Читаем без скачивания Пленники Долины - Виктор Кузнецов

Часть вторая

И тьма опускается

Глава I

Гердт Де Йонг

Веру в Бога Гердт Де Йонг потерял еще в детстве, когда горячо молил Флэа не забирать у него мать, заразившуюся бубонной чумой. Но то ли молитву ребенок выбрал неподходящую, то ли слишком тихо звучал его голос – чуда не произошло. В день смерти матери мальчик вывел свою первую истину: Бог – это тот, кто на твой вопрос «за что?» предпочтет промолчать.

Отец, человек суровый и неласковый, не имея возможности воспитывать сына самостоятельно, отдал его в закрытую школу. По завершении начального обучения Гердт Де Йонг поступил в военное училище, которое, как и следовало ожидать, закончил с отличием. Шли годы. Честолюбивый военачальник упорно шел к поставленной еще в юности цели – возглавить личную гвардию правителя Артуана.

Год за годом своими делами он доказывал Гильдеберту, а потом и Конраду, что достоин занять место командира королевских гвардейцев. Когда же до исполнения заветной мечты уже было рукой подать, судьба подставила удачливому военачальнику подножку.

Для Гердта Де Йонга так и осталось загадкой, почему той злополучной ночью на его заставе заснули все часовые, и сотсендцам удалось напасть внезапно.

Выжившие говорили, что вроде бы видели в рядах противника темных магов, и беспробудный сон часовых, несомненно, их рук дело. Но кому нужны оправдания, если не выполнен королевский приказ?

Тяжелораненого командира воины вынесли из боя на руках. Не раз Гердт Де Йонг возвращался к мысли, что лучше бы он сложил голову в битве, чем терпеть многолетнее унижение, на которое его обрек Конрад. Храброго воина, разменявшего шестой десяток, назначили комендантом Таниевой Долины – каторги, где отбывали срок заключенные всех мастей и рангов: дезертиры, мародеры, конокрады, попавшие в долговую яму торговцы, осужденные по доносам вельможи. Про островную тюрьму говорили, что дальше нее не сошлют. И это утверждение полностью соответствовало действительности.

Гердт Де Йонг был ниже среднего роста, жилистый и сухой. Его лицо с высоким лбом, густыми бровями, прямым носом и тонкими губами имело смуглый матовый оттенок. Сейчас комендант стоял перед книжной полкой и решал, какую из книг ему почитать сегодня перед сном. За этим занятием его застал заместитель и начальник стражи Филипп Лерой.

– Разрешите?

– Проходи, – пригласил его Де Йонг.

Он выдвинул стул и жестом предложил Лерою присесть. Тот поблагодарил легким кивком.

– Догадываешься, о чем пойдет разговор? – спросил Гердт.

– О Ричарде? – предположил Филипп.

– Ты невнимателен, – констатировал комендант. – В этом случае я бы спросил «о ком?» Хотя о Ричарде поговорим тоже, – пообещал он вскользь. – И о нем, и о наших гостях. Но сначала давай поговорим о более насущных проблемах. За последний месяц мы добыли руды на треть меньше, чем следовало, и, если меня спросят «почему?», я не найду что ответить.

– Будто король не знает, что в верхних пластах ее практически не осталось, – удивился Филипп. – Он даже магов к нам направил в помощь.

Герд хмыкнул и с вызовом спросил:

– А ты поручишься, что заодно не приплывет проверяющий?

– И что вы предлагаете? – живо поинтересовался Лерой.

– Это ты мне предлагать должен! – вспылил комендант. – Зачем мне заместитель, который не хочет думать.

– Давайте не будем гадать, а дождемся прибытия галеона, – быстро нашелся Филипп.

– А если маги не приедут? Конрад знаешь как их любит? Не удивлюсь, если по пути на Кролл святоши удивительным образом исчезнут.

– Это было бы слишком! – засомневался заместитель коменданта. – Вряд ли король пойдет на такое, и с чего вы решили, что маги приплывут на корабле?

– Откуда тебе знать, на что король способен, а на что нет? – вспылил Гердт Де Йонг.

– Ваша правда – неоткуда, – нахмурился Филипп.

– Ладно, не обижайся, – примирительно произнес комендант. – Старый стал, нервы никуда не годятся. Давай увеличим продолжительность смены, – предложил он.

Лицо Лероя вытянулось от удивления. Де Йонг перестал мерить помещение шагами и настороженно поинтересовался:

– Что я такого сказал, что у тебя физиономия напоминает оставленное на солнцепеке молоко?

– Вы на самом деле считаете, что такая мера поможет? – ответил Лерой на вопрос вопросом.

– Если бы я так не считал, то не стал бы и предлагать, – повысил комендант голос. Он решительно обошел стол и сел напротив Филиппа.

