ее первый муж, и, будучи герцогом Нормандии, был вассалом короля Франции. Этот брак был предвестником будущих, длившихся на протяжении нескольких столетий, раздоров между Францией и Англией, двумя соперничающими западными державами, которые, несмотря все противоречия, существовавшие между ними, выступали совместно от лица Запада. Какие бы различия между этими странами ни существовали, они имели общее государственное устройство, общую организацию общества и принадлежали к одной цивилизации. Две страны объединяла специфическая западная культура.
Алиенора имела теперь свой двор в Анже, главном городе графства Анжу; в первый раз в жизни она могла устроить свой двор по своему желанию и по обычаям Юга и Ближнего Востока. Именно в Анже трубадур Бернар де Вентадур сочинил в ее честь несколько своих самых лучших любовных песен. Бернар явился в Анже изгнанником; он был вынужден оставить Вентадур из-за своего страстного чувства к тамошней графине. Его судьба была типичной для трубадура; через те же испытания прошли миннезингеры Германии. Поэт посвящал свою любовную песнь какой-нибудь высокородной замужней даме, с которой он не мог иметь отношений, но которая была благосклонна к нему и готова была его слушать. Поэт клялся, что он ни за что не хотел бы иметь иную судьбу – любого «короля, герцога иль адмирала», хотя и находился в постоянном тревожном ожидании ответного чувства, переходя от надежды к отчаянию. Это общая черта поэзии трубадуров, когда безродные и безземельные рыцари ставят себя выше королей и императоров, даже таких, как Генрих VI и Фридрих II, заявляют о своей готовности отказаться от всех царств этого мира, чтобы только завоевать благосклонность своей дамы сердца.
Бернар клялся Алиеноре, что Тристан никогда не претерпевал столько страданий из-за любви к Изольде, как он теперь страдает из-за нее. Это древнее кельтское сказание о запретной любви было известно Бернару в самом первом варианте до того, как его пересказал англо-нормандский трувер Томас Британский и написал на его основе свой роман известный поэт средневековой Германии Герман Страсбургский. Возможно, что легенда была переосмыслена, и все уверились в том, что все это произошло в действительности и что это поучительный пример, который должен восхищать и вдохновлять дам высшего света. Алиенора вскоре променяла своего слабого, болезненного супруга на молодого, сильного рыцаря. Но теперь Генрих был ее мужем, и, чтобы разлучить Алиенору и Бернара, он вызвал трубадура в Англию. Тем временем Алиенора родила Генриху первенца Уильяма и сразу же выделила ему в наследство графство Пуату.
Алиенора одновременно с обучением искусству любви постигала азы искусства политики. В этом ее учительницей была императрица Матильда, мать ее мужа, имевшая свой двор в Руане. Матильда воспитала своего сына, взяв за образец наставление по соколиной охоте. «Привлеките своих друзей и союзников обещанным им вознаграждением, держите его постоянно перед их глазами, но убирайте наживку всякий раз, как только они попробуют получить его; тем самым вы обеспечите их преданность и готовность служить вам». Существовал определенный риск последовать подобному совету, поскольку создавалось невыносимое напряжение во взаимоотношениях соперничавших партий. Генрих V, подорвав свое здоровье, умер от тяжелой болезни. Матильда также научила своего сына (она была единственной женщиной, к мнению которой он прислушивался) самому все подвергать испытанию, прибегая при этом к помощи зрения, слуха и осязания; не важно, шла ли речь об оружии, драгоценных камнях, женщинах, людях, охотничьих соколах и собаках, музыкальных инструментах и различных играх. Достижения Генриха в политике были обязаны его воспитанию. Предприимчивый и самоуверенный юноша смог в итоге создать обширную империю западного мира.
Генрих и Алиенора были коронованы в Вестминстерском аббатстве в 1154 г. в последнее воскресенье перед Рождеством. Спустя несколько недель, и тоже в Лондоне, Алиенора родила второго сына, которого назвали Генрихом и присвоили титул графа Анжу. После смерти своего старшего брата в следующем году он стал наследником английского трона. Алиенора родила мужу еще шестерых детей: в 1156 г. – Матильду; в 1157 г. в Оксфордском дворце – Ричарда, будущего короля по прозвищу Львиное Сердце; в 1158 г. – Жоффруа; в 1161 г. – Алиенору; в 1165 г. – Иоанну и в 1166 г. – будущего короля Иоанна Безземельного.
Версия «Тристана и Изольды» Томаса содержит панегирик Лондону и его богатствам; это был город трудолюбивых горожан, моряков и купцов, пропахших рыбой и пивом, грубоватых и простых в обхождении. Алиенора и ее супруг способствовали формированию в столице новой особенной атмосферы, в которой только и могло процветать куртуазное общество.
Постепенное становление куртуазного образа жизни, рождение roman courtois (куртуазного романа) и расцвет поэзии трубадуров были тесно связаны со становлением Анжуйской империи и непосредственно с именем Алиеноры. Новая литература была направлена, тайно и явно, против франко-германской идеи Священной империи и Карла Великого, как ее святого покровителя; она была также антипапской и антимонашеской. То время, когда монахи и священники стояли на страже человеческих душ, ушло в прошлое. Все надежды и само счастье человека были в руках его госпожи, его дамы сердца. Эти двое – причем дама выступала в качестве ментора – вступали в союз, где царила куртуазная любовь, и он не зависел от уз брака.
Приезд в Англию Алиеноры и Генриха дал уникальный шанс отразить в куртуазном романе политические устремления Анжуйской империи. Главными ее соперниками были король в Париже и папа в Риме. Вплоть до этого времени культурные запросы аристократического общества выражал такой литературный жанр, как chanson de geste (что можно перевести как «песнь о деяниях»). Расцвет его пришелся на время между 1120 и 1160 гг. Хронист Гвиберт де Ножан, приступивший в 1104 г. к написанию своего главного труда о Первом крестовом походе Gesta dei per francos («Деяния Бога через франков»), говорил о франках как об избранном народе. Франки, иначе говоря, французы, были народом Карла Великого. В Сен-Дени, недалеко от ворот Парижа, изобретательный аббат Сугерий (о его роли в создании стиля готики будет рассказано позднее) всячески поощрял культ Карла Великого. Его штандарт, королевская орифламма перешла к его наследнику, королю Франции, который, как и он, ходил в паломничество в Сантьяго-де-Компостела и продолжил его завоевательные войны, отправившись в свой крестовый поход.
В аббатстве Сен-Дени культивировался жанр chanson de geste. Эти песни способствовали не только поднятию престижа французского короля, наследника Карла Великого, но также прославлению «старого франкского» рыцарства. Все эпические поэмы (Pelerinage de Charlemagne, Couronne-ment de Louis, Charroi de Nimes, Prise d'Orange, например) восходят к французской поэме «Песнь о Роланде» (Chanson de Roland) и прославляют благородных франков, непобедимых воинов, в их войне против «неверных собак»; во многих этих песнях образ «язычников» (то есть сарацин) сливается с образом коварных германцев и англичан, со всеми нефранками, которые осмелились
