— Ну и?
— Он как зарычал! Как пыхнул огнем, меня чуть с ног не сбило. И ещё плевки яда в разные стороны так и летят! Но в меня ни одного не попало. Я ловкий. Брови, правда, он мне подпалил.
— Вроде не очень заметно под слоем золы и сажи.
— Значит, я выскочил из пещеры, притаился за косяком. Стою, думаю, как за дверную ручку, чтоб руку дракон мне не сжёг. Страшно же. А потом думаю, вот так будешь бояться, так никогда и не полетаешь.
— И?
— Ну я и вошёл к дракону. С собой на всякий случай скалку твою прихватил для острастки. Она, ты знаешь, производит впечатление на неокрепшие в семейной жизни умы. Вдруг, кинется?
— И?!
— Что и? Постояли, посмотрели друг на друга. Он ещё раз пыхнул огнем, но уже как бы не в мою сторону, а больше на стенку. Жалко конечно, кресло спалил. Хорошее оно у него было. Как думаешь, может ему новое принести? Интересно, дракон вообще чей-то или бесхозный? А то так вот приручить, а он чужой.
— Главное, чтоб он тебя не сожрал. В следующий раз.
— Я невкусный.
— С чего ты это решил?
— Ты сама говорила, что я вредный.
— Вредный и невкусный — разные вещи.
— Давай всё-таки не будем травить мною легендарного зверя.
Дверь в дом распахнулась без стука, громко лязгнув о стену.
— Свои! — с порога заявил улыбающийся врач. — Я теперь у вас часто бывать буду. Кого осмотреть? Больные есть в доме?
— Только на голову, — устало поднялась я. Нужно срочно решать, что делать с младенцем. Пока на нас не пошел войной великий лес в полном составе.
Глава 37. Настя
Никаких нервов не хватит, если переживать над каждым сюрпризом, который подбрасывают мне домочадцы. Значит, переживать и не стоит. Я же не заглядываюсь в автосалоне на Кадиллак? Знаю, что денег у меня на него точно не хватит. Вот так и сейчас. Зачем нервничать, если я точно знаю, что нервов на все может и не хватить?
Сашку мог слопать дракон. Ну и что? Ведь не слопал! И эльфы пока не осаждают стены, да и чупокабр так мил, будто это не он сожрал все запасы мяса в шкафу. Ильсидора опять же не пострадала в лапах зверюги. Вон, какая довольная на потолке сидит.
Все хорошо. Так и будет.
Доктор, например, абсолютно спокоен, сияет счастьем, стоит у меня посреди гостиной… Грохнули стены, дрогнул каменный пол. Лютый дракон опять зашелся в рычании.
— Не слабый бронхит. Это кого у вас так накрыло? Доктор добрый, доктор готов сегодня поработать и за еду. Курочек не осталось со вчерашнего дня?
— Это дракон огорчился тому, что мы навели порядок в его логове.
— Дракон? Тот самый дракон, с нижних прудной? Писали, что его уже давно грохнули, да и братва то же самое говорила, — вскинул бровь врач, — А он, оказывается, у вас отсиживается. Не ожидал. Ведь я ему должен.
— Задолжали дракону? Он настолько разумен, что способен это понять?
— После третьего покушения, мозгов там конечно мало осталось, но таки не настолько же.
— Покушения? Да у кого только рука на него поднялась?? — возмутился искренне Сашка, — Хотя да, конечно. Шкура, клыки, когти — все это, наверное, очень ценно.
— Да уж. Чем только люди не торгуют, — кивнул врач.
— Не знаете, а хозяина у него сейчас нет? — сколько надежды в Сагкином голосе.
— Насколько я знаю, Дракон ни под кем не ходит. Он всегда был сам по себе.
— Это хорошо.
— Наверное. Так где комната болезного?
— Вон там, внизу, — сделала я движение рукой.
— Внизу, значит. Бомбоубежище он себе там обустроил, что ли, — двинулся доктор в сторону подземелья.
— Я провожу?
— Не стоит. Нам нужно уладить некоторые дела без посторонних ушей. Видите ли, Дракон давал мне заем, несколько миллионов, на мобильный рентген аппарат в свое время. Долг я тогда не отдал, решил что Дракона убили. Как бы чего не было. Я уж лучше один схожу, прогуляюсь, бронхи ему полечу. Может, и ничего, и обойдется. Как же я так ошибся? Вот сейчас и узнаю.
