— Нам следовало бы подумать о летнем празднике.
— Все знают, что он должен состояться в первую субботу августа. Так было всегда. Большинство работает месяцами, чтобы подготовить все к продаже.
— Пастор говорит, что существует обычай спрашивать разрешения Фремлингов на его проведение на их земле, а если сыро, то у них в замке. Я надеюсь, он достаточно велик?
— О, да. Он огромный. Однако, на моей памяти лишь несколько случаев, когда нам пришлось уйти в помещение. Фремлинги знают об этом. Это традиция, и леди Харриет всегда очень любезно дает разрешение.
— Да, но ваш отец говорит, что об этом все же следует спросить. Это тоже часть традиции.
— Да, я полагаю, что так.
— Так вот, леди Харриет с дочерью в Лондоне. Мы должны обратиться за разрешением к сэру Фабиану.
— Я думаю, что это вряд ли необходимо.
— Но его следовало бы спросить.
— Другое дело, если бы леди Харриет была здесь. Она ярая сторонница обычаев.
— Думаю, что было бы разумнее спросить сэра Фабиана… просто по традиции. Может быть, вы сходите и получите его формальное согласие?
— Если бы вы пошли… вам надо было бы просто заглянуть к нему.
— Но сегодня я должен навестить миссис Брайнс. Она прикована к постели уже несколько недель и просит о встрече. И у меня еще масса дел, с которыми надо разобраться… поэтому если бы вы нашли возможность…
Не было причины отказываться сделать это, кроме той, что я чувствовала себя неловко в присутствии Фабиана. Но я не могла объяснить этого, поэтому решила, что пойду получу разрешение и покончу с этим.
Сэр Фабиан был дома. Я спросила, не могли бы ему передать, что я пришла только за разрешением провести на их земле праздник, если погода будет хорошей, или в зале, если будет дождь. Я не займу у него много времени.
В надежде, что служанка вернется и скажет, что разрешение получено, я осталась ждать внизу. Вместо этого она вернулась с известием, что сэр Фабиан в своем кабинете и будет рад принять меня.
Меня проводили через огромный зал к лестнице. Его кабинет располагался на втором этаже.
Когда я вошла, он встал и улыбаясь пошел навстречу. Он взял меня за руки.
Мисс Делани, как приятно видеть вас. Мне сказали, что вы пришли по поводу праздника.
Служанка вышла, закрыв за собой дверь, и меня охватило смешанное чувство волнения и дурного предчувствия.
— Садитесь, пожалуйста.
— Я не задержу вас, — сказала я, — это просто формальность. Леди Харриет обычно просто давала разрешение на проведение праздника на вашей земле, или, в сырую погоду, в зале.
— О, моя мать всегда занималась такого рода делами, не так ли?
— В действительности здесь нет никакого дела. Фремлинг всегда использовался для проведения праздника. Я просто хотела получить формальное разрешение, поэтому я поблагодарю вас и попрощаюсь.
— Но вы еще не получили моего разрешения.
— Это всегда было само собой разумеющимся.
— Ничто никогда не бывает само собой разумеющимся. Я хотел бы обсудить это с вами.
— Но обсуждать нечего. Этот праздник проводится каждый год. Поэтому я могу считать этот вопрос решенным…
Он встал, и я немедленно сделала то же самое. Он приблизился.
— Скажите, — сказал он, — почему вы боитесь меня?
— Боюсь? Вас?
Он кивнул.
— У вас вид испуганной молодой лани, которая почувствовала приближение тигра.
— Я нисколько не уподобляю себя испуганной лани. И вы не напоминаете мне тигра.
— Ну тогда, может быть, хищная птица… хищный орел, готовый схватить беспомощное создание. Вы знаете, что не должны меня бояться, потому что я всегда любил вас, и чем больше я вас видел, тем сильнее становилась моя любовь.
— Вы очень добры, — холодно ответила я. — Но мне необходимо идти.
— Дело не в моей доброте. Это чувство, которым я не могу управлять.
Я рассмеялась, пытаясь разрядить обстановку.
— Ну ладно, — сказала я, — я принимаю это как разрешение начинать готовиться к празднику.
Он положил руки мне на плечи и притянул меня к себе.
— Сэр Фабиан? — удивленно сказала я, отодвигаясь назад.
— Вы догадываетесь, какие чувства я к вам испытываю? — произнес он. — Разве это не видно?
— Не имею понятия.
— Хотели бы вы узнать?
— В общем-то, это мне не очень интересно.
— Вы не производите такого впечатления.
— Тогда мне очень жаль, что ввела вас в заблуждение.
— Вы нисколько не ввели меня в заблуждение, потому что, моя дорогая Друзилла, мне о вас очень много известно. В конце концов, мы знакомы всю нашу жизнь.
— Невзирая на это, я бы сказала, что мы вряд ли знаем друг друга.
— Тогда мы должны это исправить.
Он притянул меня к себе с такой силой, что я не могла сопротивляться, и поцеловал в губы.
Я покраснела и почувствовала, как во мне растет гнев.
— Как вы смеете! — возмутилась я.
Он насмешливо улыбнулся.
— Потому что я очень смелый.
— Тогда, пожалуйста, проявляйте свою смелость в чем-то другом.
— Но я хотел доказать это вам. Я хочу, чтобы мы стали хорошими друзьями. Уверен, что это могло бы быть очень приятно для нас обоих.
— Только не для меня.
— Я обещаю, что будет.
— Я не верю вашим обещаниям. До свидания.
— Нет, подождите, — сказал он, беря меня за руку и крепко удерживая в своей. — Я думаю, что немного нравлюсь вам.
— Это предположение должно быть основано на вашем хорошем мнении о себе.
— Возможно, — сказал он. — Но вы не безразличны к моему несомненному обаянию.
— Я не желаю, чтобы со мной обращались в такой легкомысленной манере.
— Я нисколько не легкомысленен. Я ужасно серьезен. Я очень люблю вас, Друзилла. Вы всегда меня интересовали. Вы другая… такая серьезная… такая увлеченная учебой. Вы заставляете меня робеть, а для меня это совершенно новое ощущение. Я нахожу его очень волнующим. Для меня становится все более и более невозможным скрывать свои чувства.
— До свидания, — сказал я. — Я передам церковному комитету, что разрешение получено.
— Останьтесь ненадолго, — попросил он.
— Я не хочу. Я не хочу, чтобы со мной так обращались.
— Ваша девичья скромность производит самое большое впечатление. — Он замолчал и поднял брови. — Но…
Я почувствовала, что краснею. В его глазах я прочла продолжение.
Я вырвалась и пошла к двери, но он опередил меня, встав к ней спиной и улыбаясь.
— Я мог бы задержать вас, — сказал он.
— Вы не можете этого сделать.
— Почему нет? Это мой дом. Вы пришли сюда добровольно. Почему я не могу задержать вас здесь? Кто бы стал меня останавливать?
— Вы, кажется, думаете, что живете в средние века. Это что — одно из представлений о droit de seigneur17?
