— Это сын, — показал он ей экран, на котором высвечивалась надпись «Сынок».
— Я думаю, что мне пора, — отозвалась Полина. Ей и правда было пора. На часах стрелка уже доходила к цифре десять вечера. — Спасибо тебе за вечер. Всё было просто замечательно.
— Тебя проводить?
— Нет. Спасибо.
Полина резко наклонилась вперёд и нелепо поцеловала Михаила в щёку, и тут же выскочила на улицу, не забыв забрать свой букет. Стоило ей глотнуть прохладного воздуха, как лёгкие мгновенно сковало, и она слегка закашлялась. Добравшись до подъезда, Полина достала свой телефон и ужаснулась. Катя ей звонила пять раз. И только сейчас Поля заметила, что телефон стоит на беззвучном режиме. Она отключила звук, когда они только пришли в театр, и забыла про телефон. Внутри всё похолодело. Неужели что-то случилось? Ну что она за мать такая? Ускакала на свидание, оставила ребёнка с подругой и так расслабилась, что забыла обо всём на свете. Если что-то случилось, она себе этого не простит.
Поднимаясь в лифте, она мысленно подгоняла его и только сейчас поняла, что лифт едет непозволительно медленно. Но стоило створкам распахнуться, как она сразу же выскочила на лестничную площадку и подбежала к квартире, отпирая закрытую дверь. Войдя внутрь, она прислушалась. Было тихо, и только еле слышный звук включённого телевизора разбивал эту гробовую тишину. Сняв с себя обувь, Полина бросила сумочку на полку. Туда же отправились и цветы. Сняла пальто и только сейчас заметила, что не так. Куртки и обуви Кати не было. Вместо ярко-жёлтой куртки подруги, в которой та пришла к ней, висело мужское пальто, которое было очень хорошо ей знакомо.
Когда наконец-то Полина сделала несколько шагов и оказалась стоящей в дверях комнаты, она увидела Сергея. Он сидел на диване, скрестив руки на груди, и смотрел какой-то боевик. Дочь посапывала в кроватке. Только Полина хотела открыть рот и спросить, что он тут делает и где Катя, как Сергей заговорил первый.
— Нагулялась? — строгим менторским голосом произнёс он, не глядя на Полину. А у неё от этого голоса мурашки по коже пробежали. Словно её отчитывали, как маленькую, за какую-то провинность. Но проблема в том, что она уже не маленькая и ничего плохого не сделала. Но отчего-то стало всё равно не по себе.
— Что ты тут делаешь? — проигнорировав вопрос Сергея, она задала свой. Вот в этот раз он наконец-то посмотрел на неё. И взгляд его не обещал ничего хорошего. Мужчина медленно поднялся с дивана и направился в сторону Полины. С каждым его шагом у неё создавалось такое впечатление, что квартира становится размером с обувную коробку и начинает сдавливать её. Она уже хотела сделать шаг назад, чтобы отступить и дать себе шанс свободно вздохнуть, но мужская рука оказалась проворнее и схватила её за плечо, заставляя остановиться на месте.
— Что я тут делаю? — спросил Сергей спокойно, но вот его глаза выражали злость.
— Да, — чуть слышно ответила Полина, тушуясь под его взглядом.
Да. Вон он! Вернулся старый добрый Серёжа. Начальник, гроза всего офиса, который мог одним только взглядом пригвоздить к полу. Именно таким он ей казался, когда она только начала у него работать.
— Я пришёл, чтобы навестить дочь и свою будущую жену. Но меня встретил подарок. Ты оставила ребёнка не пойми с кем и ускакала шляться.
— Я оставила дочь с подругой. В этом ничего плохо нет. И что за будущая жена? Не рановато ли ты рамки поставил?
— Самое то. Где ты была, Полина? — зло прорычал Сергей, приближаясь к её лицу.
— Я имею право хоть раз за долгое время отдохнуть.
— Отдохнуть?
— Да.
— Значит, это сейчас так у нас называется? И с кем ты отдыхала? А, нет, не говори, я, кажется, знаю, — с ноткой сарказма, перемешанного со злостью, проговорил Сергей. — С этим стоматологом?
— Да, с этим стоматологом. И ты не имеешь никакого права меня в этом упрекать! — Полина уже сама начинала злиться. Да как он смеет вообще её в чём-то обвинять? Дочь была в полном порядке и с надёжным человеком, да и Полина заслужила хотя бы несколько часов отдыха. Тем более они ничем таким не занимались. Просто сходили в театр и ресторан.
— Значит, он не понял в прошлый раз. Ну ничего, я повторю, не гордый.
— Прекрати вести себя как свинья. Я не твоя собственность и могу встречаться с кем хочу. Понял меня?
— Нет, не понял. Если ты с кем и можешь встречаться, так это только со мной. Ты моя. Запомни это уже и выбей у себя на подкорке. Если ты ещё хоть раз встретишься с ним, я от него живого места не оставлю. Сотру этого стоматолога в порошок, а тебя запру.
— Ты на это не имеешь никакого права.
— Имею! — повысил голос Сергей. — Ты мать моего ребёнка, и я не позволю тебе шляться по мужикам. Единственный, у кого ты можешь побывать в койке, так это я.
Полина усмехнулась.
— А не много ли ты хочешь?
— Нет. А если ты не понимаешь нормального человеческого языка, то я тебя по-другому приструню. Поняла меня?
— И как это? — Она сложила руки на груди.
— Через суд. Я заберу у тебя дочь. Ей не нужна гулящая мамаша.
— Ты не посмеешь! — прошипела Полина на Сергея, подаваясь вперёд и становясь ещё ближе к нему. Они оказались настолько близко, что между их носами оставалось всего-навсего несколько миллиметров.
— А кто мне запретит? Как думаешь, кому суд отдаст ребёнка? Отцу, у которого есть деньги и связи, или безработной и гулящей матери?
— Какая же ты сволочь, Акулов!
Ладонь Полины взметнулась вверх, и она уже хотела ударить Сергея по лицу, как её рука была перехвачена в полёте и тут же зафиксирована над головой, упираясь в стену. Полина дёрнула руку, но её не отпустили. Мало того, и вторую руку Сергей тоже зафиксировал над головой. Губы мужчины разошлись в победной улыбке. Он возвышался над ней, чувствуя своё превосходство. Прошло буквально несколько секунд, как его губы накрыли её губы. Полина поначалу сопротивлялась. Она пыталась вырваться, но свободная рука Сергея обвила её за талию и прижала к мужскому телу, отрезая все пути сопротивления. Он целовал её жёстко, неистово, но в то же время в этих поцелуях чувствовалась нежность. Только этот мужчина мог её так целовать. Как Полина оказалась лёжа спиной на диване и с задранным платьем на бёдрах, она так и не поняла. Но отчётливо прочувствовала, как он медленно вошёл в неё, одновременно целуя в губы. И тело Полины само подалось на ласки, которых так не хватало. Ей было хорошо. Безумно хорошо. Прикосновения этого мужчины были для неё как глоток свежего воздуха. И никто больше был не нужен. Вся её жизнь сейчас кружилась вокруг Сергея. Резко выйдя из неё, он кончил прямо Полине на живот и снова склонился, чтобы поцеловать. Она не отпрянула.