— Держите ключик от двери. Удачи! — вложила я ключ в холеную руку.
— Она мне сегодня особенно пригодится.
Дракон
Страшно и любопытно. Понимаю, что быть такого не может, что я столкнулся с истинным чудом, самым настоящим волшебством, которое спускается на землю только в предпраздничную ночь Нового снега. Тогда по легенде, если крепко поверить в чудо, то огонь в камине разожжет сам Снежный дед, спустится бесшумно по дымоходу и все желания непременно сбудутся. Чудо, в которое можно поверить только в детстве.
Я не поленился, нашел книгу о легендарных существах, растопил поярче очаг и устроился в кресле. Сердце замирает в предвкушении чуда. Пожелтевшие страницы мельтешат отпечатками старых гравюр. Вот, например, единорог, который служит в упряжке Снежного деда. Калечный с виду, бескрылый, на голове у него добрая сотня рогов сплелась в замысловатое дерево. Уж не его ли я видел? Неужели, это он мне принес этих синих кур? Но почему? Как и чем я заслужил такие подарки? Потянулся коготком, наколол одного цыпленка на коготь, сощурился и целиком запихнул в свою пасть. Необычайное лакомство! Кости так и хрустят на зубах. Восхитительно.
Не верю в то, что случилось. Вот оно чудо, в моих собственных лапах. Почти невесомое, осязаемое, его даже можно прожить в рот. Хрусть! Ещё одного цыпленка съем, а последнего засушу и оставлю на память, чтобы точно знать, что этот вечер мне не примерещился, а случился на самом деле.
Перекатываю на языке последнюю косточку, страницы книги мельтешат картинками оживших бабушкиных рассказов. Ведьмы и эльфы, единороги и гномы. Сколько всего! Неужели они существуют? Говорят, снежному деду стоит оставить особую благодарность перед камином. Горстка рубинов и горстку сапфиров. Если камни исчезнут к утру, то весь год будет свиным и сладким. Повинуясь глупому чувству, встаю, долго шарю лапой в своем кошеле, вынимаю десяток камней покрупнее и складываю в две горки. Тут меня осеняет. Неужели сокровища брал у меня сам Снежный дед в знак особого расположения? Ух! Пусть бы ещё брал! Вот оно, какое бывает, оказывается, настоящее волшебство!
Вернулся в кресло, устроился поудобней, буду караулить хоть всю ночь напролет, только бы ещё раз встретиться с волшебством лицом к лицу.
В углу комнаты зашебуршало. Неужели час волшебства снова так близок? Громко треснуло полено в камине, фейерверк искр рассыпался на горячих углях. Я боюсь сделать вдох. Как назло в носу засвербело. Насморк так никуда и не ушел.
В комнату влетела метла, бросила к моим ногам съестное и улетела обратно.
Наклоняюсь, чтоб подцепить когтями подарки. Лапы дрожат от волнения. Небольшой пряник, запечённый окорок, твердое молоко. Сказка! Она существует! Она здесь, прямо сейчас, творится в моем скромном логове! Твердого молока не бывает нигде кроме как в легендах, но я уже держу его в когтях!
Плюхнулся на ковер и заулыбался. Отираю лапой слезинки, что встают на глазах. Снежный дед! Ты существуешь! Не зря я в тебя верил и ждал.
Знакомый скрип, сердце ухнуло в пятки. Залитый светом проем возник вместо каменной кладки, там, где его быть никак не должно. Снежный дед смотрит на меня так, будто бы все обо мне знает с самого детства, и на душе так легко. В глазах его мелькают искры веселья, они будто бы обещают, что все будет хорошо и жизнь сложится счастливо.
— Здра… — начинаю я и чихаю огнем. Дед исчезает, дымится старое кресло. Неужели он сюда больше никогда не придет?
Глава 38. Настя
Вчетвером подглядываем за доктором, чупокабр и тот сопит внизу у двери. Вот уж не думала, что этот интеллигентный с виду мужчина такой рисковый. Да уж. Впрочем, ещё неизвестно, что опасней, дракон или авторитетный вор. Как по мне, дракон лучше. Сожрет, так хоть без изысков.
— Анджей, тебе там удобно? Может мне чуть сдвинуться, — шепчет Анна бастарду.
— Очень удобно, не беспокойся, дорогая, — мне кажется, он рискует заработать косоглазие. Правый глаз смотрит в узкую дверную щёлочку, а левый в скромный вырез женского платья.
