– Что она здесь делает? – Этан надвинул кепку на глаза: он терпеть не мог, когда женщины заставали его в таком виде – потного и грязного.
– Понятия не имею. У нас сегодня свидание, но только в семь вечера. Боюсь, сейчас начнутся чисто женские упреки. Вроде того, почему мы вообще позволили ребенку залезть на крышу.
– Значит, мы ей ничего не расскажем, – пробормотал Филип и тут же обворожительно улыбнулся Анне: – Вы озарили наш день! Нет ничего лучше, чем вид прекрасной женщины после тяжелой работы.
– Здравствуйте, джентльмены, – Анна тоже улыбнулась, когда Филип взял ее руку и поднес к своим губам.
Очень забавно: трое мужчин, три брата, и три совершенно разные реакции – изысканное приветствие Филипа, смущенный кивок Этана, сердитый взгляд Кэма.
И все трое, потные, в рабочих поясах с инструментами, выглядят невероятно мужественными и привлекательными!
– Надеюсь, я вам не помешала? Хотелось посмотреть на ваше приобретение. У меня в багажнике корзинка с едой… мужской едой, – добавила она. – Для всех, кто хочет сделать обеденный перерыв.
– Очень мило. Благодарим вас, – Этан переступил с ноги на ногу. – Я достану.
– Спасибо. – Анна окинула взглядом здание, сдвинув на нос солнечные очки – круглые стекла в проволочной оправе. Хорошо, что для этого неожиданного визита она надела старые джинсы и футболку: невозможно войти в такой сарай и остаться чистой. – Так это оно и есть?
– Начало нашей империи! – заявил Филип. Он уже решил, что успеет увести гостью на экскурсию, чтобы дать Кэму время почистить Сета… и заткнуть его. Но тут из сарая выплыл Сет, держа в руках аптечку, как знамя.
Он был уже не так бледен, но лицо оставалось потным, грязным, с кровавыми отпечатками пальцев на щеках. Белая футболка была в таком же состоянии. В глазах Анны мгновенно вспыхнула тревога. Она бросилась к Сету и ласково взяла его за плечи. Кэм и Филип даже не успели придумать приемлемую историю.
– О, милый, ты поранился? Что случилось?
– Ничего, – начал Кэм. – Он просто…
– Я упал с крыши! – выпалил Сет. Он уже успел успокоиться, и слабость сменилась безумной гордостью.
– Упал с… – Потрясенная до глубины души, Анна инстинктивно начала ощупывать Сета. Мальчик напрягся, съежился, но она упорно продолжала исследование, пока не убедилась, что кости не сломаны. – Боже мой! Что ты там делал? – Она бросила на Кэма испепеляющий взгляд. – Вы вызвали «Скорую помощь»?
– Не нужна ему никакая «Скорая помощь». У тебя просто женская истерика.
– Истерика? – Обняв Сета за плечи, Анна набросилась на братьев. – Истерика?! Вы тут стоите, как стадо павианов, а у ребенка, возможно, внутренние повреждения! Он истекает кровью…
– Только пальцы, – Сет вытянул руки, восхищенно глядя на них: в понедельник он точно станет школьной сенсацией! – Я соскользнул с лестницы, когда спускался, и ухватился за оконную раму, а она сломалась. Вон там, – он показал, где именно, и у Анны закружилась голова от высоты. – Кэм велел разжать руки и сказал, что поймает меня. И я разжал, а он и вправду поймал.
– Обычно из этого чертова ребенка и пары слов не выжмешь, – пробормотал Кэм Филипу, – зато иногда невозможно заткнуть фонтан. – Он повысил голос: – Парень в полном порядке. Просто испугался немного.
Анна даже не стала отвечать, только снова испепелила его взглядом и с улыбкой повернулась к Сету.
– Милый, дай мне взглянуть на твои руки. Мы отмоем их и посмотрим, не надо ли наложить швы. – Она снова взглянула на Кэма, и даже темные стекла не смогли скрыть ярость, пылающую в ее глазах. – А потом, Кэмерон, я хотела бы поговорить с тобой.
– Не сомневаюсь, – пробурчал Кэм, когда она повела Сета к своей машине.
Сет обнаружил, что ему даже нравится, когда с ним нянчатся. Забавно как женщины суетятся из-за капли крови! У этой чиновницы оказались ласковые руки и успокаивающий голос. И пусть пальцы горят и пульсируют, это небольшая цена за великолепное приключение!
