– Но главное, кажется, то, что убийства в доках наконец-то прекратятся, – пробормотала Уиллоу, хотя она совсем не была уверена в виновности арестанта и непогрешимости того, кто находился на свободе.
Пинкертон утвердительно кивнул:
– Возможно. И нам остается только ждать. Чем больше узнает полиция, тем дальше продвинется расследование. Не беспокойтесь. Чатема не отпустят до тех пор, пока не убедятся, что обладают исчерпывающей информацией об Аутраме Каине.
Теперь все, казалось бы, встало на свои места, и следовало успокоиться. Однако на душе у Уиллоу по-прежнему было неспокойно.
– По крайней мере все кончено, – пробормотала она, глядя куда-то в пространство.
– Это ваша? Или Ксавье?
Брэнд протянул Уиллоу толстую книгу в кожаном переплете.
– Нет, не моя. Должно быть, она лежала здесь до нашего приезда.
Расследование считалось завершенным, и детективам оставалось только собрать вещи. Уиллоу вдруг стало ужасно грустно. Она не знала, какова причина этой грусти… Возможно, ее совершенно не удовлетворял результат расследования. Или, может, она чувствовала, что связь с Брэндом – это нечто большее, чем ей сначала казалось? Что это было? Увлечение? Дружба? Привязанность?
Возможно, и одно, и другое, и третье. Момент расставания приближался, и тоска все больше ее одолевала. Казалось, стоит покинуть этот дом, эту комнату, на время действительно ставшую их с Брэндом общей спальней, – и тотчас же порвется та нить, что связывала их…
Уиллоу пребывала в растерянности, она не знала, что делать, не знала, как избавиться от тоски. Да, ей не хотелось, чтобы их отношения закончились раз и навсегда. Но ведь она сама дала понять, что не собирается выходить замуж – даже разговаривать на эту тему не желает…
Чего же теперь ждать? Надеяться, что Брэнд когда-нибудь приедет в Нью-Йорк по делам и при счастливом стечении обстоятельств они встретятся? Или, может быть, она, Уиллоу, окажется в Бостоне, приедет туда по заданию Пинкертона? Но как воспримет Брэнд этот визит?..
Наклонившись над дорожным сундучком, Уиллоу покосилась на Донована. Он тщательно укладывал свои вещи в небольшой чемодан. Интересно, о чем он сейчас думает? Думает ли о том, что через несколько часов они покинут гостеприимный дом Ксавье, пожмут друг другу руки и разойдутся в разные стороны?.. Однако лицо Брэнда казалось непроницаемым. Правда, между бровями залегла глубокая складка, – вероятно, он был чем-то озабочен.
Но похоже, он думал лишь о том, как уложить в чемодан все свои вещи. Уиллоу и сама была озабочена этой проблемой. Кроме нескольких платьев и обуви, у нее теперь были и наряды, которые подарила Мэри Ксавье, так что весь багаж в дорожный сундучок никак не помещался. «Несколько коробок придется оставить на хранение в конторе Пинкертона, – думала Уиллоу, укладывая в сундучок сорочку. – Не путешествовать же с таким количеством вещей!»
В приоткрытую дверь заглянула миссис Ксавье. Похоже, она очень огорчилась из-за предстоящей разлуки. Мэри действительно уже успела, привыкнуть к своим гостям.
– Мистер Донован, там внизу дожидается прачка, миссис Галпеппер. Принесла ваши вещи. Спуститесь сами? Или пусть поднимется сюда?
Брэнд взглянул на свой чемодан и поморщился. Свободного места почти не оставалось. Однако он все же вышел из комнаты.
– Ох, даже не верится, что– вы уже уезжаете, – с грустью в голосе проговорила миссис Ксавье. – За это время мы так сдружились!
– Спасибо, – улыбнулась Уиллоу. – Мы чувствовали себя у вас как дома!
– Принимать таких гостей – одно удовольствие! Это вас мы с супругом должны благодарить. Господи, наконец-то убийца за решеткой!
На глаза Мэри навернулись слезы, и Уиллоу почувствовала, что тоже вот-вот расплачется. Ведь кто бы ни был ужасный убийца, юную прекрасную Ивонну все равно уже не вернуть.
– Ах да, чуть не забыла. – Мэри полезла в карман платья, вытащила оттуда свернутую полоску бумага и протянула Уиллоу. – Вот. Передали для вас меньше часа назад.
Полоска бумаги оказалась телеграфной лентой, Уиллоу пробежала глазами строчки.
– О нет! – вырвалось у нее. В следующее мгновение кровь прилила к ее щекам, а дыхание стало частым и прерывистым.
Вывалив только что уложенные вещи прямо на пол, Уиллоу сунула в сундучок несколько платьев и выбежала за дверь. Мэри едва поспевала за ней.
– Дорогая, что случилось? – спросила она, но не получила ответа.
Впрочем, Уиллоу, кажется, не слышала обращенных к ней слов. Она лихорадочно размышляла, пытаясь ответить на сотни вопросов…
– Мне нужно ехать, – проговорила Уиллоу, уже спустившись в холл.
Миссис Ксавье увидела, как распахнулась парадная дверь, и последние слова Уиллоу донеслись уже с улицы.
– Мой брат… Я должна к нему… – услышала Мэри.
Глава 25
– Что значит «ушла»? – Брэнд замер посреди комнаты с чистыми рубашками в руках.
Хотя со времени таинственного исчезновения Уиллоу прошло уже минут двадцать, парадная дверь в доме Ксавье по-прежнему была открыта.
Мэри то заламывала руки, то терла пальцами виски, пытаясь сосредоточиться.
– Не знаю, что случилось. Стоило ей только прочитать телеграмму, как она схватила вещи и выбежала из дома.
– Может быть, успела что-то сказать? – не терял надежды Брэнд. – Может, сказала, почему так спешно уезжает, куда, наконец?
Мэри покачала головой:
– Нет. Только сказала, что должна ехать. – Она нахмурилась и некоторое время молчала. – Ах да… Кажется, она упоминала своего брата. Не знала, что у нее есть брат.
Брат… Брэнд начинал припоминать… Еще в Джефферсон-Сити Уиллоу говорила, что Джереми – так, кажется, его звали – исчез и с тех пор не давал о себе знать. Неужели брат объявился? Или в телеграмме содержались сведения о том, где его искать? В любом случае, стоя напротив миссис Ксавье с ворохом рубах, много не узнаешь. Надо действовать.
Брэнд бросил рубашки на стул и взялся за ручку двери. Даже если причина неожиданного отъезда Уиллоу неизвестна, один человек в Нью-Йорке должен быть в курсе дела.
– Думаете, с ней что-то случилось?! – в испуге воскликнула миссис Ксавье. Было очевидно, что она очень беспокоится за Уиллоу.
Брэнд отрицательно покачал головой, хотя и его одолевало беспокойство. Да, Аутрам Каин за решеткой, дело закрыто, но Вирджил Чатем по-прежнему разгуливает на свободе, и Бог знает, что у него на уме.
Всего несколько минут понадобилось ему, чтобы добежать до агентства Пинкертона. Пролетев мимо ошеломленной секретарши, Брэнд ворвался в кабинет и, остановившись, у письменного стола, окинул Роберта гневным взглядом.