– Дикую птицу можно посадить в клетку, но нельзя заставить ее петь, – подражая интонации оракула, изрек Филипп Лерой. – Так и с людьми. Мы лишь станем в их глазах еще большими мерзавцами.

– Тебе есть дело до того, что думают эти отбросы?

– Не все одинаковы, – возразил Лерой. – И вы об этом знаете.

– Да знаю я, знаю, – отмахнулся Гердт Де Йонг. – Но стоит мне посочувствовать одному, и остальные заберутся знаешь куда? Вот сюда! – Комендант энергично похлопал себя ладонью по шее.

– Не нужно принимать скоропалительных решений. Маги для того к нам и посланы, чтобы решить проблему с нехваткой руды.

– Хорошо, – уступил комендант, – давай подождем корабля. Но если «Долгий путь» не появится до конца недели, я поступлю так, как считаю нужным, – произнес он сурово.

Комендант на мгновение замер, словно посетившая его мысль оказалась невыносимо тяжелой, нервно поскреб щеку и задумчиво предположил:

– Странно, что галеон опаздывает. Может, пираты потопили?

– Это «Долгий путь»-то? – воскликнул Филипп. – Да ни за что не поверю!

– Мне бы твою уверенность, – позавидовал Гердт Де Йонг.

– На королевском галеоне самое лучшее вооружение; корабль быстр, а его капитан зарекомендовал себя опытным мореплавателем.

– Всякое в жизни случается, – возразил комендант. – Я тоже не думал, что окажусь тут, – добавил он с нескрываемой горечью. – «Долгий путь» способен противостоять любому пиратскому кораблю, но если бандиты объединятся, Грегори несдобровать. Три-четыре корабля помельче легко отправят судно Уайтлоу на дно.

– Если догонят, – веско уточнил Филипп Лерой.

– А ты думаешь, месяц плавания благотворно скажется на его скоростных качествах?

– Скорее, наоборот.

– Вот и я о том же!

Лерой прижал ладони к лицу, собираясь с мыслями. Ему действительно следовало предложить сейчас что-нибудь дельное, пока Гердт Де Йонг не наделал ошибок. Старик явно нервничал и собирался принять неверное, как считал Филипп, решение. Увеличивать длину рабочего дня было недопустимо. Человеческое терпение не бесконечно, а бунт в колонии – верный приговор малочисленному гарнизону.

– Есть у меня одна идея, как, не вызывая ненависти, заставить каторжан трудиться добросовестнее, – интригующе произнес Филипп.

– И как же? – замер комендант.

– Давайте разберемся, откуда дует ветер, кто в лагере занимает особое положение, – начал заместитель издалека. – Лечить болезнь проще, когда знаешь ее причину, ведь так?

– Так, – согласился Де Йонг.

– Ни для кого не секрет, что среди заключенных непререкаемым авторитетом пользуется Ричард, – проявил осведомленность начальник стражи. – Чуть меньше влияние у Вернона и Элайна Кирка.

– Ах, Кирк! Да-да, конечно, – неохотно согласился Де Йонг. – Пускай Элайн Кирк уже бывший, но все-таки генерал королевской армии, и недооценивать его нельзя. До сих пор не понимаю, как он тут оказался!

– Многие попали к нам из-за сущей ерунды. Официальная версия ареста – измена. Только я уверен, что ее и в помине не было.

– Не вздумай об этом болтать где-либо еще! – предупредил заместителя Гердт Де Йонг.

– Сколько лет мы с вами на рудниках? Считаете, можно подыскать местечко сквернее? – не без ехидства спросил Лерой.

– Считаю, что можно легко сменить мундир стражника на штаны рудокопа, – отрезал комендант.

– И такой поворот не исключен, – согласился Филипп. – Пожалуй, Вернон не так влиятелен, как Кирк или Ричард, но, в отличие от остальных, он обладает даром предвидения, что вкладывает в его руки весомый козырь.

– Вот ведь! – стукнул комендант по столешнице кулаком. – А что скажешь про Ральфа, Арчи, Хаттори, Тора, Морта?

– Они не осмелятся перечить Ричарду. Его сказка о родственных связях с самим Конрадом пользуется в лагере большущей популярностью.

– То есть у нас определилось три лидера: Ричард, Вернон и Элайн, – комендант возбужденно поднялся из-за стола и подошел к окну. – Так что ты хотел предложить? – спросил он заинтригованно.

– Для начала я бы переформировал бригады рудокопов. Нужно сторонников Ричарда перемешать с заключенными, предпочитающими общество генерала или провидца. Удивительно, но они друг друга на дух не переносят, – посмеялся Лерой над причудами каторжан. – Тянут один и тот же воз, а договориться не в состоянии. Причем составлять новые бригады нужно так, чтобы в них входило три человека Ричарда, три – Вернона и столько же людей Элайна. Тогда силы сторон станут приблизительно равны.