– Я долго летел, – гордо сообщил он Анне.
– Представляю себе, – пробормотала Анна, чувствуя, что гнев вскипает в ней с новой силой. – Ты, наверное, испугался.
– Только на секунду. – Он закусил щеку, чтобы не заскулить, когда Анна начала перевязывать его раны. – Другие бы наверняка завизжали и обмочили штаны!
Сет не знал точно, визжал ли он сам, но джинсы проверил и убедился, что там все в порядке.
– А Кэм ужасно разозлился. Можно подумать, что я нарочно отшвырнул эту чертову лестницу!
Анна вскинула голову.
– Он орал на тебя?
Сет собрался изложить все подробно, но что-то в ее взгляде остановило его. Однако и нагло соврать он тоже не решился.
– Всего минуту. Он просто перепугался. Можно подумать, я сломал руку – так он меня обнимал, и гладил, и все такое.
Сет пожал плечами, но ему было приятно вспоминать чувство безопасности, которое его охватило в тот момент.
– Вы же знаете, некоторые мужчины не выносят вида крови.
Анна откинула волосы с лица Сета, ее улыбка смягчилась.
– Да, я знаю. Ну, для парня, который любит нырять с крыш, ты в приличном состоянии. Только больше так не делай. Хорошо?
– Одного раза достаточно.
– Рада слышать. В корзинке – жареные цыплята, если, конечно, там что-то еще осталось.
– Господи, я мог бы съесть дюжину! – Сет уже собрался бежать, но вдруг почувствовал угрызения совести – еще одно очень редкое для него состояние, – повернулся и посмотрел Анне в глаза: – Кэм сказал, что поймает меня и действительно поймал. Он молодец.
Затем Сет бросился за сарай, крича Этану, чтобы тот спас для него хоть немного проклятых цыплят.
Вздохнув, Анна присела на край пассажирского сиденья и стала приводить в порядок аптечку. Она продолжала возиться, не поднимая головы, когда на нее упала тень, когда она почувствовала запах Кэма: мужчины, пота, мыла, которым он мылся утром. Анна теперь так хорошо знала его запах… и знала, как он смешивается с ее собственным. Она могла бы найти Кэма в комнате, полной мужчин, даже с повязкой на глазах и связанными руками! И хотя ей действительно любопытно было посмотреть на здание, это был всего лишь предлог, чтобы увидеть Кэма…
– Думаю, не надо говорить, что десятилетним мальчикам не следует лазить по приставным лестницам без присмотра?
– Думаю, не надо.
– И о том, что десятилетние мальчики неосторожны и неуклюжи.
– Сет не неуклюжий, он ловок, как обезьяна! – возмутился Кэм и с издевкой добавил: – А поскольку мы павианы, это естественно.
Анна закрыла аптечку, вручила ему и встала.
– Естественно, – согласилась она. – Однако несчастья случаются, даже если соблюдать осторожность, даже если стараться предотвратить их.
Поэтому они и называются несчастными случаями.
Анна посмотрела ему в глаза и заметила, что он все еще раздражен. На нее, на обстоятельства… И ярость, которая никогда не исчезает полностью, кипит в нем, готовая вырваться на поверхность.
– Интересно, – тихо сказала она, – сколько лет жизни этот инцидент отнял у тебя? Он вздохнул.
– Лет двадцать. Но парень быстро очухался. Кэм повернулся, оглянулся на здание, и тут Анна увидела пятна крови на его спине. И у нее екнуло сердце. В первую секунду она решила, что Кэм тоже ранен, но потом поняла, что эти пятна оставлены руками Сета. Мальчика обнимали! И он обнимал…
Кэм обернулся и увидел ее улыбку.
– Что?
– Ничего. Ну раз уж я здесь и вы едите то, что я привезла, думаю, я заслужила экскурсию.
– Какую часть этой истории ты внесешь в отчет?
– Я не на работе! – сказала она более резко, чем намеревалась. – Я хотела просто навестить друзей.
– Ты меня не поняла.
– Неужели? – Анна с силой захлопнула дверцу, еле сдерживая гнев. Черт побери, она приехала повидать его, а не захватить врасплох неожиданным официальным визитом! – Я запишу в отчете – если вам не удастся разубедить меня, – что ребенок прекрасно уживается со своими опекунами. Ты обязательно получишь копию. Экскурсия откладывается. Вернешь корзинку, когда тебе будет удобно.
