Читаем без скачивания Белый царь – Иван Грозный. Книга 2 - Александр Тамоников

Царь надолго задумался.

Тишину прервало появление опричного стражника.

– Государь, к тебе Федор Миронов просится. Издалека прибыл, конь в мыле. Говорит, что имеет важные новости.

– Миронов? – переспросил царь. – А кто он есть-то?

– Говорит, что разведчик наш у поляков. Его еще князь Шуйский заслал в войско Радзивилла.

– Пусть войдет! – приказал царь.

– Слушаюсь!

Малюта крикнул охраннику:

– Да проверить как следует этого разведчика не забудьте. К царю допускаете!

– Конечно, Григорий Лукьянович.

Опричник ввел мужчину лет тридцати пяти.

– Вот он, Федор Миронов.

Разведчик поклонился.

– Долгих лет тебе, государь.

– И тебе тоже. Что за важные новости у тебя?

– К Борисову от Минска движется большая, я слышал, стотысячная армия поляков и литовцев во главе с самим Сигизмундом. Сейчас она встала лагерем.

– Лагерем? – удивился Иван Васильевич. – Король что, не разворачивает войска для ведения боевых действий? Он же прекрасно осведомлен, что послезавтра русская армия выйдет к Ршанскому яму, откуда нам открыт путь на Ригу!

– Сигизмунд остановил войска. Я тоже был удивлен и попытался узнать, почему поляки встали, имея силы, способные дать бой русским войскам. И вот что удалось выведать от одного польского ротмистра. Король ждет каких-то новостей из Москвы, а главное – из стана нашей армии. А вот каких именно, того не знаю.

Царь повернулся к Скуратову:

– Устрой Миронова среди своих людей и возвращайся.

Скуратов вывел лазутчика, вскоре вернулся.

– Все в порядке, государь. Федор Миронов или кто он на самом деле, находится под надзором моих людей.

– Хорошо! Узнал у него, где Сигизмунд остановил войска?

– Да, государь. У Родошковичей.

– Срочно вышли туда лазутчиков. Мне надо знать, чего ждет Сигизмунд, каких новостей.

– Это уж как получится.

– Ты ступай, не рассуждай! Двенадцатого числа в Ршанском яме я должен иметь все необходимые сведения.

– Понял, сделаю. – Скуратов вышел из шатра.

Царь проговорил:

– Похоже, князь, показания Дубровского полностью подтверждаются. Каких новостей может ждать Сигизмунд? Только сообщения о том, что я низложен и буду выдан ему. Вот так, Дмитрий.

– А каких же тогда новостей ждет Сигизмунд из Москвы?

– Думаю, сообщения о том, что наследники престола, мои сыновья, тоже пленены либо мертвы.

– Да что ты такое говоришь, государь? У всякой подлости должен быть предел.

– Должен, князь, но не сейчас, да и не у бояр, которые решили пойти на все ради моего свержения. Видно, у них не осталось терпения, а с ним и возможностей захватить власть если не сейчас, то позднее.

– Надо созвать совет и объявить воеводам о заговоре. А до того стянуть к ставке все опричное войско. Тогда изменники не смогут захватить ставку.

– Опричное войско подтянуть можно. Оно стоит недалеко. К тому же здесь мятежники действовать не будут. Они дождутся, когда полки из Ршанского яма пойдут на литовские крепости. Тогда их придется разделить. Сигизмунд готов к битве, ее не миновать. Еще более удобный случай.

– Тогда надо поворачивать назад, на Москву, и чинить следствие по факту измены. От похода придется отказаться. Да, сбывается пророчество блаженного Григория. Войну предстоит вести не с внешним, а с внутренним врагом. Кто бы мог подумать, что наше боярство дойдет до такой подлости!

– Это должно было произойти, князь. Да, поход придется отменить, но разворачивать войска сейчас нельзя. Этим мы спугнем заговорщиков. К тому же надо будет изучить данные лазутчиков, которые поступят послезавтра. Войско пойдет к Ршанскому яму. Там мы и проведем большой военный совет, на котором я объявлю свое решение по дальнейшим действиям.

– Что ж, государь, тебе виднее.

– Ты сам, князь, прекрасно понимаешь, что другого выхода у меня нет.

– Понимаю.

– Тогда помолимся да приступим к трапезе.

– Да.

Но молитву и ужин царю пришлось отложить.

На входе вновь показался опричный стражник.

– Государь, к тебе прибыл князь Старицкий.

Это было совершенно неожиданно.

Царь и Ургин переглянулись.

Иван Грозный проговорил:

– И что бы это означало?

– Узнаем, выслушав князя. Может, он просто приехал проведать двоюродного брата?

– Просто так князя Владимира сюда силком не затащишь.

– Мне, наверное, следует уйти. Все же вы…

Царь не дал Ургину договорить:

– Нет, князь. Останься!

– А если Владимир Андреевич будет против?

– Разве он уже сменил меня на престоле?

– Я понял.

Иван Грозный приказал стражнику:

– Пусть князь Старицкий войдет!

Владимир Андреевич шагнул в шатер, сбросил верхнюю дорогую одежду.

– Долгих лет тебе, Иван.

Царь усмехнулся.

– Твоими молитвами, князь, может, и поживу еще. С чем пришел?

– Покаяться!

