Только ортодоксальные евреи не были вполне довольны новыми порядками, но на них почти никто не обращал внимания.
Более внимательно переходное правительство и командование корпуса следили за происходящим в соседних странах, где новоявленные «Лоуренсы Аравийские» тратили сотни и тысячи столь необходимых самим англичанам фунтов для подогрева недовольства. Огромное количество оставленного англичанами военного имущества перешло в руки Арабского легиона, египетской, ливанской и иракской армий. Но если в 1948 году нашей реальности слабо вооруженные еврейские войска воевали против сильнее вооруженных, но тоже полурегулярных арабских армий, то теперь арабы рисковали наткнуться на регулярные, имеющие боевой опыт и отлично вооруженные советско-германо-французские войска. Против них у арабских армий, не имевших реального боевого опыта, вооруженных устаревшим английским оружием, не было никаких шансов. Единственное, на что могли надеяться арабы, так это на то, что эти войска не будут стоять здесь вечно и что рано или поздно новое государство окажется один на один против них. Пока же понемногу велись «тайные» переговоры и сколачивались «прочные» союзы.
Новое государство, уже получившее название Федеративная Республика Израиль (Палестина), тем временем понемногу крепло. Переселение шести миллионов евреев не могло, конечно, закончиться в короткие сроки. Пароходы с переселенцами продолжали прибывать в Палестину уже после провозглашения государства.
После прибытия первых нескольких миллионов началось создание полиции и первых частей армии. Из состава советских войск в эту армию откомандировывались офицеры, солдаты и сержанты еврейской национальности. В Хайфе в торжественной обстановке открылось военно-морское училище, а в Яффе общевойсковое и авиационное. В училища принимались как арабы, так и евреи, которые после трех-пяти лет обучения становились офицерами Армии обороны Республики. Для вооружения армии на судах привезли немецкие танки и советское стрелковое оружие, самолеты Яковлева, Мессершмитта, Туполева и Юнкерса, пушки и гаубицы советского и немецкого производства. В течение года были сформированы две пехотные и танковая дивизии, артиллерийская бригада и полк спецназначения, три арабские бригады, два истребительных, истребительно-бомбардировочный и штурмовой авиаполки, зенитно-артиллерийская дивизия, два отряда торпедных и сторожевых катеров.
А в пустыне рыли каналы, высаживали деревья и строили все новые и новые поселения. Несколько уже построенных фабрик начали сборку первых автомобилей и сельскохозяйственных тракторов из деталей, поставляемых из СССР, Германии и Франции. Жизнь кипела…
США. Вашингтон
Чего у американцев не отнимешь – это умения сделать из любого события красочный спектакль, или, как они это называют, «шоу». Вот и инаугурация тридцать третьего президента САСШ превратилась в такой спектакль. По улицам Вашингтона и других городов проходили оркестры и оркестрики, возглавляемые красивыми девушками-тамбурмажорами в коротеньких юбочках, веселые группы костюмированных артистов и просто веселящихся горожан, на время пытающихся забыть о проблемах экономики, войне во Вьетнаме, тревожных новостях из других стран мира и повышении цен. Впрочем, новый президент обещал решить большинство этих проблем, и многие надеялись, что ему это удастся. Вообще-то новый президент победил на выборах в основном благодаря своей жесткой линии по отношению к странам Старого Света, входящим в ОВД. Везде, на плакатах и в газетах, по радио и в кинотеатрах, американцы видели и слышали сказанные им в Филадельфии на предвыборном митинге слова:
– Я буду биться здесь и сейчас, буду биться сегодня и везде, буду биться сам и с помощью граждан моей страны, но больше никогда и никому не уступлю ни клочка свободного мира!
