– А его курьер успел уже убежать! – воскликнул он. – Теперь меня поймали!… Но этот верховой точно ли был слуга?… О! Друг Ле-Мофф, как же ты поглупел!
ГЛАВА XX
Преисподняя тюрьмы
Ле-Мофф совсем не имел желания ждать, когда герцогу де-Бару вздумается употребить таинственные средства защиты против него. Он думал только о том, как бы скорее отыскать своих товарищей и бежать из этого проклятого замка. Выйдя из зеленой комнаты, он поторопился собрать своих людей, гревшихся в кухне.
– В дорогу, марш! – приказал он и, присоединяя к слову дело, бросился во двор, где стояли их лошади: никто, видимо, не собирался препятствовать их отъезду.
Когда все уже садились на лошадей, раздался оглушительный стук у ворот замка, что заставило полураздетого управителя опять выбежать навстречу с фонарем в руках.
– Да что это за проклятая ночь, – бормотал он сквозь зубы. – Ни на минуту не дадут заснуть.
По знаку Ле-Моффа двое людей схватили управителя, который при этом задрожал как лист.
– Держите его крепче, – сказал Ле-Мофф, – я сам пойду отворять, это будет понадежнее.
Он прошел под глубокими и темными сводами, в конце которых находились ворота. Со времени разрушения подъемного моста в дни войн при Генрихе Четвертом эти ворота всегда тщательно запирались.
– Кто тут? – спросил Ле-Мофф.
– Дворянин умоляет оказать ему гостеприимство.
Ле-Мофф встал на колени и, заглянув снизу из подворотни, увидел четыре лошадиные ноги.
«Один всадник, отворить можно», – подумал Ле-Мофф.
По его приказанию привели управителя, который принялся усердно отодвигать засовы, поднимать перекладины и отпирать замок.
Всадник въехал под своды, Ле-Мофф повернул свет фонаря на лицо его и воскликнул:
– Это вы, господин Жан д'Ер!
Лотарингец узнал его и хотел что-то сказать, но предводитель приложил палец к губам и взял лошадь за узду, пока всадник слезал.
– Смотрите же не выпускайте его, – сказал Ле-Мофф своим людям, указывая на управителя. Отводя Жана д'Ера в сторону, спросил: – Какая злая судьба привела вас в этот замок?
– Почему же злая судьба?
– Да мы попали в самое гнездо мазаринистов.
– А мне что за нужда до этого, если герцог де-Бофор тоже здесь.
– Как здесь? – воскликнул от неожиданности ошеломленный Ле-Мофф.
– Еду я из Парижа отыскивать герцога де-Бофора. По дороге только и делал, что расспрашивал о нем. На мое счастье, нашелся человек, который провел меня до замка, где находятся путешественники, за которыми я гоняюсь. Вот дело в чем.
– Объяснимся лучше – вы точно уверены, что герцог де-Бофор здесь?
– Разумеется, здесь, да еще с госпожами де-Лонгвилль и Мартино, точно в том же порядке, как они выехали с Сент-Антуанской улицы.
– Герцог де-Бофор здесь? Ну теперь я не удивляюсь, отчего герцог де-Бар так перепугался!
Через несколько минут управитель провел их в комнату, где Бофор спал самым крепким сном.
– Ваше высочество, если бы вам было известно, кто с вами находится под одной кровлей, так вы загородили бы свои двери, – сказал Ле-Мофф, разбудив герцога.
– Что это значит?
Атаман рассказал о своей встрече с каретой и об исчезновении герцога де-Бара.
– Хорошо, теперь я предупрежден, – сказал Бофор. – Остается положить шпагу под бок и спокойной ночи!
– Как угодно вашему высочеству. Спите спокойно, но я не буду спать и лягу у вашей двери, – сказал Ле-Мофф.
– Что это, приятель, ты никак не на шутку заразился самоотверженностью ради меня? – спросил герцог.
– Ваше высочество, вы приказали мне явиться к вам во дворец; вероятно, вы имели надобность передать мне что-нибудь. Не отдадите ли мне приказание здесь?
– Охотно сказал бы и здесь, но у стен с потайными дверями должны быть и потайные уши. Подождем немного.
Ле-Мофф удалился; герцог подал руку Жану д'Еру, тоже прощаясь с ним, но Жан д'Ер дал знать глазами, что желает остаться.
– Говорите тише: я догадываюсь, от кого вы, – сказал герцог, притягивая его к себе.
– Ваше высочество, я получил приказание не оставлять вас и драться за вас.
– Как, вам известна моя тайна?
– Я поклялся умереть за вас!
Герцог крепко пожал руку Гонтран-Жану д'Еру и сказал:
– Друг, отныне ты мне брат по оружию на жизнь и на смерть. Тебя именно недоставало моему сердцу; ты такой человек, которого я всегда жаждал. Ступай спать, брат, потому что завтра мы попытаемся совершить безумное дело, где и головы можем сложить.
– Вы считаете дело безумным и отправляетесь туда?
– Молчи! – сказал герцог с таким выражением в глазах, которое поразило молодого кавалера.
Молча пожали они друг другу руки, и Жан д'Ер вышел.
По приказанию Ле-Моффа слуга проводил Гонтрана в комнату во втором этаже. Ле-Мофф считал, что имеет право распоряжаться в замке, в котором находится герцог де-Бофор. Отпустив управителя спать, он поместил в его комнате двух вооруженных разбойников; сам же лег у дверей Бофора, отложив до завтра поиски де-Бара – хотя бы пришлось ему для этого разрушить замок.
Гонтран-Жан д'Ер, не раздеваясь, тоже бросился на постель. Он тоже не предвидел ничего доброго из пребывания в замке де-Бара, репутация которого распространилась даже в Лотарингии.
Молодость крепко спит; продолжительное путешествие верхом и во весь опор тоже располагает человека к крепкому сну, так что не прошло и двух минут, как Жан д'Ер спал как убитый. Вдруг странное ощущение разбудило его: ему показалось, что кто-то громко кричит ему в самое ухо.
Он насторожился – глубокое молчание царило вокруг. Решив, что это был сон, он опять опустил голову на подушку, но в ту же минуту крик повторился. На этот раз он не ошибался: кто-то кричал и звал на помощь.
Крики выходили, как ему казалось, из-под пола, и кричала женщина.
Пылкое и великодушное сердце недолго думает. Гонтран не сомневался, что помощь его будет полезна. Вскочив с постели и схватив шпагу, он бросился к двери. Но напрасны были его усилия отворить дверь – она была заперта на замок.
«Засада! Что бы это значило?» – подумал он.
Он догадывался, что особа, которой грозит опасность, находится этажом ниже. Гонтран открыл окно и, выглянув оттуда, увидел небольшой балкон как раз под окном, на расстоянии десяти шагов. Ему показалось, что не составит большого труда спуститься на балкон.
Без малейшего колебания он вылез из окна и, ухватившись за подоконник, повис в воздухе; затем, соразмерив свой прыжок, упал прямо на балкон. В одну минуту он выбил окно и влез в него; но вместо комнаты, в которой рассчитывал найти женщину, звавшую на помощь, очутился в длинном коридоре, в конце которого было высокое окно, освещенное луной.
