Читаем без скачивания Послание к Филиппийцам - Дж. Мотиер

В понимании Павла такое чувство щедрости неотделимо от христианских взаимоотношений. Оно было фактически средством христианского общения, и он хвалит и одобряет его как таковое. Вы хорошо поступили, — говорит он, — принявши участие в моей скорби (ст. 14). Его нужда не была для них чем–то далеким. Они чувствовали ее и откликнулись и, действуя таким образом, по оценке Павла, «красиво поступили» (буквально). Поступать так прекрасно. Один член страдал, и все взяли это на заметку (ср. 1 Кор. 12:26 и далее; Иак. 2:14–16; 1 Ин. 3:16–18).

Наконец, эта щедрость копит сокровище на небесах (см. ст. 17). Павел всегда был очень щепетилен в отношении денежной помощи от церквей, которые он основал, и ни в коем случае не давал повода сказать, что им двигали собственные интересы. Поэтому здесь, несмотря на то что Апостол нуждался в помощи филиппийцев и не скрывал своей радости и удовлетворения от того, что получил ее (ст. 15), в то время когда другие церкви не оказали ему участия, он заметил, тем не менее, что не жаждал того, что они послали. Он даже рискует показаться невежливым, чтобы подчеркнуть истинную ценность помощи: не потому, чтобы я искал даяния. Казалось бы, что за ответ на дело чуткого христианского общения! Но в этом не было какого–то умысла. Просто он с полным спокойствием принимал любые обстоятельства, назначенные ему Господом, и действительно не жаждал для себя их искренних даяний. Однако он желал кое–чего для них — плода, умножающегося в пользу вашу (ст. 17). И, кажется, он считает, что христиане должны искать возможностей распространять свою щедрость на нуждающихся, потому что, продавая то, что имеют, и раздавая милостыню, они создадут себе «влагалища неветшающие, сокровище неоскудевающее на небесах» (Лк. 12:33). Потому что Бог не будет неправедным и не забудет их труд и любовь, которую они показали ему, служа святым (Евр. 6:10).

Именно на этой ноте Павел заканчивает свое сопутствующее наставление о христианской щедрости. Это дело, угодное Богу: благовонное курение, жертва приятная, благоугодная Богу (ст. 18). В Библии много упоминаний о «благовонном курении». После потопа Ной принес Богу жертву всесожжения, и мы читаем: «И обонял Господь приятное благоухание, и сказал Господь в сердце Своем: не буду больше проклинать землю за человека…» (Быт. 8:21). Картина проста, наставление очевидно. Жертва всесожжения выражает собой послушную преданность Богу, и Бога радуют Его люди, преданные Ему. Павел учит здесь, что, когда христианин берет на заметку христианские нужды и искренне жертвует, чтобы удовлетворить их, для Бога это все та же жертва всесожжения, и Он с удовольствием принимает ее.

2. Христианская дисциплина

Итак, щедрость вносит первый вклад в христианскую удовлетворенность. Господь использует ресурсы одного, чтобы восполнить нужды другого. Второй фактор в создании христианской удовлетворенности — это собственное отношение христианина к обстоятельствам. Мы, христиане, в трудные времена можем либо жаловаться, либо, благодаря дисциплине, быть довольными, считая, что имеем все необходимое, чего бы это ни касалось. В этих стихах Павел говорит о личном, и он свидетельствует, что «довольно» и «удовлетворенность» тесно связанные друг с другом понятия — если речь идет о том, в чем мы сами испытываем нужду. Это самодисциплина, когда человеку не надо больше того, что он имеет.

Прежде всего мы должны принять решение не жаждать. Мы уже отметили, как щепетильно Павел обособлял свою финансовую независимость от награды за проповедь благовествования (см. также 1 Кор. 9:18), даже рискуя быть не слишком любезным в выражении своей благодарности филиппийцам за их щедрый дар: не потому, что нуждаюсь (ст. 11); не потому, чтобы я искал даяния (ст. 17). Но здесь нет небрежности или неохотной благодарности, и Павел охраняет замечательную христианскую противоположность жадности — удовлетворенность. Это слово использовалось философами–стоиками для определения бесчувственно, безжизненно безучастного человека, которого ничто не трогало, потому что в себе самом он нашел полностью удовлетворяющий его мир. Павел придал этому слову значение «спокойной удовлетворенности» христианина, противоположной ненасытному желанию иметь все больше. Свободный от духа жадности, Павел был способен «одолевать» любое обстоятельство (ст. 11—12). В прошлом Давид, великий человек, не выдержал испытаний ни лишениями, ни жизнью в процветании (1 Цар. 27:1; 2 Цар. 11:1 и далее), Иосиф же победил на обеих аренах (Быт. 39:9; 40:8). Павел соответствовал Иосифу. Обстоятельства больше не имели над ним власти, так как он был доволен.

