с ней и придержал медленно оседающую на пол маму за локти.
‒ Что болит? ‒ взволнованно произнес он.
Держа одну руку на сердце, второй мама прикрыла глаза и пробормотала:
‒ Сердце… Ох, сердце… Как же больно! Адская боль! Ох…
Стас достал телефон и набрал «112».
‒ Женщина, сорок пять лет. Кажется, сердечный приступ, ‒ сообщил он, внимательно наблюдая за мамой, которая сразу же притихла, вслушиваясь в слова сына.
‒ В сознании? ‒ спросил оператор.
‒ Кажется, нет. Приезжайте скорее, у нее лицо синеет и руки холодеют. ‒ От волнения у Стаса колотилось сердце. Он переживал за маму, винил себя за вранье и обещал сам себе, что если маме действительно плохо, то он накажет себя тем, что бросит не только бальные танцы, но и любимые уличные.
Слава Стаса возымели свой эффект. Мама перестала охать, приоткрыла глаза и коснулась рукой своей щеки. Стас сделал вид, что не заметил этого и добавил:
‒ Приезжайте быстрее, пожалуйста. Нужна срочная реанимация и…
‒ Не нужна мне реанимация! ‒ не выдержала мама. ‒ Мне просто нехорошо.
Стас посмотрел на ее румяное лицо, по которому никак нельзя было сказать, что ей плохо.
‒ Извините, я ошибся, ‒ холодно сообщил оператору Стас и отклонил вызов.
Поднявшись на ноги, он отошел от мамы и посмотрел на нее сверху вниз. Его поведение нельзя было назвать приемлемым, но иначе он бы никак не проверил, симулирует ли она.
‒ Я был уверен, что ты доиграешь до конца.
Мама поджала губы и, поднявшись, отряхнула халат.
‒ После твоих слов мне действительно показалось, что у меня вся кожа посинела и замерзла, ‒ пробормотала она, избегая взгляда сына.
Стас хмыкнул. Все же Рэм оказался прав…
‒ Мам, вот нафига? Чтобы я тебя слушался?
Она устало опустилась на стул, провела пальцами по безупречно прокрашенным волосам и пробормотала:
‒ Ты рос без отца, и я думала, что не справлюсь с тобой в одиночку. Ты был упрямым ребенком, стоял на своем и не хотел меня слушаться. Как-то мне действительно стало плохо. Ты испугался и пообещал сделать все, что я скажу. После этого я и начала притворяться. Как ты меня раскусил?
‒ Я уже не ребенок, мам. По мне разве не видно?
Она наконец посмотрела на Стаса. Окинула его с ног до головы, задержав взгляд на широких плечах и лице. Губы мамы дрогнули в печальной улыбке.
‒ Ты и правда стал взрослым. Прости, что навязывала тебе свою мечту.
‒ А ты прости, что так жестко поступил с тобой. ‒ Стас шагнул к маме и обнял ее. С души как будто сняли тяжелые доспехи, которые тянули ее вниз. ‒ И спасибо, что услышала меня.
‒ Так! ‒ воскликнула мама, мгновенно взбодрившись. ‒ Вообще-то я еще не давала своего согласия на твою сомнительную деятельность.
Стас разомкнул объятия и направился в свою комнату. Мама осталось мамой, но он чувствовал, что разговор даром не прошел. Рано или поздно она смирится с его решением, ей просто нужно на это время.
‒ Эй, ты куда? ‒ крикнула мама.
‒ К Марине Викторовне. Надо сообщить ей, что я ухожу, ‒ бросил Стас.
‒ Сынок, может, еще подумаешь? Танцуй в паре с той девочкой, я тебе слова поперек не скажу…
Стас обернулся и, довольно ухмыльнувшись, сказал:
‒ Я уже с ней танцую. И продолжу танцевать, несмотря ни на что.
Глава 15. Прогулка по набережной
Саша видела много фотографий Паши в соцсети, но не могла представить, что он стал настолько высоким. Даже Стас с Романом оценили его рост и сделались еще более кислыми, чем были. В Артеме тоже радости было немного ‒ Варя увязалась за ним и теперь то и дело хватала парня за руку и мило хихикала.
Однако сначала парни пребывали в хорошем расположении духа, но как только Паша сгреб Сашу в объятия, все трое разом стали похожи на сварливых дедов, которые обижены на весь белый свет.
‒ Это твои друзья? ‒ спросил Паша, кивнув на троих ребят и повисшую на Артеме Варю.
‒ Угу, ‒ кивнула Саша. ‒ Стас, Роман, Артем и Варя. Мы ходим в одну танцевальную школу.
‒ Всем привет, меня зовут Паша, ‒ с широкой улыбкой представился парень.
‒ Ага, драсти, ‒ буркнул Роман.
‒ Привет, ‒ без энтузиазма отозвались Артем и Стас.
‒ Хай! ‒ Вика помахала Паше рукой.
Лица парней были такими недовольными, будто их заставили силой сюда прийти. Зачем они напросились на прогулку, Саша не понимала. Ей было стыдно за ребят перед Пашей, но его, кажется, искренне забавляла ситуация.
После того, как Саша рассказала другу о своей затее, он ни капли не удивился. Сказал, что с удовольствием подыграет ей и понаблюдает за тремя дураками, которые не смогли узнать в ней девушку. О том, что двое уже ее раскрыли, Саша упоминать не стала.
‒ Куда вы меня поведете? ‒ спросил Паша, с интересом рассматривая своих новых знакомых.
‒ На набережную, ‒ сказала Варя. ‒ Там, под мостом, частенько практикуются уличные танцоры.
‒ О, раньше такого не было. Ведите!
Ребята разбились на пары и направились к Золотому мосту. Впереди шли Саша с Пашей, которые много смеялись, вспоминая школьные дни. За ними топали Артем с Варей и без конца о чем-то спорили. Замыкали шествие Стас и Роман. С одинаково недовольным выражением лица, они скрестили руки на груди и буравили тяжелым взглядом спину Паши.
В выходной день на набережной было многолюдно. Стояли фургончики с мороженым, кофе и уличной едой. В палатках проходили мастер-классы и разные соревнования с призами. Всюду сновали дети с раскрашенными лицами и сладкой ватой в руках.
Заметив, что Саша с интересом поглядывает на сладкое розовое облако в руках маленькой девочки, Паша спросил:
‒ Хочешь?
Девушка неуверенно кивнула.
‒ И я хочу! ‒ воскликнула Варя. ‒ Артем, купи!
‒ Нет у меня денег, ‒ буркнул парень, с завистью глядя, как Паша достает из кошелька карточку и расплачивается с продавцом.
Спустя некоторое время парень принес две сладкие ваты: Саше и Варе. Девушки поблагодарили Пашу, и компания двинулась дальше.
‒ Эй, вы чего сзади плететесь? ‒ обернувшись, спросил Паша у отставших парней.
‒ Устали, ‒ буркнул Роман.
‒ Тогда отдохните, ‒ Саша кивнула на свободную лавочку. Ей не хотелось, чтобы эти две кислые морды ходили за ними по пятам.
‒ Не хотим, ‒ ответил Стас.
Паша усмехнулся и, приблизившись к Саше, шепнул ей на ухо:
‒