Да, Джордж Маршалл, бывший генерал и новоиспеченный политик, начинал жестко, но это было вполне объяснимо. Экономика САСШ в годы после События работала в основном на внутренний рынок и на незначительные рынки латиноамериканских стран. Правда, удалось проникнуть на закрытые прежде рынки колоний Британской империи, но даже и это не компенсировало потерю европейских и множества азиатских потребителей. Тем более что и на, казалось бы, надежно защищенном от внешних влияний латиноамериканском пространстве и даже, страшно сказать, в британских колониях американские товары были вынуждены конкурировать с товарами стран ОВД. Объединенные в Совет Экономической Взаимопомощи экономики самых развитых стран Евразии, тем более при резко упавших военных расходах, заработали намного эффективнее. И пришлось американцам, независимо от желания, начать милитаризацию экономики. А для милитаризации нужен враг, который, конечно же, не заставил себя ждать. Боевые действия в Южном Вьетнаме, обострение обстановки в Бразилии, где обнаглевшие партизаны уже не просто отсиживались в джунглях, а атаковали небольшие гарнизоны, полностью захваченный красными Китай, отколовшаяся Аргентина… Вот и пришел к власти на волне патриотизма и уязвленной американской гордости бывший генерал, заявляющий, что сделает все для возвращения естественного мирового порядка, в котором только США должны править миром. Новый президент еще не заступил на пост, а результаты его избрания уже ощущались по всей стране в ужесточении контроля за передвижениями иностранцев, в активизации ФБР, начавшего аресты «подозреваемых в шпионаже в пользу коммунистических режимов», в атмосфере нагнетавшейся антикоммунистической пропаганды. Несколько дней назад в конгрессе выступил сенатор Чарлз Макнари. Он заявил, что правительство и многие учреждения США пронизаны сетью коммунистических шпионов, которые, используя либерализм и попустительство нынешнего правительства США, стремятся захватить власть в Америке, чтобы подчинить ее господству коммунистов. Он потребовал принятия специального комплекса законов для борьбы с этим явлением. Журналисты уже окрестили эту политику «макнаризмом». Причем большинство журналов и газет вполне ее одобряло.
Виталий Зарубин, третий секретарь советского посольства, смотрел на проходившее мимо красочное шествие, на этот раз впервые включающее не только празднично разряженные оркестры и делегации граждан, но и парадные коробки пехоты, танкистов, артиллеристов, авиаторов, моряков и морской пехоты. Вот в воздухе пронеслись несколько эскадрилий новейших самолетов. Из-за грохота авиационных моторов Виталий не сразу расслышал условную фразу. Наконец-то долгожданная встреча состоялась. Делясь мнениями о параде и новом президенте, Виталий и агент незаметно обменялись газетами.
Через несколько минут, когда агент уже растворился в праздничной толпе, мимо Зарубина проехал открытый лимузин со стоящим в нем новым президентом САСШ. Дождавшись, когда толпа начнет редеть, Виталий выбрался на соседнюю улицу, нашел свой автомобиль и поехал в посольство. Спустя пару часов в Москве принимали очередную радиограмму из американского посольства. После расшифровки на столе начальника ГРУ оказался полный список заводов, готовящихся выпускать новейшие танки М4, истребители и бомбардировщики с реактивными двигателями и многое другое, столь необходимое генералам и адмиралам, а также владельцам заводов и в принципе абсолютно ненужное простым гражданам. Судя по полученным данным, САСШ брали на вооружение опыт Третьего рейха…
Аргентина. Буэнос-Айрес
Полковник Хуан Доминго Перрон заинтригованно молчал, рассматривая неожиданного собеседника, подсевшего к его столику и представившегося Рамоном Меркадером из Испании. Ничуть не смущенный молчанием собеседника, Меркадер подозвал официанта, сделал заказ и, в ожидании заказанных блюд попивая аперитив, настойчиво пытался разговорить Перрона. Из вежливости Перрон отвечал, всем видом стараясь показать незваному гостю свое нерасположение. Однако гость, похоже, попался «толстокожий», плохо воспитанный и не обращал внимания на намеки, поэтому полковник уже собирался встать и откланяться. Он ожидал только куда-то запропастившегося официанта. Но тут освободился последний из соседних столиков, и Рамона словно подменили. Теперь вместо шутника и плейбоя перед Перроном сидел сосредоточенный деловой человек, явно желавший сказать что-то серьезное. Перрон напрягся, пытаясь просчитать ситуацию и решить, что делать дальше. Охраны с ним не было, водителя автомобиля он только что отпустил. Кому может быть интересен работник Министерства обороны? Англичане и американцы великолепно осведомлены о его взглядах и вряд ли станут посылать к нему своего человека. Немцы? Могли бы, но, судя по вестям из Европы, им сейчас не до Латинской Америки вообще. Неужели тайная полиция пронюхала что-то о создаваемой организации?