Иван Васильевич изобразил изумление.

– Покаяться? Но я не священник.

– Все так, однако дело серьезное.

– Садись, я слушаю тебя.

Князь Старицкий посмотрел на Ургина.

Царь перехватил этот взгляд и сказал:

– Князь Ургин останется здесь. Говори!

– Хорошо. Хотя ничего хорошего в том, что я намерен тебе сообщить, нет. Бояре опять готовят заговор против тебя.

– Владимир, ты ничего нового не сказал. Сколько царствую, столько враждебные бояре и чинят против меня заговоры. Или ты об этом не знаешь? А они, кстати, прикрываются твоим именем.

– Но теперь все обстоит гораздо серьезнее, чем прежде.

– Продолжай!

– Король Сигизмунд склонил к измене конюшего, боярина Федорова-Челяднина. А с ним еще тридцать вельмож, среди которых князья Мстиславский, Бельский, Воротынский. Да, Федоров выдал лазутчика Козлова. Бельский самовольно сдал письмо короля. Они сделали это лишь для отвлечения твоего внимания. Федоров вообще, как мне представляется, ведет двойную игру.

– Что-то я плохо понимаю тебя, Владимир.

– Боярин Федоров отказал Сигизмунду, но не прекратил борьбы с тобой. Он, видимо, желает сам возглавить заговор. Федоров приходил ко мне. Боярин предложил мне сдать тебя Сигизмунду, занять престол и сделать его первым после меня человеком. Опричнину же распустить.

– Откуда тебе известно о том, что названные тобой вельможи продолжают отношения с королем?

– Так сам боярин Федоров и передал мне список заговорщиков, показывая этим, какие силы стоят за ним, ну и за мной!

– Боярин Федоров-Челяднин сдал тебе своих сообщников?

– Так он же на моей стороне. Что в этом странного?

– То, что ты или кто-нибудь из твоего окружения наверняка известили бы меня о заговоре. Вот что странно, Владимир Андреевич.

– Я не знаю, почему Федоров передал мне списки. Может, тоже раскаялся?

– Тогда он принес бы их не тебе, а мне.

– Тоже верно. Ничего не понимаю.

– Разберемся. А почему ты решил сдать людей, желающих посадить тебя на трон?

– Я не враг Руси. Ты – законный царь, я – твой подданный!

– И давно ты осознал это?

Старицкий взглянул на Ивана Васильевича.

– Ты знаешь, я всегда придерживался такого мнения.

– Тогда почему собираешь вокруг себя изменников?

– Так я разве виноват, что они сами идут ко мне и твердят одно и то же, мол, трон должен быть твоим?

– Но раньше ты не выдавал изменников. Что сейчас произошло?

– Я уже сказал, дело заходит слишком далеко. Жизненно важно подавить заговор в корне, пока он не перерос в открытый бунт.

– Смотри как заговорил! Мне известно о заговоре, и я приму необходимые меры. Ты же занимайся подчиненными тебе войсками. Послезавтра полки должны встать лагерем у Ршанского яма. Это все!

– Как? – воскликнул князь Владимир. – Несмотря на внутреннюю угрозу, ты решил продолжать поход?

– Пока я не вижу оснований отменять его, а там посмотрим.

– Оставишь заговорщиков на свободе?

– Покуда, Владимир Андреевич, я менять ничего не собираюсь. Предлагаю отужинать вместе.

– Благодарю, я не голоден, – отказался князь Старицкий, явно опешивший и никак не ожидавший подобной реакции царя на, казалось бы, серьезнейшие угрозы.

– Тогда занимайся войсками. С часу на час подойдут обозы, и двинем дальше. Списки заговорщиков я оставлю у себя. Тебе о них лучше никому не говорить. Целее будешь.

– Да, конечно, государь. Позволь идти?

– Ступай, Владимир Андреевич! О походе думай!

Проводив двоюродного брата, царь вновь повернулся к Ургину:

– Что скажешь, князь? Что означает такой ход Владимира? Желание показать, что он в стороне, покуда его сообщники будут свершать государственный переворот, или действительно раскаяние и понимание всей губительности нового заговора?

– Хочешь узнать мое мнение? Слушай. Думаю, заговорщикам стало известно о том, что их планы частично раскрыты. Да это и понятно. Сначала где-то оплошал Иван Козлов, и его пришлось выдавать. Тем более что ничего особенного он знать не мог. Затем дурость Казарина Дубровского, приведшая его в темницу. Второе куда более опасно. Дьяк наверняка много знает. Своими опасениями изменники поделились с князем Владимиром, а тот просто струсил. Узнай ты о заговоре из других источников, ему грозило бы обвинение в государственной измене. Вот он и пришел к тебе со списком, который ему якобы передал боярин Федоров. Я же думаю, что этот список они составили вместе и включили в него тех вельмож, которых можно сдать без угрозы быть разоблаченными. Жертвуя этими персонами, Старицкий и Челяднин убивают двух зайцев. Они раскрывают заговор, который сами же и готовили, остаются в стороне и даже в почете. На самом деле негодяи всего лишь решили подождать. В большей мере, по-моему, это все касается Федорова и тех высокопоставленных вельмож, которых в списке отчего-то нет. Князь Владимир для них не более чем игрушка. Он сядет на престол, а править станут бояре. Ничего нового в этом нет.