. — Что моя цель — одержать победу в боевых действиях. Да, на какой-то момент это и было целью. Сейчас — она почти выполнена. Путь к столице открыт, я возьму её меньше чем за неделю. Твоя армия цела, но разберусь и с ними.
Вдали что-то бахнуло. Главный калибр шагохода, узнал по звуку, следом отработали три сотки.
— Хребет армии совета сломан, — продолжил я. — Дальше только агония. Пора думать о том, что будет в империи дальше дальше. Вечная война для наших детей… или нет?
— Если говорить формально, по старым обычаям, — Келвин задумался. — Я отомстил за девушку, Ян отомстил за брата, так что мяч с местью на моей стороне, ведь мой дядя теперь не отомщённый. Да и про него уже никто не помнит. Правда, ещё я отстрелил Яну руку, но это не повод к кровной мести. Так что…
Он усмехнулся.
— Неужели это дружба и союз?
— Не будет дружбы и союза, Рэгвард, — тихо сказал Ян. — Никогда. Я не войду с тобой в один дом, никогда больше не сяду за один стол и не протяну руку. Но, может быть, хоть наши дети…
— А ты и Анита… — Келвин вопросительно посмотрел на Яна.
— Не твоё дело!
Рэгвард хмыкнул.
— В конце концов, я помню, какие истории рассказывали о вражде Варга и Сантек, — сказал он. — Твоего деда, как я слышал, сварили в кипятке, а твой отец взял отца Лукаса и… неважно, это прошлое. Зато вы с Адамом Сантеком были лучшими друзьями, а Анита…
— Не твоё дело, — повторил Ян.
— Когда я услышал, что эти ублюдки тогда сотворили с ней, — Келвин посмотрел вдаль. — Хотелось плюнуть на всё это и уйти домой, чтобы никогда в этом не участвовать. Зря я тогда это не сделал.
— Ещё не поздно, — сказал я.
— Домой я уже вернусь нескоро, — Келвин посмотрел на меня. — Если вернусь. Но…
— Пусть твоя армия сложит оружие. Тогда война закончится уже в этом месяце. Только мы остались, — я посмотрел ему в глаза. — А что касается Бокана. Я разберусь с ним. С этим разговора не будет. Разговор был только с тобой. Ты последний, с кем я хотел поговорить. Остальные будут только слушать.
Келвин посмотрел на меня, Яна, достал револьвер и положил на стол, а потом катнул ко мне, но держал на нём руку. Потом медленно убрал.
— Армия Хитланда капитулирует перед императорским главнокомандующим, генералом Загорским.
— Принимаю капитуляцию, — сказал я, забирая оружие. — Рядовым и младшему офицерскому составу объявляется амнистия за участие в мятеже. Старшему офицерскому составу сдать оружие и прибыть для разбирательств, я временно заменяю командующих своими офицерами. Шагоходы и прочую боевую технику опечатать, боезапас и топливо передать в распоряжение императорской армии. Наблюдатель Келвин Рэгвард становится моим пленником под мои гарантии безопасности.
— И если позволишь, — Рэгвард вдруг улыбнулся. — Перед своей сдачей я издал указ. Назначить генерала Загорским маршалом Хитланда для облегчения всех этих формальностей.
— Подойдёт. Объявите об этом перед войсками, Наблюдатель Келвин Рэгвард.
— Точно, Рома. Прямо сейчас. Знаешь, — он неуверенно посмотрел вперёд. — У меня руки трясутся. Такое облегчение. Неужели всё закончилось? И не надо будет продолжать всё эту кровавую баню?
— Ещё не закончилось.
— Уже скоро. А в старости я расскажу своим внукам, как однажды победил самого Молота империи, — со смехом сказал Келвин. — Пусть в итоге и проиграл войну, но это того стоило. Единственный человек, которому удалось одолеть на поле бое знаменитого генерала. Так что тебе сдаваться не стыдно. Ладно, посижу под арестом. Всё равно же я знаю, что Катерине придётся меня потом вытащить и вернуть в Кхарас. Может быть, раз уж мы тут решили такой сложный вопрос, империя не обречена, как я думал раньше.
— Ты много говоришь, Рэгвард.
— Я знаю. Привычка.
Победа без боя. Давно так не было. Но сильнейшая армия противника только что выбыла из войны. Осталось немного.
Ян листал свою книжку с рисунками. Марк стоял напротив, а я сел с Яном и положил ему руку на плечо.
— Поздравляю, старина, — сказал я.
Ян разглядывал рисунок Аниты. Туда же он вклеил её чёрно-белый снимок.
— Мало времени прошло, что говорить наверняка, — ответил Ян. — Но она уверена, что да, это правда. Но я уже так устал. От всего.
— Поспи, отдохни. Дальше мы сами, — я хлопнул его по спине. — Осталась последняя остановка. Марк, — я поднял голову. — Я тебе как-то раз говорил, что покажу исторический центр столицы империи. А с боевого шагохода хороший вид на город. Выходим!
— Пошли!
Глава 21
Отправил первые отряды в город, а сам поехал в одно место. Это старый особняк Малого Дома Сарто, расположенный недалеко от столицы. Туда переместили Громову, которая прибыла на фронт в результате чьей-то или халатности, когда кто-то неверно расшифровал и передал данные, или всё же по умыслу. Пока не выяснили, что это, она в опасности.
Правда, и отправлять её в Огранию сейчас сложно, все дороги забиты нашими войсками и транспортом. Да и кто знает, на кого там можно наткнуться, особенно сейчас, во время войны.
Для её охраны использовался Эквит «Папаша Рин» и совместная гвардия из императорских элитных бойцов и стрелков Варга, плюс рота пехоты из бригады генерала Зверева, самый боеспособный наш отряд этой войны. Почти три сотни человек, шагоход и боевая