Этой удовлетворенности он научился. Выражение я научился (ст. 11) делает акцент на личном местоимении, словно Павел еще и спрашивает, понятен ли филиппийцам и нам его опыт; «Я научился (а вы?)». Где он научился этому и как? Говорит ли он об убедительном и запоминающемся прошлом событии, возможно, на пути в Дамаск, или, возможно, как в 3:7, ссылается на какой–то другой случай, какой–то пережитый им опыт Христа, который раз и навсегда изгнал из его мыслей желание мирского благополучия? Однако скорее Апостол использует эту решительную глагольную форму, чтобы показать, что это постоянная и неизменная черта его характера. Он никогда не будет другим. Ибо во второй части стиха 12 он использует другой глагол, когда говорит: научился всему и во всем. Этот глагол использовался в греческих тайных религиях для обозначения людей, прошедших различные «ступени» и наконец принявших в полное владение саму «тайну». Павел говорит: «Я прошел разные ступени возрастающей отстраненности от вещей мира, от его удобств и неудобств, и наконец я достиг зрелости в этом вопросе. Я знаю секрет; обстоятельства никогда больше не смогут затронуть меня». Итак, удовлетворенность — это характерная черта зрелого верующего, и к ней должны стремиться все верующие, если хотят возрастать во Христе, который не имел «где приклонить голову» (Лк. 9:58).

Интересно сравнить это с оценкой событий в Массе, когда Израиль путешествовал из Египта. В Исх. 17:7 мы читаем: «И нарек месту тому имя: Масса и Мерива, по причине укорения сынов Израилевых и потому, что они искушали Господа, говоря: есть ли Господь среди нас, или нет?» Но в Пс. 80:8 сказано: «При водах Меривы испытал тебя». Масса и Мерива были не случайностями на пути, а преднамеренными деяниями Бога, чтобы «испытать» веру Его народа (ср. Втор. 8:2), проверяя качество их преданности Ему. Но люди встретили испытание в духе неверия. Они пытались подтолкнуть руку Бога. «Если бы Бог действительно был с нами, этого никогда бы не случилось. Пусть он выведет нас, и мы доверимся ему». Таким образом, они «испытывали» Бога. Насколько отличалась их реакция от замысла Бога! Если бы они доверились, как оправдалось бы их доверие в Нем!

Павел выучил урок. Мало–помалу, испытание за испытанием, обстоятельство за обстоятельством, он упорно проходил низшие «ступени», пока, наконец, не «закончил образование» и не стал обладателем «секрета». Удовлетворенность далась нелегко. Он приобрел ее ценой изнуряющей дисциплины. Но, как мы сейчас увидим, он нашел в ней Божью благодать, потому что его сердце, отученное от «вещей», принадлежало целиком и исключительно Богу.

3. Христианская доверчивость

Павел, довольный христианин, отдает всю славу Богу. Стих 20 выражает такие знакомые идеи, что легко можно не заметить, как это удивительно. Что значить отдавать славу Богу? Это значит принимать все обстоятельства, как посланные Богом, и прославлять Бога во всех них: и когда филиппийцы не могли помочь ему (ст. 10), и время голода и изобилия (ст. 12), и церкви, которые им пренебрегали, и те, которые его помнили (ст. 15). Павел был доволен, потому что Бог всегда достоин доверия и должен быть прославлен, даже когда (согласно мировым стандартам) кажется, что Он не такой! Апостол научился быть довольным, потому что он научился доверять.

Он показывает это двумя способами. Во–первых, в выражениях личного опыта: Все могу в укрепляющем меня Иисусе Христе (ст. 13). Никогда не было обстоятельств, над которыми не властен Бог, и поэтому никакое обстоятельство не могло когда–либо победить Павла. Здесь выражена сильная вера. Стихи говорят о двух видах силы. С одной стороны, Павел чувствовал силу в конкретной жизненной ситуации: «Я способен на все», то есть он имеет силу, чтобы встретиться с особыми обстоятельствами каждого дня и подчинить их. Это сила для победы над требованиями каждого дня. Но она возникает из силы другого рода, не присущей Павлу. Павел обладает этой повседневной силой для повседневных нужд благодаря Тому, Кто «наделяет… динамитом». Бог тайно вливает силу (dynamis) в своего Апостола, и когда появляется потребность, она готова к применению.