Читаем без скачивания Жадина платит дважды - Дарья Калинина

Нам не оставалось ничего другого, как отправиться следом за роковым красавцем, который потерял след и без толку метался по кладбищу, его встревоженное лицо выглядывало из-за крестов то тут, то там. Наконец он догадался посмотреть, а не уехал ли его подельник на своей машине. Она стояла на месте, и роковой красавец заметался по кладбищу с удвоенной силой.

Нам скакать за ним через могилы было не с руки, к тому же мы заметили, куда отвел Сергеенко задержанного.

И поэтому смирно стояли, не теряя из вида фургончика, и ждали. Ждать пришлось недолго. Минут через двадцать господин с часами вышел из фургончика и снова присоединился к остальным. Роковой красавец заметил его и, расплывшись в счастливой улыбке, последовал за ним на поминки.

Странное поведение рокового красавца несказанно удивило нас. Мы решили задержаться и выяснить, кто же тот задержанный господин, которого так быстро отпустили.

С трудом избавившись от Коляна с Коротышкой, мы подошли к фургончику. Последние пары процессии выходили из ворот кладбища, когда из фургончика показался опер Сергеенко все с той же лопатой и в тех же замызганных брюках.

– Вы тут зачем? – удивился он. – Вы что, близко знали Никаловского?

– А кто тот человек, которого вы задержали? – поинтересовалась Мариша.

– А-а, расследуете? – ухмыльнулся Сергеенко. – Смотрите, как бы лейтенант не узнал, тогда он вообще взбесится – А где он сам?

Сергеенко повел глазами вокруг.

– Лежит в засаде? – догадалась я. – Ждет визита убийцы?

Сергеенко с многозначительным видом промолчал.

– А почему вы отпустили этого подозрительного типа?

Между прочим, он явился на похороны без приглашения, никто его не знает. Ни жена, ни коллеги, ни друзья.

– Это друг Никаловского по университету, – сказал опер. – Верней, не совсем так. Жена этого господина училась вместе с Никаловским в одной группе, а…

– Так это муж Натальи Петровны? – дружно воскликнули мы, вспомнив про письмо, которое оставила нам Настя.

– Да, а вы, девчонки, я смотрю, время даром не теряете, – заметил опер. – Пожалуй, лейтенант был прав насчет вас. Как бы вам без головы за свое любопытство не остаться.

– А второй? – спросила я.

– Какой второй?

– Тот, который следил за мужем Натальи Петровны, такой высокий, черноволосый, с бородой Очень подозрительный.

– Не заметил, – заявил Сергеенко. – Никого подозрительного не увидел.

У меня от возмущения в зобу дыханье сперло. Куда он смотрел? Как можно было не заметить этого рокового типа? Просто в голове не укладывалось. Где у мужиков глаза?

Мы быстро распростились с Сергеенко и отправились следом за всеми на поминки, надеясь найти там отца Насти, передать ему письмо, а заодно и предупредить насчет слежки за ним.

Но на поминках Настиного отца уже не оказалось, точно так же, как и рокового красавца, следящего за ним Мы поспешно проглотили по блину, запив его киселем, и приготовились улизнуть, но тут нас атаковали Колян с Коротышкой.

– Ну, девчонки, режиссера похоронили, пора и о более приятных делах подумать, – игриво сказал Колян, обняв Маришу за талию. – Как насчет поездки на природу? Прямо сейчас и махнем.

– А вино, продукты? – попыталась отмазаться моя подруга.

– Купим.

– А мясо для шашлыка? – нашлась я. – Его сутки мариновать нужно.

– Тоже купим, знаю один супермаркет на Ветеранов, там такой шашлык продают, просто пальчики оближете.

И возиться с мясом не надо. Нежнейшая свининка замаринована в кефире. Получается еще лучше, чем в вине, – встрял Коротышка.

– Можно и погулять, – согласилась Мариша, коварно сверкнув глазами. – Тем более что похороны эти явно не последние.

– Что ты хочешь этим сказать? – насторожился Колян. – Кого еще пришили?

– Не знаю, как его точно звали. Просто когда мы сидели в милиции и ждали, пока нас вызовут на допрос, то услышали, как наш лейтенант сказал: «Нужно найти связь между смертью Никаловского и смертью этого Метлы. Характер ранения и орудие убийства в обоих случая идентичны. И тут и там людное место, день и даже нож в сердце один и тот же. Да еще эти пальчики на портфеле».

– А еще что он сказал? – внезапно охрипшим голосом спросил Колян. Коротышка, так тот вообще глаз не сводил с Маришиного рта.

– М-м, – сделала вид, что припоминает, Мариша. – Еще говорил, что нужно будет пошарить в окружении убитого парня, как его, Метлы, так и Никаловского. Авось где-нибудь они еще с кем-нибудь пересекались.

– И сказал, что у него предчувствие – эта смерть, мол, не последняя, – добавила я уже от себя.

