конечно, не при чем – для сотрудников готовили из тех же продуктов, что и для постояльцев. Нужно было срочно раздобыть полный список пострадавших и понять, что еще, помимо общего ужина накануне, могло их объединять.
Роберт сразу снял трубку, словно ждал ее звонка.
– Ты уже знаешь? – спросил он.
– Да. Только что была у охранников. Где ты?
– В конференц-зале второго корпуса. Здесь разместили всех заболевших, лучше изолировать их от остальных, пока не выяснится причина отравления.
– И сколько… сколько их?
– Двенадцать человек.
Эрика быстро прикинула в уме. Двенадцать, и еще шестеро охранников… половина всего штата. Это еще не катастрофа, но и хорошего, конечно, мало.
– Постояльцев среди них нет? – спросила она вслух.
– Нет. Повезло. Тут доктор Камбанарис и медсестра, оказывают посильную помощь. «Скорые» должны подъехать с минуты на минуту. Сможешь встретить врачей и проводить сюда?
– Да, конечно. Роберт… – Эрика запнулась.
– Говори быстрее, мне нужно идти!
– Думаешь, это пищевое отравление?
– А что еще это может быть? – раздраженно ответил Роберт вопросом на вопрос.
– Ты сам как себя чувствуешь?
– Нормально. Вчера вечером я так не успел поужинать.
Эрика вспомнила события прошлого вечера: визит Хестии, взгляд, которым Роберт смотрел на нее, его категоричное желание отвезти Хестию к парому и его длительное отсутствие, их разговор на повышенных тонах, ее отчаяние…
Сейчас не время, одернула себя Эрика. Сейчас необходимо разобраться с происходящим.
Она быстро пересекла холл, боковым зрением отметив, что внешне все выглядит как обычно. По крайней мере, никого не тошнило – уже одно это можно было считать удачей. К ней подскочила дежурная администратор, но Эрика, не сбавляя шаг, бросила: «Позже!».
Сирены она услышала сразу – пока еще далекие, они, несомненно, приближались. Эрика только сейчас сообразила, что появление нескольких карет «скорой помощи» вызовет у постояльцев в лучшем случае ненужные вопросы, а в худшем – панику. Заболевших придется выводить (если не выносить) из отеля на глазах у тех, кто еще не успел отправиться на пляж или, наоборот, уже вернулся после утреннего купания, а таких в зоне видимости Эрики было не так уж мало. Слух о некачественной пище распространится мгновенно. Сначала гости – особенно те, кто отдыхает с детьми – откажутся от обеда, а потом начнут паковать вещи.
Эрику охватило двойственное чувство. С одной стороны, она боялась паники, которая была почти неизбежна в сложившихся обстоятельствах, с другой – испытывала мрачное удовлетворение. Теперь массовое выселение постояльцев из отеля было, фактически, делом решенным. То, против чего категорически возражал Роберт, должно было случиться независимо от его воли. Эрика дала себе слово, что не станет злорадствовать, не станет напоминать, что она предупреждала и он сам во всем виноват. Роберт относился к числу тех, кто предпочитает учиться на собственных ошибках. Что ж, сегодня ему представится возможность извлечь прекрасный урок из случившегося.
Первая карета «скорой помощи» остановилась напротив входа. Следом за ней на подъездной алее показались еще две машины. Эрика подождала, пока все бригады выйдут из автомобилей, отправила двоих врачей с Артуром Хоупманом, выражение лица которого было красноречивей любых объяснений, а остальных повела по центральной аллее ко второму корпусу.
Им пришлось идти мимо бара, где готовили прохладительные коктейли, мимо палатки с мороженым и бассейна, лежаки вокруг которого были заняты загорающими. Головы, как по команде, поворачивались к зловещей процессии; врачей провожали недоуменными или встревоженными взглядами. Кто-то крикнул: «Что случилось?», но Эрика сделала вид, что не расслышала.
– Хорошо здесь! – заметил врач, шагавший рядом с Эрикой. – А вот нам отдыхать некогда.
– Много вызовов?
– За утро уже на пяти адресах побывали. Правда, в отели нечасто вызывают. С начала сезона – второй раз. Не завидую владельцу. Теперь проверками замучают.
– Что? – Эрика даже остановилась.
– Если факт массового отравления подтвердится, санэпиднадзор наложит запрет на работу кухни до выяснения причин. А если, не дай бог, кто-то из пострадавших умрет, отель закроют на весь сезон. Я слышал, лет двадцать назад в этих местах произошла похожая история. В одном из отелей перетравилась куча народу, причем с летальным исходом. Отель законсервировали, а историю, как водится, замяли. Сам-то я переехал на Кос недавно, мне коллеги рассказывали… Да не волнуйтесь вы так. Все будет хорошо. Сделаем промывание, может, и без госпитализации обойдемся.
Картина в конференц-зале в целом напоминала ту, которую Эрика застала в комнате охранников, разве что была более масштабной. Пострадавшие лежали на сдвинутых вместе креслах или сидели в скрюченных позах, страдая от желудочных болей. В воздухе стоял тот же тошнотворный запах, правда, не в такой концентрации – кондиционеры здесь работали на полную мощность.
Эрика отметила, что почти все отравившиеся – мужчины, за исключением трех женщин, которые чувствовали себя явно хуже мужчин: двоих тошнило, третья громко стонала, обхватив руками живот.
Роберт и доктор Камбанарис стояли в дальнем конце зала, на небольшом возвышении, обычно использовавшемся под трибуну, где был развернут импровизированный госпиталь. Стоя возле стола с медикаментами, они о чем-то яростно спорили, увлекшись настолько, что не заметили появления врачей. Безошибочно определив наиболее тяжелых пациентов, бригады в первую очередь занялись ими. Каждому из четырех докторов досталось по три человека в более-менее схожем состоянии. Отельная медсестра металась между рядами кресел, пытаясь помочь всем одновременно, меняя тазики и разнося стаканы с водой; на ее лице была полнейшая растерянность.
– Врачи здесь, – сказала Эрика, поднявшись на возвышение.
Камбанарис обернулся и посмотрел на зал.
– Двоих я знаю, – сказал он. – Мы вместе работали на «скорой». Пойду помогу. Им не хватает рук.
– Одну минуту, кирие Камбанарис. – остановила его Эрика. – Что произошло с сотрудниками?
– Острое отравление.
– Это и так очевидно! Чем конкретно они отравились?
– Скорее всего пивом.
– Пивом? – удивленно переспросила Эрика.
Это было что-то новое: она ожидала услышать уже знакомую версию про мясо.
– Все заболевшие пили пиво за ужином. Те, кто предпочел другие напитки, чувствуют себя хорошо, хотя вчера все сотрудники ели одно и то же блюдо: мясное рагу с жареной картошкой.
– Что за пиво? Откуда оно взялось?
– Вчера утром служба снабжения получила от оптового поставщика четыре ящика. Пиво местное, производится в Салониках. Оно некрепкое, поэтому каждый из них, – Камбанарис кивнул на зал, – выпил по две бутылки. Это все, что мне удалось узнать. Конечно, необходимы тщательные анализы, чтобы что-то утверждать наверняка. Извините, мне нужно к больным.
– Подождите! Вы действительно думаете, что это пиво? – спросила Эрика, понизив голос.
Доктор бросил быстрый взгляд на Роберта, который разговаривал по телефону в паре метров от них, и увлек Эрику за собой.
– Что вы имеете в