– Он точно сказал – Метла? – спросил у нас побледневший Колян. – Может быть, как-нибудь иначе, вы просто перепутали?

– Точно, Метла, – заверили мы его в один голос. – Такая кличка занятная, мы ее хорошо запомнили.

– Значит, и Метла мертв, – прошептал Коротышка. – Ох, беда!

И они с ужасом переглянулись.

– Так что вы загрустили? – спросила у них Мариша. – Едем за город на шашлыки?

Но парни на шашлыки уже не хотели, им вообще кусок в горло не лез. Они сели, нет, просто упали за стол и мрачно выпили. После первой они выпили еще и еще. Где-то на тринадцатой рюмке, то есть минут через десять, мы ушли, оставив их в полной прострации. Никогда бы не подумала, что у этих двоих была такая чувствительная натура, надо же, чужую смерть воспринимать так болезненно. А на вид они оба казались крепче дуба.

Теперь ничто и никто не помешал бы нам навестить Настиного жениха и передать ему письмо, а в случае его отсутствия вручить письмо Настиному отцу.

– Пожалуй, вернее будет сразу же пойти к Настиному отцу, – сказала я. – По крайней мере письмо послужит предлогом для нашего визита.

Так мы и сделали. То есть хотели сделать, но коварная действительность в который раз нарушила наши планы.

Несмотря на наши настойчивые звонки, дверь нам никто не открыл. Мы еще немного побились об нее, но тут из соседней квартиры, той самой, куда было адресовано Настино письмо и куда мы не пошли, выглянула растрепанная голова.

– Он уехал, – сказал парень. – Около четверти часа назад.

– А ты Роман? – спросила Мариша, мельком глянув на конверт.

– Да.

– Тебе письмо, – уныло сказала я. – От Насти.

– Вот здорово! – обрадовался парень. – А я ей тоже с ее отцом передать хотел, но с ним был незнакомый мужик, и я постеснялся подойти. Может быть, вы его Насте передадите?

Я хотела сказать, что мы в ближайшее время в Псков не собираемся, пусть он лучше доверится почте, но прикусила язык.

– Какой незнакомый мужик? Такой с роскошной бородой и высокий?

– Точно! – сказал парень. – Они вместе и уехали.

– А откуда ты знаешь, что они отправились в Псков? – спросила Мариша.

– Понимаете, – замялся парень. – Я стоял возле двери и решал, отдать мне письмо Настиному отцу или это уж чересчур нагло. И услышал, как он говорит тому бородатому, что бензина до Пскова у него хватит. А там рукой подать, как-нибудь дотянут. Ясное дело, что к жене и дочке собрался.

– Они его вроде не ждут, – растерялась я.

– А бородатый с ним поехал? – спросила Мариша.

– В машину сел с ним, – кивнул Роман. – Должно быть, с ним поедет, потому что пока они спускались по лестнице, бородатый все расспрашивал про Настю.

– Про Настю? – воскликнула я. – Что про Настю?

– Фотографию хотел сделать, вроде был он корреспондент от какой-то газеты. Зачем-то ему Настя срочно потребовалась, так что он даже Степана Аркадьевича из дома вытащил.

– Очень подозрительно, – заметила Мариша, когда мы распрощались с Романом, который все-таки сунул нам в руки письмо. – С чего это Настиному отцу среди рабочего дня все бросать и мчаться за тридевять земель, чтобы отвезти фотографа к его дочери. Послал бы подальше – все дела.

Добро бы, конкурс красоты или мисс Телевидение, а тут…

Какая-то газета! Давай-ка мы еще разок в Псков смотаемся, чует мое сердце, сейчас мы наткнулись на что-то стоящее, Лейтенант лежал в засаде в грустной задумчивости.

Уже давно наступила ночь, а проклятый убийца, должно быть, никогда не смотревший западных боевиков или не сделавший для себя из них выводов, все еще не проявлял себя. Во всяком случае свой визит на кладбище он до сих пор откладывал. За день к свежей могиле подошло всего три человека. Первой оказалась старушка-проныра, собрав все букеты с могилки, она быстро с ними удалилась, чтобы пустить их в дело по второму кругу. Затем подошел абсолютно пьяный мужик, который просто заснул рядом с лейтенантом, обдавая его густым духом перегара.

Их лейтенант даже задерживать не стал. Бомж выглядел в край изможденным и справиться с упитанным Никаловским ему было бы не под силу, старушка исключалась из числа подозреваемых, не говоря уж про Метлу, который вообще не вылезал из тренажерного зала. То есть пока был жив – не вылезал. Третьим, уже перед самым закатом, в поле бдительного ока лейтенанта оказался опрятного вида сгорбленный старичок, который опять же не тянул на убийцу в силу своей тщедушной комплекции. Он, видимо, бродил по кладбищу в познавательных целях, присматриваясь, как тут живется покойникам.